Пропала женщина (сборник)

— Я боялся, что позже вас не застану. Вы, наверное, будете сегодня развлекаться со своими скелетами?
— Совершенно правильно.
— Между прочим, сегодня суббота.
— Больницы по субботам не закрываются.
— Какой у вас суровый, деловой тон. Собственно говоря, я хотел узнать, когда я могу надеяться получить следующую консультацию.
— Вообще-то… — замялась Памела.
— Суббота же, — просительно сказал Джеффри. — А завтра воскресенье. Первое марта, барометр показывает «ясно». Весна все же пришла будто шелковая.
— И вы хотите, чтобы все следовали ее примеру? Так не бывает.
— Прошу вас! Да или нет?
— Может быть, завтра…
— На весь день?
— Нет, не на весь. Господи, сладу с вами нет. Может быть, если будет хорошая погода, прокатиться во второй половине дня за город?
— Знаете что, — воскликнул Джеффри. — Давайте я вам покажу «Беглянку». Помните, я вам про нее говорил. Это наша яхта. Я захвачу кое-какие припасы, и мы устроим пикник на борту. Ну как?
— Отличная мысль, — отозвалась Памела. — Хорошо, давайте встретимся в три часа. Как у вас сегодня настроение, Джеффри? Спали хорошо?
— Спасибо. Спал как убитый. Так я заеду за вами в три часа. Да… Памела!
— Что?
— Не подумайте, что я вчера выпил лишнего. Я в вас действительно влюбился.
— Увидимся завтра, — отрезала Памела.
Примерно через час после этого разговора инспектор Джемс сидел в кабинете Джексона и с глубоким интересом читал сообщение, поступившее ночью из Центрального управления полиции. В нем говорилось, что вечером предыдущего дня два человека остановили машину «Моррис-12» на Южном шоссе и попросили подбросить их до ближайшего городка. Затем, угрожая пистолетом, заставили водителя выйти из машины и уехали. Проходивший мимо грузовик довез владельца до ближайшего телефона-автомата, и по его сигналу за угонщиками была послана полицейская машина. Их увидели около Уолтемстоу и на большой скорости преследовали до тоннеля Блекуолл. У входа в тоннель «моррис» влетел в стену, и один из угонщиков сломал позвоночник. Другой остался практически невредим и рассказал полиции о предыдущих угонах.
— Похоже, они неплохо на этом зарабатывали, — заметил Джексон. — Молодцы наши, ловко их поймали.
— А почему вы мне ничего не говорили о том, что у Кросса недавно украли машину? — упрекнул его Джемс. — Если бы этот парень не протрепался о своих прежних подвигах, я бы так об этом и не узнал.
— Оплошность вышла — я сам про это почти забыл. Какая, думаю, связь?
— Может, связи и нет, — сказал инспектор, — но все-таки я съезжу туда и побеседую с тем разговорчивым парнем. Мало ли что. Больше все равно у нас концов нет. На его пальто ничего не нашли. Так я и ожидал. А зола, которую я выгреб у него из камина, — бумаги и тряпка. Между прочим, я сегодня спозаранку съездил к тому разбомбленному дому. Он играет важную роль в алиби Кросса.
— Ну и что? Все сходится?
— В общем-то, да. Все, как он описывает. Дверь висит на одной петле. Кругом битое стекло. Внутри дом не так уж разрушен, во всяком случае, первый этаж, но крыши почти что нет. Кругом мусор — разбитая мебель и всякий хлам. Возле бетонной дорожки на земле несколько следов, но не очень четкие. Один след, по-моему, от женских туфель. Но какой от этого толк? Если Кросс шел по дорожке, то он не оставил следов.
— Плохо дело, — вздохнул Джексон.
— Да, — продолжал Джемс. — Ничего у нас не вытанцовывается. Поеду-ка я в Баркинг, а вы позвоните Кроссу и скажите, что я зайду к нему на квартиру часов в восемь вечера. Надеюсь, он будет дома. Что-то мне хочется еще раз с ним побеседовать.
