Шизанутый 5 (СИ)

Оказавшись на поляне, мы увидели бой впереди. Наша группа сражалась сразу с двумя другими. Но бой не был особо кровавым, как во время осады города или в битве с мутантами в эпицентре. Тут все старались в первую очередь выжить, измотать противника и не спешили к башне. А те, кто спешил, оказывались сразу под огнём двух групп.
Возле башни лежали несколько тел. Всё же пройти к щиту никому не давали, и все были настроены решительно.
Наше появление приободрило остальных. Хотя я не одобрял того, что они бросили пятерых соратников позади, но всё же понимал, что все хотят победить.
— Денис! Я думал, ты уже в башне! — обрадовался Потёмкин, больше остальных.
— Тут в одиночку не прорваться.
— Не похоже, чтоб кто-то туда спешил, — заметил я.
— Ну, их сразу атакуют…
— Мы так можем весь день просидеть.
— Есть предложения? — уточнил Потёмкин.
— Да. Победить и отправиться на праздничный ужин.
— Ха-ха, я-то не против. Но как?
— Просто перестаньте атаковать любого, кто подойдёт к башне, — предложил я с таким видом, будто это что-то очевидное.
— Как? — удивился Орлов.
— Ты с ума сошёл? — не понял меня и Потёмкин.
— Они тогда щит заберут… — подала голос и Вересаева.
— Не заберут. Отдохните, парни и девушки… Восстановите ману, перевяжите раны, — предложил я и уселся на землю, опершись спиной о большой камень.
Все смотрели на меня, как на идиота. Некоторые продолжали изредка кидать во врагов заклинания. Но большинство всё же заинтересовались моей идеей. Я для многих был примером, если не сказать, кумиром.
Спустя пять минут все наши прекратили забрасывать вход в башню заклинаниями, и это дало результат. Обе группы соперников решились на основной рывок и там начался такой замес… От вспышек заклинаний аж в глазах мерцало, как будто на сварку посмотрел. Да и грохот стоял неслабый, аж по земле вибрация передавалась.
— Сейчас! Лучший момент для атаки! — возбуждённо предложил Потёмкин.
— Рано, — осадил я его, рассматривая облака над нашим полигоном.
Если к ним присмотреться, то можно заметить отражение лиц зрителей в прозрачном куполе.
— Как рано? Кто-то из них сейчас в башню зайдёт, и всё!
— Рано, говорю.
Мне даже смотреть туда не нужно было. Я просто считал.
Одна минута активного боя мага требует сотни две маны. В среднем. У мага двадцатого уровня, если он не вливал абсолютно всё в энергию, что было бы очень глупо, должно быть не больше тысячи маны. Да и то, это слишком. Учитывая среднюю скорость восстановления и продолжительность боя, их мана должна закончиться…
— Сейчас! — произнёс я.
Заклинания постепенно умолкали, а на смену им пришли матерные крики. Естественно, в самый ответственный момент мана закончилась, как раз когда мы вступаем в бой.
Да и боем это назвать было сложно. Мы за пару минут перемололи и бет, и альф. Большинство из них просто сбежали, но были и отчаянные, которые решили быстренько забежать в башню. Такие шустрики обломали зубы о стража, который охранял первый этаж башни.
Огромный каменный голем тридцатого уровня. Чем-то похож на Засранца, только раз в пять больше и… медленней. Жаль питомцев использовать нельзя, я бы посмотрел на их бой.
Совместными усилиями мы справились со стражем. Благо на нём не было бессмертия, как на других монстрах в этом месте. Затем все дружно поднялись на вершину башни и забрали победный щит. Это почётное деяние все уступили мне и очень настаивали, чтоб именно я поднял его, завершив тем самым испытание.
Можно было, конечно, сделать ещё проще. Пробраться к вершине в невидимости. Но ни у одного мага, насколько я знаю, такого навыка нет. Так что я просто выдал бы себя. Точнее, свою способность Лазурита.
* * *
Последний экзамен оказался невероятно изматывающим. Весь следующий день после него мы отсыпались. Занятия закончились, преподы расслабились, так что в Академии наступила, если можно так сказать, контролируемая анархия.
