Перерождение (СИ)
— Не перебарщивал, говоришь? — угрюмо повернулся к Дахоту Эфо.
— Ну, переиграл чуток, — не послышалось раскаяния в голосе сына. — Кто ж думал, что у неё такая ранимая психика …
Ситуацию спасла возникшая из розового тумана Михог в человеческом облике. Она мягко обняла Светку за плечи и, ласково нашептывая ей на ухо, потянула в сторону поля сиреневых цветов. Светка как кукла на негнущихся ногах позволила себя увести, постоянно оборачиваясь на Эфо.
— Вечно с ней проблемы, — устало произнес хранитель, провожая их взглядом.
К их возвращению во дворе Петра Ивановича было довольно шумно. Откуда-то добавилось народа. На шее несколько ошарашенного Саши висла очень красивая блондинка и периодически целовала его в губы. К Эфо бросились две маленькие девочки, которых он поднял на руки.
— Пойду, верну ему о ней воспоминания, а то будет скандал, — со вздохом направился к Саше Сергей.
Дима почувствовал на себе чье-то пристальное внимание и столкнулся взглядом с курящим стеклянную трубку тэасом. И его нисколько не смутило, что Дима уставился на него в ответ.
— Наконец, скажите, что эта за морда?! — закричал тэас и беспардонно указал на Диму.
— Не морда, Мак, а мой сын, — прорычала Ульяна.
— О, а я думал, ты бесплодна после тесного знакомства с Махарат, да и старовата…
— Как видишь, нет.
— Папаша тот же или у тебя другой производитель?
— Как же я от тебя отвыкла!
— А как уж я от тебя отвык, ты себе и представить не можешь! Доктор смерть — светоч биомагии, Ночной скиталец — гроза магистров, его величество Красная чума!
— Ну тебя в баню! — ушла в дом Ульяна.
Объявился Изис, что не укрылось от Мака:
— О, вторая такая же морда!
— Здравствуйте, дядя Мак! — усмехнулся Изис, снова куда-то убежав.
— Я к ктулоховой заднице запутался, где кого, когда встречал, — проворчал Мак. — Вот эту морду помню, — снова кивок на Диму, — а вторую ни разу не видел… или это две одинаковые были…
— Мак, хватит, — попросила Катя, присаживаясь рядом с Димой. — Он только появился и с тобой впервые столкнулся.
— А второй?! Это один и тот же пацан или два разных?
— Два разных, он два года в лесу прожил и там с тобой сталкивался. С тобой будущим.
Мак скривился и крепко затянулся, словно у него окончательно мозги закипели от тех мыслительных процессов, что происходили у него в голове.
— Закурить не найдется? — подошла к нему Марина, нервно поглаживая себя по плечам.
Мак протянул ей свою трубку. Она затянулась и, немного закашлявшись, сказала:
— Убойные у тебя сигареты, мужик.
— Замужем? — посмотрел на неё снизу-вверх Мак.
— Вдова, — ответила Марина, снова затягиваясь, — а что, хочешь пришвартоваться?
— Задумываюсь, — Мак наклонил набок голову, чтобы лучше рассмотреть, к чему пришвартовываться.
— Тащи бухло и сигареты, жду в машине, — пожала плечами Марина, возвращая биомагу трубку.
— Марина! — возмутилась Оля поведению сестры.
Будучи в не самом благодушном настроении Марина послала младшую куда подальше, вдобавок припомнив её собственные грехи и проколы, отчего Оля потом сидела красная как рак и больше ни с кем не разговаривала.
Дима с широко открытыми глазами повернулся к Кате.
— А чего ты хотел? — пожала она плечами, не пытаясь вмешиваться. — Сюжета как в диснеевском мультике? Собралась куча одиноких взрослых. Наивно надеяться, что все будут просто разговаривать.
— Мама, прекрати пачкать чистоту, — подошёл к ним Сергей.
При этом его «мама» к ним повернулось сразу несколько родственников. И смотрели на него так, словно он не совсем здоров на голову, особенно после знакомства с Дахотом…
— Чистота не должна быть наивной, иначе об неё вытрут ноги, — проворчала Катя.