Если Джеффри проснулся утром в смешанных чувствах, Кросс тоже был не в своей тарелке. С одной стороны, убийство удалось. План сработал, алиби несокрушимо. В понедельник на коронерском дознании будет вынесен вердикт: убийство неизвестным лицом или лицами. И это лицо так и будет неизвестным, а Джеффри на всю жизнь останется под некоторым подозрением. Жаль, что не удалось затянуть его поглубже, но тут можно перемудрить себе на погибель. Лучше пусть будет как есть. Дело в конце концов сдадут в архив, и Кросс спокойно прикарманит наследство. После дознания уже удобно обратиться к адвокатам покойного. Наконец-то не надо будет каждый день ходить на эту проклятую фабрику. Можно будет справиться о самолетах на Рио-де-Жанейро. Мир распахнется перед ним — богатым, независимым человеком.
 
Однако Кросс был не вполне спокоен. Инспектор разговаривал с ним чересчур холодно. Да и Кроссу стоило немалого труда держать себя в руках во время обыска его квартиры. Эти проклятые пятна крови лишили его сна на целую ночь. Весь следующий день у Кросса скребли кошки на душе: вдруг анализ пальто что-нибудь даст? Хорошо хоть, что ему не предложили сдать кровь для сравнения. А довольно категоричная просьба быть вечером дома тоже не добавила ему спокойствия.
Когда, вернувшись домой, Кросс принял ванну, выпил виски и пообедал в ресторане, ему стало немного легче. Он удобно расположился в кресле рядом со столиком, на котором стояла бутылка виски и лежала пачка сигарет. Около половины девятого в дверь позвонил инспектор Джемс.
— Заходите, инспектор, — весело сказал Кросс. — Снимайте пальто и располагайтесь как дома. Хотите виски?
— Спасибо, не надо, — ответил Джемс. Он снял пальто и устроился в другом кресле.
— У вас озабоченный вид, — заметил Кросс. — Могу я вам чем-нибудь помочь? Понравился пепел из камина?
— От того, что вы кремировали в камине, — сказал Джемс, — ничего узнаваемого не осталось.
— Так ничего и не было, инспектор. Просто старые письма.
— И какая-то тряпка? Что это была за тряпка?
— Да просто старая тряпка из машины, я ею оттирал пятна с пальто. Боюсь, что ее родословная мне неизвестна.
— Непонятно, почему вы разговариваете таким враждебным тоном, — сказал инспектор.
— Разве это не признак моей невиновности? Если бы я был убийцей, я бы наверняка лез из кожи, чтобы вам угодить. По правде говоря, инспектор, вы тоже со мной не очень любезны. Не знаю, чего мы с вами не поделили. Уверяю вас, что мне нечего скрывать. Без конца что-то вынюхиваете, а от этого устаешь. Кстати, вы не собираетесь вернуть мне пальто?
— Я пришлю его вам завтра утром.
— Ну и как оно… сильно вас… просветило?
Инспектор мрачно ухмыльнулся.
— Да как сказать… — Он внимательно наблюдал за лицом Кросса, но на нем ничего нельзя было прочесть. Это было хмурое озабоченное лицо, но иным Джемс его и не видел. — Может быть, пальто нам что-нибудь и сказало бы до того, как вы его отчистили, но вы над ним основательно потрудились. Придется поверить, что это была кровь из вашей руки.
У Кросса отлегло от сердца.
— Послушайте, инспектор, зачем вы пришли? Неужели просто для того, чтобы обмениваться колкостями?
— Конечно, нет. Вообще-то я пришел, чтобы сообщить вам хорошую новость.
— Вы нашли убийцу?
Джемс покачал головой.
— Боюсь, что нет. Зато мы нашли людей, которые украли вашу машину.
— Машину? Вы хотите сказать, «воксхолл»? Ну вы молодцы, я даже не ожидал. Как вам это удалось?
Джемс вкратце рассказал ему о погоне и ее результатах.
— Который из них сломал спину — высокий?
— Этого я не знаю.
— Надеюсь, что высокий, это он приставил мне к затылку пистолет.
— Вам будет не так-то легко получить машину обратно.
— Да бог с ней, хотя страховая компания, наверное, думает иначе. Так вы разговаривали с тем, который остался цел?
— Да, — сказал инспектор, — и он многое мне порассказал.
— Ну и что? Вы так доверчивы, инспектор, что ему, наверное, удалось вас убедить, что это я украл у него машину.
— Нет, но он навел меня на размышления о любопытных стечениях обстоятельств. В таком деле, как наше, необъяснимые странности часто скрывают ключ к разгадке.
— Иными словами, когда вам не удается раскрыть преступление, вы создаете видимость деятельности, развлекаясь всякой посторонней чепухой.