Катакомбы (СИ)

Воительницы давно уже выбежали за ворота и теперь преследовали врагов, убивая всех, до кого могли дотянуться. Радостные победные крики оглашали окрестности. Враг стремительно бежал, уже практически не оказывая никакого сопротивления. Но отпускать их живыми никто не собирался.
Шелест стоял и смотрел на происходящее, стиснув зубы. Как такое могло случиться? Что это за всадники? Откуда они взялись? И почему их, чёрт возьми, так много? Как можно было спрятать такую армию, где и главное, зачем? На все эти вопросы не было ответа.
Король стоял рядом, нервно переминался с ноги на ногу, и периодически дёргая Шелеста за рукав, нудно спрашивал как заведённый:
— Что мы будем делать? Что теперь? Как мы поступим? — и так далее.
Наконец Шелесту это надоело, он быстрым движением достал откуда-то из куртки тонкий нож, не поворачиваясь к Королю, ткнул его в область сердца, так же быстро вынул нож и засунул его обратно в куртку. Король даже не успел удивиться, а упал прямо там, где стоял. Вся охрана находилась ниже, на склоне холма, и все смотрели туда, где разворачивались драматические, для их войска, события. Ни кто не увидел, что произошло между Шелестом и Королём, и что теперь тот, кого они считали своим предводителем, лежит бесформенной кучей мяса возле трона.
Шелест постоял ещё минуту, играя желваками на скулах, но тянуть дальше было бессмысленно. Как ни трудно было в это поверить, но всё было кончено. Ещё полчаса назад он готовился праздновать победу, и тут вдруг такое фиаско. Пока охрана не опомнилась и не побежала тоже, нужно было делать ноги.
Ближайшее время, пока он не доберётся до своего убежища, ему нужно будет выживать. Никто не будет считаться с его прежним авторитетом, теперь, когда всё рухнуло. Да многие об этом авторитете и не слышали. А идти далеко. Для этого понадобится снаряжение. Он, конечно, всё заготовил для бегства, но оставил это в шатре, и теперь, нужно было быстро добраться до него, пока паника не докатилась до этого места, а это случится очень скоро, и бежать, бежать, бежать. А когда добежит, нужно залечь на дно и потихонечку начать разрабатывать новый план.
Конечно, интересно, кто это спутал ему все карты, но он всё равно об этом узнает. Только позже. Слухи об этой битве будут ещё долго ходить по всему острову. Нужно будет только поймать кого-нибудь, да расспросить, с пристрастием. И подумав об этом, он ласково погладил висящую на поясе плеть. После чего развернулся, и стремительно побежал вниз с холма, в сторону противоположную битве. Охрана пропустила его беспрепятственно. Они тут, с другой стороны, вообще ещё ничего не знали, поэтому не поняли, куда это он так спешит, но задавать ему вопросы было себе дороже, на это никто решиться не мог.
Шелест, не скрываясь, бежал прямиком к королевскому шатру. Ему было всё равно, кто и что может подумать, тем более, что здесь никого и не было. Все были на поле боя. Только возле шатра должна быть охрана, но им можно ничего не объяснять.
Он преодолел уже две трети пути, когда пред ним внезапно выросли две фигуры. Он даже не сразу понял, что фигуры эти женские, и постарался просто пробежать мимо, не обращая внимания, но тут раздался голос.
— Торопишься? Видно дела-то совсем плохи?
Он сразу узнал говорившую.
— Да, — сказал он, снимая с пояса плеть, и беря нож в другую руку, — нужно было сразу тебя убить, я чувствовал, что от тебя будут одни неприятности.
— Но ты ведь больше любишь не убивать, а другое, так ведь? — сказала Мина, — и можешь не ждать снисхождения, я-то тебя точно убью!
— Не стоит торопить события, думаю, что это я вас сейчас кончу. Жаль, придётся делать это быстро, тороплюсь! — сказал Шелест.
Вторая девушка, которую Шелест не знал, внезапно хохотнула.
— Смешной! Извини, приятель, но ты не жилец. Вопрос только в том, как именно ты умрёшь. Я хотела сделать всё быстро, но вот у Мины на тебя большие планы, ты её очень разозлил, — сказала Лиана.
