Катакомбы (СИ)

Несколько дней, по субъективному восприятию Лианы, ничего не происходило. Она всё глубже погружалась в свои мысли, иногда разговаривала с лошадью, иногда спрыгивала с повозки, чтобы убрать из-под колёс особенно большой камень. А так, всё было без изменений. Тоннель был по-прежнему слегка деформирован и в трещинах, камни, лежащие на дороге, были в основном не очень крупными и почти не мешали ехать, за редким исключением. Грибок рос, на удивление равномерно, и периодов темноты было не много.
Но любое однообразие рано или поздно заканчивается. Лиана даже не сразу поняла, что произошло. Она просто не придала этому значения, хотя мозг, наверняка, это отметил. Лошадь вдруг остановилась и склонила голову. Лиана с удивлением отметила, что она пьёт. Спрыгнув с повозки, она прошла мимо лошади и присела на корточки. Это была лужа. Обычная лужа. Не очень глубокая, похоже, что здесь ровная поверхность дороги была слегка изогнута вниз. Лужа была от стены до стены и длинной метров пятнадцать.
Глубина, насколько могла видеть Лиана, достигала максимум трёх пальцев. И вроде бы в самой луже ничего страшного нет, но любое изменение привычного хода вещей внушало тревогу. Раньше, за всё время нахождения в тоннелях под этими островами, Лиана вообще не помнила ни одной лужи. Ну, разве что озерцо с коновязью там, откуда она начала своё путешествие. Но чтоб вот так, посреди дороги?
Это было странно. Наверное, те, кто эти тоннели строил, хорошо позаботились о гидроизоляции, именно поэтому тут нигде не встречалась вода. А эта лужа свидетельствовала о том, что эта самая гидроизоляция, возможно, нарушена. Что если это только начало? Что если дальше будет хуже? Но во всём нужно искать плюсы. И Лиана их нашла.
Как раз был нужен привал, пора было дать отдых лошадке и покормить её. Почему бы не сделать это здесь? Раз уж здесь есть вода, которую она вполне себе пьёт? Лиана распрягла Марфушку, насыпала ей в ведро, которое у них было с собой, корм, состоящий из каких-то зерновых и порубленных стеблей растений, и, достав свою еду, расположилась на повозке и стала задумчиво жевать.
Вода была для них большой проблемой и большой ценностью. Лиана уже давно начала её экономить, заметив, как стремительно пустеют бурдюки. Так что эту находку можно будет использовать. Придётся задержатся здесь надолго, и постараться пополнить запасы. Но сделать это будет непросто, потому что глубина очень маленькая, и как собрать эту воду в бурдюки, ещё предстоит придумать.
Раз уж лошадь спокойно пила эту воду, Лиана решила что ту, которую они везут с собой, нужно будет оставить для себя. А из лужи набрать для Марфушки. Лиана прикинула что у неё есть, чем она может попытаться наполнить бурдюки. Было ведро, была кружка, из которой она пила, и спасибо Мине, должна была быть деревянная воронка, сделанная из сучка дерева, которую использовали для наполнения бурдюков из ручья.
Когда Мина ей её показала и положила в повозку, Лиана совершенно не придала этому значения, решив, что этот странный предмет ей вряд ли понадобится. А вот оказалось, что очень даже понадобился. Без этой воронки переливать воду в бурдюки одному будет непосильной задачей. Главное, чтобы она уцелела, а не была раздавлена мешками, которые уже много раз меняли своё положение.
Лиана полезла её искать, и, сразу не найдя, стала впадать в лёгкую панику, потому что уже на неё рассчитывала. Но тут, под одним из мешков, она увидела торчащий край деревяшки. Она её осторожно достала, и о чудо! Воронка была цела!
Лиана опять вернулась на своё место с воронкой в руках, и продолжила свою трапезу, разглядывая её. План был простым, а вот реализация не очень. Нужно было кружкой черпать воду в ведро, потом переливать её в бурдюки при помощи воронки. Но при такой маленькой глубине, Лиана даже представить боялась, сколько у неё уйдёт на это времени. Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают.
Лиана разулась и походила по воде босиком, чтобы найти наиболее глубокое место. Как и следовало ожидать, оно находилось в середине. Глубина, как она и предполагала, была около пяти сантиметров. Это ничего, жить можно. Было бы два, вот это была бы проблема.
