Ноша хрономанта 6 (СИ)

— Ну, вести дела из удобного офиса с кофемашиной, кондиционером и видеосвязью, позволяющей получать отчеты от работников на местах, было бы действительно куда удобнее…Особенно если иметь твердые гарантии, что никакие бандиты с ножами наперевес вдруг не ворвутся к тебе или твоим деловым партнерам, поскольку покой и безопасность честных налогоплательщиков обеспечивается большой и сильной армией. — Признал Максимилиан, что честно признавал себе — он любил власть. Однако куда больше он любил то, что эта самая власть может ему обеспечить. И быть даже не вторым, а двухсотым в сверкающем мегаполисе куда комфортнее, веселее и продуктивнее, чем единоличное владение каким-нибудь убогим хутором на окраине мира. А всего лишь двухсотым он быть не собирался, ибо кому как не ему стоит попытаться взобраться повыше в обществе, где главное не сила, а мозги… — Что ж, думаю внезапно заявившаяся прямо к нашему крыльцу проблема действительно скорее удобная возможность…И стоит помочь Бальтазару в его без сомнения праведном деле восстановления цивилизации, даже если он и попытается стать единоличным лидером созданного государства. В конце-концов, о том кому будет принадлежать контрольный пакет акций созданного предприятия можно поговорить и после того, как все уже начнет работать и прибыль приносить. Да и просто владеть парой процентов структуры, столь выгодной в плане финансовом и политическим, тоже очень даже неплохо…
  
Интерлюдия
 
Производственные процессы
 
Интерлюдия. Производственные процессы.
Внутри стоящего на окраине Лондона завода впервые за довольно долгое время вновь кипела жизнь. Ну, местами. Все-таки это сооружение, значительная часть которого была законсервирована, а может даже и заброшена, задолго до конца света имело довольно впечатляющие масштабы. Даже несмотря на то, что примерно половина его строений разрушилась и ремонту не подлежала. Однако оставшихся помещений, которые люди и нелюди старательно привели в порядок, вполне хватало на то, чтобы в них шумели станки, стучали молотки, дребезжали конвейерные ленты и даже проводились такие эксперименты, которых английская промышленность, во всяком случае официальная, никогда прежде не видела.
Небольшая домна, сложенная из кирпичей в уголке одного из цехов, полыхала жаром так, что подходить к ней ближе пары десятков метров не хотелось. Облаченные в спецодежду люди и не подходили. Они бросали заранее составленные связки трав или куски каких-то странных минералов в наклонный бетонный желоб, что вел пламя к источнику ужасающих температур. Каменный уголь, набранный из запасов какой-то английской котельной, давал достаточный жар, дабы найденные на складах стальные прутки арматуры вновь расплавились и стали жидкими, дабы люди смогли их отлить уже в несколько другую форму. И пламя, что столь щедро принимало многочисленные подачки, весьма заметно реагировало на них, то чуть меняя свой цвет, то усиливая интенсивность, а то вдруг вообще замедляясь до такой степени, что это казалось невозможным, но зато начиная буквально впитываться в металл.
— В самой-то стали я уверен на все сто, сталь и сама по себе должна быть хорошая, если только из-за инноваций мы чего-нибудь не напортачили, — заверил Рохан своего собеседника и коллегу, поскольку рыжебородый и широкоплечий гном тоже был кузнецом, тоже оружейником и тоже когда-то свою небольшую лавку держал, товар для которой изготавливал собственноручно.- Я эту марку знаю, уже делал из неё пластины для бронежилета. И ничего, никто не жаловался…Ну, в смысле за заменой треснувших сегментов приходили вполне себе живые люди.
— Ну, тогда все точно получится, ибо данный метод напитывания стали эфиром проверен поколениями, да и само зачарование-то будет, можно сказать, детское. Повышение силы и выносливости на пару пунктов это такой примитив, что если бы с ним не справился подмастерье рунного кузнеца, то быть ему разжалованным в ученики обратно! — Гном, который просил называть его просто Торном, вроде бы тоже немного нервничал, но старался этого не показывать. Однако попавшийся случайно ему в руки треснувший пистолетный затвор уже был в маленький-маленький комочек скомкан. — Тем более, отливать-то мы будем не перстни или там кулоны, а большие удобные пластины, да еще и круглой формы. Туда рунную вязь наносить должно быть одно удовольствие…Только вот не знаю, успею ли обработать все два десятка, пока не остынет металл. Его тут все-таки аж целая эта ваша тонна…
  
