Перерождение (СИ)

— Почему были откаты? Барьер пробили или что-то другое случилось? — недоумевал Изис.
Катя помассировала колени, прежде чем ответить.
— Парочка её шпионов оказалась внутри барьера, среди самих хранителей. Тех, кого она сумела перековать. Уже несколько раз Бахо убивали.
— Перековать… — повторил Дима.
— Души лишить. Я так это понимаю. То, что с ними произошло мало походило на фанатизм. Они действовали как роботы. Их пришлось просто выпихнуть из леса.
— Но… получается… мы не помним этих откатов.
— Вообще-то помните, но память у вас откладывается вот здесь, — она указала на его крылья. — Как родительские воспоминания. Сергей этим пользуется. Он же в отличие от вас волны отката чувствует, соответственно он знает, когда перешел в следующий откат.
— По-моему всё стало только сложнее…
— С какой стороны посмотреть. У хранителей очень многое завязано на коллективности, командной работе и семейных узах. Чем их больше, тем они сильнее и успешнее противостоят врагам.
— Поэтому мы собрались в такую огромную группу?
— Да, — неохотно протянула Катя. — Как-то спокойнее на душе, когда у тебя есть собственная маленькая вооруженная армия. Даже моя бестолковая мама да способна заехать промеж глаз саперной лопаткой. Конечно, воскрешать их задолбаешься, но не без минусов.
— Катя, а Махарат не пыталась тебя убить маленькой? Я понимаю, что это проблематично, учитывая, что мы с тобой пришли из будущего, но всё же.
— Пыталась. Один раз. Но она не сама пришла, а прислала ко мне и маме своих рогатых чудовищ.
— Ты им помешала как-то?
— Нет, они даже не успели квакнуть, как прилетел рогатый парень и их всех разнес. После него явились люди в чёрной одежде, которые за ним убрались. Забавно вспоминать, рогатый этот еще мороженое мамы съел и мне смешные рожи корчил, пока свидетелям память стирали.
— Значит, и наш мир кто-то пасет…
Когда мимо них проходил довольным котом Дахот с бутылкой в одной руке, Катя его остановила:
— Не пей сегодня и по бабам с Кириллом не ходи. Ночью тебя кое-кто навестить хочет.
Дахот растерял веселый настрой и бутылку медленно на землю поставил.
— Барьер же…
— Она — старший преемник этого леса и барьер ей не помешает. Как бы она этого ни отрицала, она всё еще дочь шоровского леса. И, пожалуйста, не вздумай с ней разговаривать и выяснять отношения, просто сделай то, что давно хотел.
— Спасибо… мама… — коротко сказал Дахот, отходя и забывая бутылку на земле.
— Он последует твоему совету? — спросил Дима, подхватывая на руки подбежавшую к нему Дегу.
— Еще как, — кивнула Катя, поднимая забытую Дахотом бутылку и откупоривая её крыльями.
— Ты когда Олаху увидишь, — зашептал Изис, — поймешь, почему Дахот на неё триста лет облизывался. От неё все наши парни тащатся.
— Не поймет, — возразила Катя, давая Деге её любимую игрушку и делая глоток из бутылки. — Она для него, что картина в музее и пониже спины жечь, каку тебя, у него не будет.
— И зачем ты мне это сказала? — скривился Изис.
— Потому что кое-кто собирается подсматривать за шикарной женщиной и взять брата с собой.
— Слушай… то, что я подумал об этом, не значит, что действительно пойду подсматривать.
— Знаю, я просто предупреждаю заранее во избежание недоразумений в будущем. Дима не такой как мы.
Изис с искренним сочувствием посмотрел на брата.
— Скучно ты живешь, братан.
Дима был с ним не согласен. Несчастным себя от того, что не чувствовал желания, он не считал. Ему даже стало намного легче после объяснения Кати, что он не один такой и что не болен. Дома Дима никому об этом не рассказывал и скрывал даже от папы, надеясь, что с возрастом ситуация изменится. Теперь он знал, что ничего не поменяется, сколько бы лет не прошло.
— Ты ошибаешься, — отвечала на его мысли Катя, быстро хмелея. — Когда пару встретишь, чувства будут ярче, чем у всех нас. Она такая же будет.
— Случайно, не Дега? — пошутил Изис.
— Не, не она. Его еще не родилась. Пойду, проветрюсь.
