Перерождение (СИ)
— Как грубо, — погладил пострадавшую щеку Захим.
— Рыжик! — нетерпеливо напоминала о чем-то Ульяна, опуская оружие вместе с остальными и подходя к сыну, чтобы убедиться, что он в порядке.
— Да, извини, я просто, когда его вижу с амнезией мне крышу срывает. Бесит это тупое выражение: «Я тебя не знаю, и вообще мне приказали тебя убить».
Дима без слов протянул ей чугунную сковородку, надеясь, что она поймет, что за послание зашифровано в ней. Зачем-то же отец положил её в сумку…
— Оу, это так мило! Он помнит! — взяла сувенир Катя и затем «бам» Эфо по башке.
— Ай! — запоздало закрылся руками хранитель.
— Какой кайф! Шесть лет об этом мечтала! — с ноткой безумия загоготала Катя.
— Рыжик… — еще мрачнее напомнила Ульяна, вновь частично потеряв человечность.
— Да, сейчас сосредоточусь, — отложила сковороду родственница.
Она отдала Эфо немое указание и, что удивительно, он её понял, перевернул обратно стол и расстелил на нём карту. Катя наклонилась к ней, безошибочно находя месторасположение Изиса. Её глаза заволокло огненной дымкой, и она заговорила:
— В этом откате не успеем, он побежал не в ту сторону. Надо чтобы в другой поворот завернул. В следующем откате он повернет, и мы сможем его перехватить через портал в старом заброшенном здании.
— От кого он бежит-то? — спросил Эфо.
Катя повернулась к нему и брезгливо поморщилась.
— Давай я тебе верну воспоминания, чтобы поменьше было тупых вопросов.
— По-твоему я должен знать, кто его преследует?! — вспылил Эфо.
— Да!
— Рыжик…
— Извини-извини, — отвернулась от Эфо Катя и сделала глубокий вздох.
— Кажется, персонал магов вызвал, — предупредил Саша.
— Так перестреляй их, они всё равно все переродятся после отката! — крикнула Катя.
— Я сама это сделаю, — сказала Ульяна и вышла из помещения вместо опешившего Саши.
Дима вздрогнул, когда следом раздались выстрелы и людские крики. Дальше состоялся очень странный Катин монолог, едва юноша открыл рот:
— Да, переродятся… да, помню… да, вижу будущее… да, в курсе… нет, не знали, что ты с ним заодно… да, мой муж…
Несмотря на попытку Эфо сопротивляться, Катя чудесным образом всё равно отвесила ему «бам» по голове.
— Отец лесной! Да с такой женой…
— Не тебе вякать, похотливая скотина, — перебила Захима Катя.
— Деточка…
— Плевать мне на твой возраст! Приблизишься к моей маме, и я тебе крылья оторву! — пригрозила ему Катя.
— Но…
— За груповуху с тётей не только крылья оторву! — поворот к Диме: — А тебе нет восемнадцати, чтобы о таких вещах спрашивать!
— С ней сложно, — неловко хехекнул человек в балахоне, снимая капюшон. — Она, когда злится, дар плохо контролирует. Я — Пётр Иванович, — протянул он руку Диме. — Ты я так понимаю, еще один мой правнук.
— Оу… — всё, что смог сказать юноша, пожимая сухую костлявую руку.
— У него голова кругом, — подсказала Катя состояние родственника.
— Катюш, проветрись и успокойся, а то…
— А то к моей манере разговора даже ты не привык, — закончила за него она и отправилась на балкон в гордом одиночестве.
— В твоем роду вообще есть нормальные женщины? — спросил Захим, обращаясь к Петру Ивановичу.
— Нет! И не лезь к моей маме! — донеслось с балкона.
— Я твою маму никогда не видел, психопатка! — закричал в ответ хранитель.
— Вот и хорошо! — высунулась Катя.
— Может… — сглотнул Саша, протягивая ей автомат.
— Хорошая идея, вышибу парочку мозгов, если тётя еще не всех убила, — быстро забрала у него оружие Катя и выбежала следом за Ульяной.
Саша плюхнулся рядом с остальными на стул под громкую «трата-та-та» и девичьи крики: «Умрите, суки!».
— Это какой-то дурдом… — поделился впечатлениями Дима. — И как давно Катя ведет себя как Мэри Сью?!
— Не знаю, кто такая ваша Мэри, — со вздохом начал Пётр Иванович. — Но Катя такая бешенная последние двести лет, что я её знаю.
