Свадебное путешествие (СИ)

— Судя по всему, это части какого-то античного украшения, где-то у меня в коллекции есть браслет с подобным узором, найденный также при раскопках Фьезоле. Я его купил у нашего археологического музея… Видимо, это монетки VI века до н.э. переделанные в бусы, наподобие цыганских. Они все рядом лежали?
— Да, — кивнул Джордано. — Прямо россыпью! На полу в комнатке с очень низеньким потолком.
— Возле скелета, — уточнил Розанчик.
— Кошмар! — вздрогнула мадам Лили` — жена Жасмина.
— Да там только пару косточек было и череп, — "успокоил" паж.
— Бедный Йорик… — трагически вздохнул Парис. — Ограбили тебя эти варвары.
Кладоискатели потупились.
— Розанчик! — дёрнула пажа за рукав Амариллис. — Покажи одноглазую…
— Да! Ваше сиятельство, а вот эта штука откуда? Она в стенке была спрятана совсем в другом конце города. — Паж протянул герцогу свою драгоценную находку.
Джорджоне бережно взял статуэтку и осмотрел со всех сторон. Вздох восхищения прокатился по толпе, все хотели поближе рассмотреть зверюшку.
— Явно этрусская бронза, — сказал Джорджоне. — Химера какая-то. Наверно она, по древним верованиям, призвана охранять дом — отгонять злых духов.
— Такое страшилище кого угодно прогонит, — заметил кто-то из актёров.
— А какого она века? — спросил мэтр Жасмин.
Герцог пожал плечами:
— Пятого, я полагаю. До Рождества Христова.
Розанчик восхищённо свистнул:
— Выходит, моей Флорес больше двух тысяч лет?
— Две с половиной. Круто! — воскликнул Джордано.
Герцог Провансальский как раз рассматривал химеру:
— А почему "Флорес"? В честь Флоренции?
— Ага, — Розанчик очень внимательно следил, как химера переходит из рук в руки. — Осторожней!
— Она не флорентийская, а из Фьезоле, — заметила Фиалка Триколор, разглядывая маленькое чудовище.
— Всё равно, Флорес! — упрямо сказал Розанчик.
— Лучше — Тоска, в честь Тосканы.
— Нет, Флорес. Не трогай глаз! У неё и так только один…
— Жаль, что нет второго глазика, — синьора Далия осторожно приняла статуэтку от Фиалки. — Знаешь, у меня где-то есть коралловые бусы, старые, я тебе дам одну бусину, она такого же размера.
— Правда?! — лицо Розанчика осветилось благодарностью. Далия засмеялась:
— Конечно, золотце! Я поищу дома. Возьми свою красавицу.
Гиацинт быстрым взглядом окинул толпу. Момент был подходящий. Граф сказал, как бы размышляя вслух, но довольно громко, чтобы слышали родственники:
— Мда… последний день здесь запомнится надолго. Флоренция на прощанье дарит нам сувениры, чтоб мы не забыли ее…
Все обернулись и посмотрели на Цветущую столицу в лучах "золотого солнца". Близился вечер…
— Почему это "последний день"? — Матиола пружинисто подошла к зятю. Гиацинт ласково сказал:
— Потому, дорогая мамочка, что завтра мы уезжаем. В Ливорно. И, надеюсь, вы все едете с нами.
— Что за фантазии? — нахмурилась маркиза.
"Герцогская половина" не знавших об отъезде, обернулась к нему.
— Мы надеялись, вы останетесь ещё хотя бы на неделю, — огорчился герцог Джорджоне. — Но если всё решено…
— Что значит, решено?! — возмутилась Матиола. — Я об этом впервые слышу!
Мэтр Жасмин вмешался:
— Мадам, всё дело в том, что это мы уезжаем завтра…
— А мы едем с театром, — закончил Гиацинт. — Кто против?
Остальные даже не удивились. Раз уж он решил…
Герцогиня Далия с сожалением вздохнула:
— Раз вы уедете завтра с утра, то пора начинать сборы. Мы возвращаемся во Флоренцию!
Маргошка кивнула:
— Значит, обедать вовсе не будем. Можно не готовить…
— Да, поужинаем в замке, — решила Далия.
Матиола не сдавалась:
— Лично я не успею уложить вещи до завтра. Терпеть не могу внезапные отъезды!
Гиацинт спокойно предложил:
— Если желаете, мамочка, мы поедем сами, а вы через пару дней нас догоните. Мы подождём вас в Ливорно.
— Опять?! Нет уж! — Матиола вспомнила предыдущее раздельное путешествие. — Едем все вместе!
— Браво, мадам! — одобрили артисты решение Матиолы.
— Но тогда… Всё, — сообразили гости "герцогской половины". — Прощай Фьезоле! И Флоренция…
 
