Катакомбы (СИ)

— Мина, ты уверена? — наконец смогла выговорить Мать, которой в очередной раз показалось, что Мина от неё ускользает.
— Да, мы виделись с Виком не только на поле боя, мы тайком встречались каждый день, и успели подружиться. Но, — продолжила она, уже обращаясь к самому Вику, — по настоящему я твоей женой пока не стану, это только для вида, а меня тебе ещё придётся заслужить. И именно поэтому, мы отправимся в путешествие.
— Ну, приятель, что скажешь? — спросил Булат и, подойдя, похлопал сына по плечу.
— Я согласен, — наконец смог проговорить он, потому что всё произошедшее явилось для него полнейшей неожиданностью.
— Он согласен! — радостно сказал Булат, — но и про идею с обменом женихами и невестами тоже забывать не стоит. Мне это понравилось.
— Хотелось бы внести предложение, — сказа Сан Саныч, — и все опять повернулись к нему, — а скорее уточнение. Поскольку одна пара у нас уже есть, да ещё какая! То остальных пока не женить, ну, если конечно, не найдётся тех, кто сам этого хочет. Нужно отобрать добровольцев, и мужчин оставить здесь жить, а женщин отправить к болотникам. Пусть они какое-то время поживут маленькими общинами, внутри ваших общин. Но с условием, что за какой-то определённый срок они должны выбрать себе пару. Так получится создать более крепкие семьи, основанные на взаимной симпатии.
Булат задумался.
— Звучит неплохо. Если скажем, мы дадим им три месяца, а через три месяца приедем сюда с очередным визитом. Как?
— Мне это тоже кажется более мягким вариантом, чем сразу выдавать за малознакомых людей. Всё-таки хочется, чтобы люди узнали друг друга, — задумчиво сказал Мать, думая всё это время о Мине и том, что она задумала.
— Как думаешь, сможешь найти десятерых, готовых поехать с нами? — спросил Булат у Матери.
— Десятерых? — удивилась она, а потом махнула рукой, — попробую.
— Ну что? Тогда мы можем объявить нашим людям что договор достигнут, и праздник можно начинать? — сказал Булат. Потом подошёл к Матери и негромко сказал, — я тебя понимаю, решение непростое, но и ты меня пойми, большинство всё равно будет недовольно, что осталось без женщин. Это недовольство придётся как-то гасить. Я в сложной ситуации и не всесилен. Надеюсь, что хватит сил удержать ситуацию и не допустить бунта. Так что пойди на встречу, это и в твоих интересах тоже.
Мать кивнула. К ним подошёл Папаша.
— Булат, у меня тоже есть предложение. Думаю, что стоит наладить связи между нашими общинами. Хорошо бы организовать что-то вроде посольства. Думаю, и торговля возможна, но только вот вы вряд ли что интересное сможете нам предложить. Хотя, как знать. Но политический союз точно нужен. С воительницами мы такой создадим обязательно.
— Я только за, — сказал Булат.
Когда праздник был объявлен, когда почтили торжественными речами память погибших в этой войне, когда люди начали стряхивать печаль и потихоньку втягиваться в веселье, тогда Вик наконец сумел найти Мину и отвести за руку в сторону. Их свадьбу уже объявили, она должна была состояться завтра. Но бедный парень до сих пор плыл по течению. Мина его ни о чём не предупреждала, и ничего не объясняла. И вот теперь он требовал ответов на свои вопросы.
— Слушай, Вик, — сказала Мина, — ты меня извини, что всё так вышло. Но я когда объявила об этом, то не думала, что ты можешь быть против.
— Да я и не против, просто чувствую себя немного дураком. Как будто от меня вообще ничего не зависит, — сказал Вик.
— Конечно, зависит. Просто не было времени всё обсудить. Давай сделаем это сейчас, — сказала Мина.
— Рассказывай, что происходит, кроме того, что мы женимся, но не по настоящему, — последние слова он сказал с явным разочарованием.
— Возможно, что и по-настоящему. Слушай. Я же тебе нравлюсь?
— Конечно, — Вик чуть не подавился, настолько глупым ему показался вопрос.
— Ты мне тоже нравишься. Но у нас не принято так быстро сходиться. Нужно поухаживать за девушкой, доказать, что твои намерения серьёзны, — сказала Мина.
— Я готов, — перебил её Вик.