Изис хотел что-то сказать, но заметив взгляд брата, передумал. Тоже поднялся и удалился к Кириллу и Сергею. Дима остался сидеть вместе с Дегой, сосредоточенно возившуюся с игрушкой. В какой-то момент девочка замерла с широко открытыми глазами.
 
— Дега? — позвал Дима, слегка встряхивая её.
Девочка никак не отреагировала, словно кукла, у которой вытащили ключ из спины. После нескольких безуспешных попыток привести её в чувство Дима намеревался отнести её к Эфо.
— Всё в порядке.
Голос вроде детский, но интонация…
— Не говори пока всем остальным, — попросила девочка, глядя мимо него. — Мне надо время подумать.
— Катя всё равно поймет…
— Она потому и отошла, что поняла, — Дега посмотрела на свои руки и сжала в кулаки. — Не думала, что я лишусь памяти, совершив такой длинный прыжок…
Она спустилась на землю и отправилась вглубь рощи воскрешенных. Что будет дальше, Дима мог только гадать.
***
Уже вечером близнецы присутствовали на свадебном ритуале хранителей, сидя на ветках и глядя сверху, как юную пару готовили к объединению. Катя сидела в самом нарядном платье, какое у неё нашлось, и снимала церемонию на взятый у Димы в сумке планшет, который чудом как не помер за время их путешествия. Эфо расположился по правую сторону от супруги, положив ей руку на талию.
— Они не слишком торопятся? — заметил Дима, сидящий по левую сторону от родственницы.
— Времени другого не будет, — всхлипнула Катя, продолжая снимать. — Проснется Бахо и придется срочно удирать отсюда.
— И ты считаешь, что это самое время для свадьбы? Еще такой… скорой…
— Я не могу лишать Киру еще и этого. И так её детство прошло не самым лучшим образом. Пускай у неё будет красивый пышный свадебный ритуал, как она того хотела.
— А как выбираться мы будем? Махарат точно воспользуется нашей заминкой…
— Будем решать проблемы по мере их поступления… на крайняк птаху вызовем…
— Но… меня снова куда-нибудь закинет… вдруг достать не сможете?
— Давай ты не будешь нагнетать, а?! У меня тут дочь замуж выходит… дай хотя бы минут десять не думать о проблемах!
Эфо поцеловал супругу в рыжую макушку.
— А помнишь, как у нас это было? — спросил он с лёгкой ностальгией в голосе.
— Помню, я чувствовала себя как двоечник, а еще переживала, что тебе будут доступны все мои тайные мысли, в том числе и самые постыдные. Боялась, что из-за них ты меня разлюбишь. Знала бы я прежняя, что станет доступно мне теперешней…
Эфо рассмеялся и снова поцеловал её в макушку.
Тем временем объединение подошло к кульминации. Обнявшуюся пару закрыло как в коконе лепестками огромного цветка.
— Типа брачная ночь? — уточнил Изис, наклонившись вперёд.
— Типа да, — выключила планшет Катя. — До утра оставим их одних.
— Всё будет хорошо, — потерся носом об её макушку Эфо.
— Идём к твоему брату, посмотрим, как он поживает.
Возле цветка, где восстанавливалось тело Бахо, уже собралась толпа хранителей из леса Шоро. Даже Мака пропустили, хотя обычно чужаков не допускали к моменту возрождения.
Катя заметно нервничала и потирала руки, а Эфо успокаивающе гладил её по спине чуть ниже лопаток.
— Кать? — вопросительно повернулся к ней Дима.
— Я ждала долгие годы, чтобы пробудить его, — закрыла она руками нижнюю часть лица.
У неё даже подломились ноги, когда цветок раскрылся, демонстрируя зрителям двух спящих.
— Он не один! — поразился Изис.
— В объединении погибают двое, воскрешаются тоже двое, — пояснил Эфо, удерживая супругу от падения.
Когда Бахо открыл глаза, к неожиданности всех Катя лишилась сознания, как кисельная барышня и повисла на руках Эфо.
— Слишком долго ждала…
— Я. Его. Сейчас. Придушу! — медленно, как маньяк приближался Мак к пробужденному, однако рядом с ним стоял Кирилл — он удержал разъяренного биомага на месте.
— О, как меня все «рады» видеть, — размял конечности Бахо и помог выбраться немного сонной Нехо.