Все поднялись на ступени Фьезоланских ворот и в последний раз посмотрели сверху на арену Римского амфитеатра, на башню колокольни собора, на монастырь Сан Франческо и развалины древних стен, хранящих свои клады…
Далеко внизу призывно алели крыши Флоренции. Повозки поползли с холма, минуя кипарисы, стоящие на страже заповедной дороги.
Амариллис оглянулась, глядя на удаляющиеся стены этрусского города:
— Что станет с Фьезоле без его дракона? — она указала в сторону Розанчика, который любовался на свою дорогую химеру, держа её в ладонях, словно птенца.
Виола успокоила её:
— Ничего, там ещё есть. Или родится новый. Без дракона нельзя…
После общего обеда, артисты уехали собираться в дорогу. Вечер во дворце Георгин также прошёл в сборах. Матиола, герцог Провансальский, мальчишки, Фиалка и её сестра с мужем укладывали свой багаж. Герцогиня готовила праздничный ужин. Герцог Джорджоне оставался в Цветущем Городе, в Ливорно и дальше в путешествие ехал только его сын. Наконец, взволнованные предстоящим отъездом, все улеглись спать.
*****
На рассвете Виола открыла глаза. В комнате плавали сумерки, солнце ещё не взошло. Она перевела взгляд на соседнюю подушку — пусто! Виола осмотрелась вокруг.
Гиацинт полностью одетый сидел на подоконнике и ждал рассвета. Его силуэт мягко скрывали утренние сумерки. За окном тёмной глыбой выступал форт Бельведер.
Виола улыбалась, глядя на мужа. Ей вспомнилось время, когда он взбирался в её комнату по верёвочной лестнице, садился боком в открытом окне и смотрел, как она спит. Или, если прихватит гитару, пел ей серенады. Она беззвучно рассмеялась, прячась за край одеяла. Он шевельнулся:
— Почему не спишь, солнышко?
— Солнышко-то как раз спит. Ещё не рассвело. Ты почему встал?
— Так…
— Ага, — поняла Виола. — Спорим, знаю, о чём ты думаешь?
Он обернулся:
— Интересно…?
— Ты думаешь: "Сегодня мы увидим море"…
  
44. Опасная дорога
 
.
— Эй, девчонки, вы как, не скучаете? — Гиацинт и Натал верхом на резвых конях галопом обогнали жёлтую карету и остановились, ожидая, пока она поравняется с ними.
Амариллис высунулась из окна:
— Виолетта, гляди! Инспекция приехала!
— Вижу, вижу. Опять прискакали, не дают спокойно поговорить!
Всадники следовали рядом, с левой стороны кареты. После этих слов Натал вежливо спросил:
— Интересно, о чём шла беседа?
Виола выглянула рядом с подружкой:
— Да так, о всяких пустяках.
Гиацинт пришпорил коня и тоже приблизился к окну:
— Слышал, старик? Это значит, говорили о нас.
— Как догадался? — кокетливо поинтересовалась Амариллис.
Ее братья — родной и названный, презрительно рассмеялись:
— Будто мы вас первый день знаем. Сплетницы!
— Ах, можно подумать! — отвечали подружки. — Мужчины! Вместе у вас столько важных дел, вам так хорошо, привольно и мы вам соверше-е-енно неинтересны!
— Так что, господа дорожная полиция, чешите отсюда! Иначе мы своим "танком" сотрём вас с лица земли! — Амариллис похлопала по дверце кареты.
— Ужас, до чего страшно, — усмехнулся Гиацинт. — Натал, поехали, ну их.
Они поскакали вперёд. Виола требовательно замахала рукой:
— Граф! Вернитесь!
— Это приказ? — насмешливо уточнил Гиацинт, придержав коня.
— Естественно! Доложите обстановку на дороге. Как там остальные?
— Всё в полном порядке, мадам: они ругаются, не переставая! Розанчик передавал всем привет и тысячу проклятий!
— Кому из нас? — встряла Амариллис.