А вечером состоялся, типа, новогодний ужин. Но сравниться с тем, что был при поступлении, он не мог. Все скромно. Но тем не менее наряженная ёлка красовалась перед Академией. Нет снега, Деда Мороза и Снегурочки? Ну так выпить можно и без них. Тем более я реально чувствовал себя на этом самом новогоднем вечере настоящим «авторитетом». Ну а что? Случай с Норбековыми быстро охладил горячие головы не только моих сокурсников, но и всех старшекурсников. Да даже смерть Бестужева местные сплетники умудрились связать со мной. Так что я просто наслаждался едой, выпивкой и беседой с друзьями. Ну а Соня с Вересаевой, практически не отходившие от меня, добавляли, так сказать, комфорта.
 
После того как народ достаточно выпил, начались танцы, но на этот раз в них я не участвовал. Ну вот просто не хотелось. А все мои друзья отправились туда. Я же сам не понял, что остался за столом практически в гордом одиночестве. Но может, и хорошо? Наблюдал за пляшущим народом, потягивая вискарь из своих запасов, и размышлял. Ну а что? Хорошее время подвести итоги. С моего пробуждения прошлого полгода. И надо сказать, что эти полгода были какими-то бешеными. В прошлом по жизни я не особо любил «адреналиновые» приключения. Так-то можно развлечься, но дома, на диване перед телевизором тоже неплохо. А вот на тебе, три века спустя закрутило так закрутило. И блин, нисколько не жалел!
Вон гаремом-семьёй обзавёлся — любо-дорого взглянуть. Почти князем стал. Правителем. Раскачался. И даже не парит, что в голове отмороженный чувак живёт.
«Эй! Я бы попросил! — тут же возмутился Имба. — Где ты здесь отмороженного увидел? Да без меня ты бы сдох давно, ёпта».
«Да? Что-то я не видел и не слышал тебя на последнем испытании», — рассмеялся я мысленно.
«Дык там слежка велась постоянно. Артефакты низзя, зелья свои низзя. Что, если бы и меня спалили? Я тебе и так ману заливал. И щит достал вовремя. А ты отмороженным обзываешься…»
«Да ладно, спасибо, конечно. Отмороженный — это ж в хорошем смысле».
«Не знаю хорошего смысла у этого слова, — упёрся Имба. — Это слово плохое и попрошу его ко мне не применять! А вот гениальным, умным и невероятно обаятельным называть разрешаю! И вообще. Ты чего это тут стал итоги подводить? Их подводят в конце. А мы только в начале. Ещё столько девок вокруг… столько магических штучек… столько…»
«Так, — строго произнёс я, — завязывай уже. Считай, что подводим предварительные итоги и пока мы везде в плюсе: Норбековых убрали. Соню выручили…».
«Ага, — ухмыльнулся в моей голове Имба, — Ирину трахнули, Доброву трахнули! Красота! Только вот ты про Олега забыл и про Понятовского. Да и с Норбековыми ещё ничего не решено!»
«Думаешь, мстить будут?»
«Да к бабке не ходи, будут!»
«Ну, пусть рискнут здоровьем».
— Денис, — передо мной появилась раскрасневшаяся Соня, — ты это чего здесь один? Ну-ка, пойдём!
И меня утащили танцевать, соответственно, всё подведение итогов я оставил на потом. В конце концов, жизнь продолжается, и это уже хорошо. После танцев мы вернулись к столу, потом ещё выпили и ещё… А потом, честно говоря,ничего не помню.
Очнулся я в очень знакомом месте… блин, да это спальня ректора. Её постель. Только вот рядом со мной сопит не ректор, а Соня. Причём обнажённая, широко раскинув руки на огромной кровати. Да и сам я, так сказать, без одежды… Голова раскалывается…
«Имба! Имба! Да что тут было-то?»
Но эта сволочь, как обычно, когда в нём очень нуждаются, исчезает.
Открылась дверь и я увидел улыбающуюся Ирину, в халате, с подносом в руках, на котором стояли три бокала и блюдо с фруктами.
— Проснулся? Да ты алкоголик!
— Я больше себя покойником чувствую, — выдавил я охрипшим голосом.
— Ну, после того, что вчера было, обычно не живут, — улыбнулась она.
— А что было? И… — кивнул в сторону Сони.
— Совсем ничего не помнишь? — ехидно поинтересовалась она. — А ночью был очень убедителен.