— Если не успеешь — не страшно, — успокоил его пакистанец, который впервые участвовал в создании настоящего артефакта. Пусть пока только в производстве его материальной части, а именно подготовке форм и достаточного количества расплавленной стали. — Просто следующие плавки будем делать поменьше…Если понадобится — в несколько раз меньше. И хоть десять раз в день.
— Главное чтобы заготовок для рун хватило, — ни капли не испугался подобной рабочей нагрузки гном, кивая на длинные ящики, в которых на тканевой подушке бережно лежали мистические символы, вырезанные из костей магических животных. — Их все же делать не так-то просто…
— На токарном станке — просто, — не согласился с ним Рохан. — Способ обработки ведь на конечный результат не влияет?
— Вообще-то влияет и ещё как, — уточнил рунный кузнец, досадливо поморщившись. — Но не в том случае, если сырье сильно так себе, ибо обрабатывалось косорукими неумехами и хранилось в какой-то дыре, от получившегося артефакта требуется самая малость, а делать мы будем не составную часть доспеха, а всего лишь усиливающий амулет для ваших худосочных ополченцев, которые и свой собственный вес на горбу утащить не могут.
— Так перед нами задача стоит и не добиться максимального результата, а отработать технологию для массового внедрения, — пожал плечами Рохан, который отлично знал, что сотня стареньких и может быть даже ржавеньких автоматов иной раз стоят гораздо больше, чем какой-либо суперсовременный пулемет, который всего один и, соответственно, может только в одном месте стрелять, пусть даже куда дальше, сильнее и эффективнее. Пакистанец считал себя человеком в общем-то мирным, он действительно любил работать своими руками, не любил воевать и был категорически против тех кровавых безумств, которые политики стыдливо называют кто необходимыми жертвами, кто военными преступлениями… Но это не значило, что в военном деле он не разбирался. — Чтобы рабочие этого цеха сумели опробовать в реальности навыки обучающих кристаллов или получить нужные классы и умения, ну а потом, через несколько месяцев, а может лет, такие усиливающие амулеты мог себе позволить не только каждый ополченец, то также и каждый занимающийся тяжелым физическим трудом грузчик и даже каждая домохозяйка, которой вдруг бочку с мукой потребовалось срочно передвинуть!
— Не получится, — хмыкнул гном. — Пусть это даже не настоящие артефакты, а лишь бледное их подобие, но все равно не получится…Это же десятки тысяч усиливающих амулетов потребуются. Да какой там десятки…Сотни тысяч!
— Ну и? — Не увидел проблемы Рохан. — Костей всяких волшебных оленей у нас на складе завались! Сырья, которое в топку надо досыпать прямо по мере нагрева, чтобы магией сталь пропитывалась — тоже. А кончатся — набрать новых трав или набить слегка магического зверя ну вот вообще не проблема, сейчас лесов вокруг столько, что в ближайшую сотню лет проблем с сырьем мы точно испытывать не будем!
— А обрабатывать это самое сырье кто будет? — Хмыкнул гном. — Токарный станок штука конечно для такой массовой дешевки полезная, ну пусть их у нас будет два, три или даже четыре…
— Пфф! — До Рохана наконец-то дошло, что его собеседник плохо представляет себе, что такое настоящая индустриализация. Правда, пакистанец это тоже себе не особо представлял…Больше по книжкам…Но все-таки понимание масштабов у него имелось. — Да у нас их может стоять по несколько десятков только в одном цеху! А цехов этих на заводе будет столько, сколько потребуется, как и самих заводов…