 
— То, что мы поженимся, это нужно для наших народов. Это, как бы сказать, договорной брак. Давай сразу условимся, что ты не будешь ни на что претендовать, кроме дружбы… пока что. Ладно?
Вик не ответил сразу, а задумался. Идея ему не нравилась.
— Но он может стать настоящим. И когда мы решим, что готовы, мы сделаем свою свадьбу, как сами захотим, или придумаем, и это будет только наш секрет. Пускай окружающие думают, что мы просто муж и жена.
Вик молчал, не решаясь согласиться на такую туманную перспективу. Мина продолжила:
— У меня есть одно дело, но это пока что секрет. Вообще ото всех. Мне нужно отправиться далеко и надолго. Вдвоём будет легче. Если составишь мне компанию, то может, за время этого нашего путешествия мы и станем настоящими супругами.
— А куда ехать? — спросил Вик. Он уже знал что согласится, и аванс, который давала ему Мина, был очень соблазнительным, но никак не решался сказать да, потому что после этого пути назад для него уже не будет. Это он прекрасно понимал.
— Пока не скажу. Скажу только что это очень опасно, и есть шанс, что мы оба не вернёмся. Если тебя, конечно, такая перспектива не пугает, — сказал Мина.
— Ничего меня не пугает, — слегка обиделся Вик, — мой отец оказался здесь без всякой надежды выжить, прошёл весь остров, нашёл безопасное место и создал свою общину. Он великий человек! А я просто его младший сынок. Я обречён быть в его тени, просто потому, что превзойти его никак не получится, в рамках нашей общины. Меня всегда будут с ним сравнивать, и не в мою пользу. Чтобы кем-то стать, мне нужно пройти свой путь. Пусть трудный и опасный, но свой. Только так я могу добиться уважения, да и сам начну себя уважать. Все птицы рано или поздно должны покинуть гнездо и научиться летать. Но…
— Что но? — спросила Мина, — что тебя останавливает?
— Если это трудное и опасное путешествие, мне бы не хотелось тащить в него свою молодую жену… — опустив глаза, сказал Вик.
Мина улыбнулась, и взяла его за руки.
— Это не ты меня тащишь, а я тебя тащу. Ты очень милый, и меня трогает твоя забота, но не забывай, что я воительница. Причём, одна из лучших, среди своего народа. Если мы достойные дети своих родителей, то мы горы можем свернуть. И мне понятно твоё волнение по поводу ненастоящего брака. Поверь, пожалуйста, я постараюсь тебя не мучить. Но мне нужно время. Постарайся воспринимать меня как брата…
Вик в голос рассмеялся.
— Что я такого сказала? — удивилась Мина.
— У меня есть братья, и уж поверь, меньше всего я бы хотел думать о тебе, как об ещё одном, — и он покатился со смеху ещё сильнее.
Мина улыбнулась.
— Ну, я не так буквально имела в виду… можно как друга, как подругу. Просто, доверься мне.
— Доверие должно быть взаимным! — с небольшим вызовом сказал Вик.
— А ты думаешь, я тебе не доверяю? — удивилась Мина, — я выбрала тебя, мы заключаем брак, пусть пока и не совсем настоящий, я зову тебя отправиться вдвоём, — Мина многозначительно подняла вверх указательный палец, — в опасное путешествие, какого доверия тебе ещё нужно?
Вик несколько секунда подумал, и принял решение.
— Ладно, Мина, моя будущая жена и боевой товарищ, я тебе доверяю, и пойду за тобой. Но с одним условием.
— Каким? — насторожилась Мина.
— Отныне, все важные решения мы принимаем вместе, идёт? Мне не очень нравится чувствовать поводок на шее и быть ведомым, — сказал Вик.
— Идёт, — сказала Мина, и протянула ему руку для рукопожатия.
Вик пожал руку, и замешкался, как будто ожидая чего-то ещё…
Мина вздохнула, повернула голову в сторону, поднесла указательный палец к щеке и постучала по ней. Вик аккуратно приблизился, и чмокнул её в щёку. Мина рассмеялась.
— У вас все воины такие скромники, или это мне так повезло?
— Тебе повезло, — сказал Вик, совершенно искренне и не смущаясь, — моя мать одна из ваших воительниц. Она меня так воспитывала, и учила, как нужно будет себя вести, когда я буду общаться с девушкой. А что такой день придёт, она не сомневалась. Ей не понравилось, как отец заполучил её себе в жёны, и она не хотела, чтобы я поступил в будущем так же.