 
Вода, как и сам «пол», были удивительно тёплыми, как будто с подогревом. Это Лиана замечала и раньше, когда спала на земле. Теперь-то она обустраивала себе место в повозке, среди мешков, из-за тревожного чувства, вызванного маленькими существами, истребляющими органику. То, что раньше они её не трогали, не служило достаточно убедительным доказательством их безобидности.
Исследовав глубину всей лужи и исходив её вдоль и поперёк, Лиана отправилась за ведром и кружкой, громко шлёпая и брызгаясь. Она решила, что обязательно помоется здесь перед отъездом, но только после того, как запасётся водой.
На наполнение опустевших бурдюков ушло несколько часов. Лиана совершенно вымоталась от этой монотонной работы. Приходилось подолгу стоять посреди лужи согнувшись, черпая воду кружкой, или присаживаться на корточки. От первого отваливалась спина, от второго затекали ноги. И то и то было мучительно. Зато лошадь наслаждалась жизнью. Много дней она не получала столько воды, сколько хотела, и теперь, периодически прикладывалась к этому внезапному изобилию.
Лиана всегда, когда распрягала её, накидывала на шею верёвочную петлю. На всякий случай, а то кто его знает, что у животного в голове? Вдруг убежит? И что она тогда будет делать? Но верёвку оставляла довольно длинную. Так что Марфушка могла свободно прогуливаться по тоннелю туда-сюда. И сейчас она этой ограниченной свободой вовсю пользовалась, в отличие от остальных дней, когда лишившись упряжи, просто стояла и отдыхала. Здесь же она ходила на всю длину верёвки, периодически возвращаясь, чтобы пофыркивая приложиться к луже.
Когда Лиана наполнила всё, что можно было наполнить, она решила что заночует здесь. Ночью она считала большие промежутки сна. Но в повозке это было сделать теперь проблематично, из-за вернувшихся бурдюков. Спать на них было не очень полезно для здоровья. А с отваливающейся, после такой тяжёлой работы, спиной, тем более. Поколебавшись, Лиана решила воспользоваться здравым смыслом и всё-таки легла на земле.
«Утром», проснувшись, Лиана поняла, что спать на земле всё-таки гораздо комфортнее. Устраиваться в повозке, среди мешков, всегда было не очень удобно. А тем более теперь, когда она вновь стала сильно гружёной.
Возникла мысль, что они израсходовали очень много воды, как ни старались экономить. А что было бы, если бы им не попалась на пути эта лужа? Хватило бы им их запаса, чтобы добраться до конца, или нет? Так что лужа была очень удачной находкой. Тревожило Лиану только то, что любое изменение привычного хода вещей, могло быть предзнаменованием ещё более сильных перемен. А вот как им аукнутся эти перемены, это уже было большим вопросом.
Лиана разделась, взяла ведро и кружку и направилась к середине лужи. Чтобы помыться, предстояло опять поработать. Но теперь не было нужды стараться не намочить одежду, поэтому она села прямо в воду, и принялась потихоньку наполнять ведро.
Вдоволь наплескавшись в тёплой водичке, Лиана перестирала свои вещи, и, развесив их по бортам повозки, решила, что пора трогаться в путь. Она запрягла свою лошадку и усевшись на козлах голышом, ведь вещи были мокрыми, накинула сверху на плечи одеяло, чтобы не чувствовать себя совсем беззащитной. И хотя у неё был неприятный опыт, связанный с просушкой одежды и нахождения обнажённой в непривычном месте, здесь она особо ничего не опасалась. Вряд ли здесь она встретит людей. Гораздо больше её беспокоили другие вопросы. Например, что происходит с тоннелем, и не приведёт ли эта его деформация в каком- то месте к обрушению? Или не встретится ли ей какая-нибудь живность, к общению с которой, она окажется не готова? Но отсутствие одежды здесь не играло никакой роли, поэтому одеяло она накинула на себя скорее для уюта.
Лиана шлёпнула поводьями по спине лошади, и та покорно зашагала по воде. Казалось, что Марфушка понимает, что они уходят от этой благословенной лужи, и была не очень этому рада. Но своё недовольство она выражала в основном пофыркиваниями, на поведении это не сказывалось.