— Чистота имеет прекрасное свойство не замечать грязь вокруг, — парировал Сергей. — И знаешь, мне сейчас вспоминается рассказанная тобой история про муху и пчелу…
— Я превратилась в муху не по собственному желанию… и, яйцо, прекрати учить курицу. Всё больше папашу напоминаешь…
— Ма-ма, глубокий вдох и выдох, вдох и выдох.
К удивлению Димы, Катя послушно повторила требование сына.
— Обезболивающее дать или потерпишь? — предложил Сергей.
— Давай его сюда, хватит с меня героического терпения…
Сергей протянул ей какое-то растение, которое Катя с болезненной гримасой сразу же начала жевать. Пасмурное выражение лица сменилось на облегчение.
— Я не знал, что у тебя что-то болит, — признался Дима.
— Не обращай внимания, — поморщилась Катя. — Ускоренное превращение в хранителя всегда проходит болезненно, а человеком в этом мире оставаться опасно. Люди здесь дохнут от насморка…
— Не преувеличивай, мам, — снова вмешался Сергей, — так происходит в странах на подобии Эфера, где отказываются от магии в силу религиозных либо политических убеждений.
— От чего, по-твоему, твоя мать в одном из откатов померла?
— Всего раз…
— Еще было воспаление легких, сепсис, отравление, паразиты и хищники, — перечисляла Катя. — В общем, мне пришлось познать все прелести знакомства с другим миром.
— Мам… ты же большинство этих неприятностей избегала благодаря дару.
— Что не мешает мне об этом помнить со всеми подробностями…
Сергей махнул рукой и отошел к подозвавшим его братьям.
— Слушай, Катя, — обратился к ней Дима, опуская голову, — Я не хочу снова откатываться… может, мне поговорить с мамой?
Катя сплюнула остатки растения на землю.
— Я не знаю, что тебе ответить. Ульяну всегда было сложно просматривать: она может принять самое маловероятное решение неожиданно для нас, как было с выстрелом в Мира. По этой же причине очень сложно бороться с Махарат, та еще более непредсказуемая.
— Откат может и не произойти?
— Может и да, а может, и нет. Но думаю, один раз мы точно откатимся в начало. Сложнее всего, что Ульяне надо принять объединение. Иро ради леса без труда пойдет на это, но ей смирится трудно. И я её понимаю.
— Но это же папа…
— Ты не понимаешь. Твой папа уже был с ней в объединении, когда родился ты.
— В смысле?..
— Такое мог провернуть только Иро. Сыграть так, чтобы никто не понял, что их дурят. Я бы Эфо прибила за такое…
— Я честно не догоняю о чем ты.
— Твой папа жил с двумя Ульянами. Версией после объединения и версией до объединения. Теперь понял?!
— Значит, когда он говорил о второй семье…
— Он не лгал. И вот представь, каково ей сейчас решится на объединение, зная это.
— Но прошлая она это тоже она…
— Ты баран, — констатировала Катя под обиженное сопение Димы. — Это не самое главное. Ей остаться здесь придется, она не сможет вернуться вместе с вами домой. Тебя-то мы вернем, а ей придется жить здесь вместе с Иро. Для тебя мгновение, а для неё долгие годы.
— Теперь я понял…
Через какое-то время Катя едва не заснула сидя явно из-за воздействия лекарства. Эфо унес её на руках подальше от галдящей толпы. Рядом с Димой сел Изис и подпер рукой подбородок. Дима хотел задать брату пару вопросов, но не успел, так как к ним подсел Захим. И не сбежать: с другой стороны отход блокировал Дахот, положив руку на плечо юноше и ухмыляясь так же как чёрный хранитель. Их поведение не оставляло сомнений: работать будут с двух фронтов.
— Мы тут вам маленькое представление подготовили в образовательных целях, — томным полушепотом сказал Захим.
«О нет!» — мысленно простонал Дима, догадываясь, о каком представлении шла речь.
Ситуацию спас Изис:
— Я вашу старую ж…пу уже видел, — и к брату повернулся с наигранно раскрытыми от ужаса глазами: — До сих пор кошмары снятся, словно я посмотрел любительское порно, где алкаш Вася с визжащей старой дояркой зажигает.
— Фу-у-у! — отреагировал Дима, едва представил описанную сцену.
Захим с возмущением отвесил им обоим по оплеухе, а Дахот рядом заржал:
— Пора менять твой сценарий, а то современных детишек древние мощи уже не впечатляют. А ты, Изис, уже прошёл подготовку?