— Ско-о-олько?!
— Долго рассказывать, но эта парочка друг друга стоит, — неприветливый взгляд в сторону Эфо, — то дерутся, то вместе города взрывают…
С широко открытыми глазами Дима медленно повернулся к хранителю.
— Я этого не помню, — хмуро ответил Эфо.
— Может, выпьем за встречу, за знакомство? — попытался разрядить обстановку Захим. — У меня там бутылочка есть.
— Мне пятнадцать…
— Зануда.
— А я бы покурил, — провел рукой по бороде Саша.
— Ты ж не куришь, — нахмурился Эфо.
— С такой родней не только закуришь…
Глава 5
В следующем откате Эфо подготовился к появлению Кати, притащив в гостиничный номер портал. Вся группа практически сразу отправились через зеркало в следующую локацию. И если в Дориске стояла хорошая погода, то в местности, куда забросило Изиса, на улице гремело, а с неба лило как из ведра.
— В Саласке как всегда самая «приветливая» местность, — проворчал Захим. — Мне кто-нибудь расскажет, какого ктулуха мы здесь забыли?
— Обойдешься, — огрызнулась Катя, явно не питавшая тёплых чувств к товарищу мужа.
— Надо ли кого-то отстреливать? — деловито уточнила Ульяна.
— Надо, сядешь туда, — Катя указала на разрушенную крышу. — Целься ему в шею. Убивать нельзя, а вот обездвижить не помешало было. Убежать успеем.
— Почему нельзя убивать? — не понял Захим.
— Потому что этот дебил его старший брат! — фыркнула Катя, указывая на Диму.
— Мир?! — почему-то на Костю Дима даже подумать не мог. И не сомневался, что дебилом Катя могла назвать только Мирослава.
— Ты хочешь сказать, что воевать нам придется с преемником Шоро? — медленно уточнил Эфо.
— Прикинь! — снова разозлилась Катя. — Уже не один откат шарахаемся от этого придурка! Он еще более упрямый и тупоголовый, чем ты! — и кого-то явно передразнивая, она запела: — Махарат великая! Махарат выведет лес на новый уровень! Махарат наша спасение! Тьфу!
— За что ты на меня-то злишься?! — заорал Эфо.
— Потому что в других откатах нам придется еще и от тебя шарахаться! И ты самый геморрный из всех наших противников! Элитный боевой хранитель! Тьфу! Надо было назвать элитный боевой баран!
— Вы не женаты часом? — кашлянул в кулак Захим.
— Какая же ты проницательная сволочь, — всплеснула руками Катя.
— Я на крышу, — хмуро сказала Ульяна, разворачиваясь к ним спиной.
— В шею! Не в ногу! — напоминала Катя. — Ногу очень быстро восстановит и тогда придется снова откатываться!
— Хорошо, — глухо отозвалась тётя, поднимаясь по полуразрушенной лестнице.
— Ей обязательно по сыну-то стрелять? — спросил Пётр Иванович с сочувствием в голосе.
— Больше никто не выстрелит, — снова всплеснула руками Катя. — У этого рука дрогнет, — указала на Сашу. — Ты промахнешься, этот засцыт, — кивок на Захима, затем указала на Эфо: — А этот упрется без весомых аргументов. Про Диму я вообще молчу — он слезами умоется: «Братик, не умирай».
— А ты чего не выстрелишь, раз такая крутая?! — возмутился Захим.
— Со мной произойдет то же, что с Димой и Сашей, вот и остается, что выстрелить сможет только Ульяна… Блин, всё-таки в ногу прицелится…
— Если ты знаешь, что она в ногу выстрелит, почему снова не напомнишь? — спросил Эфо.
— Что могла, я сделала, — без гнева ответила Катя, скрестив руки на груди. — Она знает, что надо стрелять в шею. Ну, не сможет она с первого раза сыну в шею выстрелить. Она все-таки не такое бездушное чудовище, каким вы её рисовали себе.
— Насколько Мир опасен? — спросил Дима.
— Насколько вообще может быть опасен преемник со способностью подселения разума?
— Как же тогда мальчик от него убежал? — уточнил Пётр Иванович.
— Его чаем напоили, который блокирует практически любую магию внешнего воздействия, за исключением отката. Не спрашивай, где чай для него достали, понятия не имею.
— О, мама готовила такой чай! — вспомнил Дима. — Может…