Всё это время Мина стояла, слегка отведя левую руку за спину, и меч, который она в ней держала, не было видно за её ногой. А тут она отвела руку немного в сторону, и лезвие блеснуло на солнце. Шелест не стал ждать, что будет дальше, быстро взмахнул плёткой и попытался ударить Мину, считая её наиболее опасной. Но там уже никого не оказалось. Он дёрнул плеть назад, замахиваясь для нового удара, и с удивлением увидел, что она летит, отделяясь от руки вместе с кистью. В следующее мгновенье он увидел лицо Мины, которая каким-то непостижимым образом оказалась слишком близко, потом вспышка солнца на лезвие меча, и дикая боль в районе голени. Мина перерубила ему обе ноги. К боли в ногах присоединилась запоздавшая почему-то боль от отрубленной руки, и свет стал меркнуть.
 
— Эй, только не отключайся, мы ещё не закончили! — услышал он голос Мины, как во сне.
— Если ты не хочешь чтобы он отключался, не нужно было отрубать ему столько конечностей, — сказал второй голос, откуда-то совсем издалека.
Какое-то время они шли рядом молча. Наконец Лиана не выдержала:
— Послушай, сестрёнка, я не хочу играть в старшую и учить тебя жизни, но свою точку зрения тебе всё же озвучу.
Мина кивнула, ничего не говоря. Лиана, получив согласие, продолжила:
— Что бы тебе не довелось пережить, не стоит платить обидчику той же монетой. Естественно, его нужно было уничтожить, чтобы он не доставил страданий другим людям. Но уподобляться ему нельзя, иначе ты ничем не лучше. Возьми себе за правило, что таких людей нужно просто вычёркивать. Убила, и всё! Воздух стал чище, травка зеленее, а справедливости в мире прибавилось. Я даже не отрицаю пыток, если возникла такая необходимость, я против того, чтобы получать от этого удовольствие. А ты, уж извини, прям прибалдела!
Мина шла молча, ничего не возражала, повесив печально голову. Лиана решила дожать:
— Ну а уже мёртвого превращать в салат, это вообще за гранью. В этом же нет никакого смысла!
— Да знаю я, самой теперь на душе гадко от этого… — начала Мина, но не успела договорить, потому что Лиана резко схватила её за руку.
— Бежим, — крикнула она и потащила Мину в обратном направлении.
Мина послушалась, хотя сначала и не поняла что происходит, но спустя несколько секунд тоже увидела, что вызвало такую реакцию Лианы. На вершину ближайшего холма с противоположной стороны накатывала волна варваров. Они неслись сломя голову сплошным тёмным потоком, заполнив всю вершину, а потом устремившись вниз.
— Что происходит? — крикнула Мина на бегу.
— Похоже, победа! — ответила Лиана, — враг бежит!
— Так это же хорошо! — крикнула Мина.
— Вообще да, но для нас нет, — ответила Лиана, — потому что бегут они прямо сюда! — и она ещё прибавила хода.
Если бы приходилось бежать всё время прямо, то они бы, наверное, оторвались, но хаос в происходящем вокруг всё время нарастал. Группы бегущих начинали появляться с разных сторон. Они и сами не всегда понимали, куда им нужно деться, чтобы спастись, и начинали метаться довольно хаотично. Лиану с Миной пока что никто не замечал, вернее, на них не обращали внимания, занятые спасением своих жизней. Постепенно они оказались в гуще мечущихся варваров, и им пришлось бежать вместе с ними, потому что бежать против течения было ещё хуже.
Наконец, на них обратили внимание. Чей-то взгляд зацепился за маленькие женские силуэты, и началась погоня уже за ними. Всё происходило быстро, в суете, и Мина совсем потерялась в происходящем. Она решила довериться Лиане, которая вроде бы знала что делает, потому что действовала решительно, меняла направление бега, как будто преследовала какую-то определённую цель.
Наконец, варварам удалось их окружить. Они взяли их в кольцо, и теперь стояли, тяжело дыша, и просто с удивлением глядя на них. Они даже забыли, что минуту назад спасались бегством. Наконец один, самый здоровый, вытянул вперёд руку и указал пальцем на Лиану.
— Эта моя! — сказал он.
Мине всё это напомнило события, которые произошли не так уж и давно. Отличие было только в том, что теперь она была не одна, и что живыми их в этот раз будут брать вряд ли. Всё это не добавляло оптимизма. У варваров завязался спор, как их поделить, и в это время Лиана шепнула ей: