Телохранитель поневоле (СИ)
От волнения опять пересохло в горле, и я глотнула еще немного оранжевого коктейля, нервно наблюдая за сидящим напротив меня парнем.
Диллон криво усмехнулся уголком рта. Взболтал остатки жидкости в своем стакане и залпом опрокинул его в себя, даже не поморщившись. Хотя до меня долетали отголоски аромата крепкого алкоголя.
– Мда-а-а… – протянул он задумчиво, впившись в меня изучающим взглядом. – Я так не лажал даже в самом начале, когда только открыл свое агентство и работал вдвоем с приятелем. Ты не перестаешь меня удивлять: сбежала из дому, устроилась на работу и умудрилась скрываться от профессиональных охотников одиннадцать месяцев! Когда я тебя увидел в той забегаловке впервые, то поначалу думал, что ошибся. Обознался. Даже твое оцепенение при виде меня ничего мне не говорило. Меня многие в гетто знают и справедливо опасаются. Но потом, когда я решил вернуться и все же убедиться, что ты – это ты… Значит, домой возвращаться не собираешься?
Я напряглась. Успею ли заскочить домой и забрать кое-какие личные вещи, которые не хотелось бы оставлять? Или лучше плюнуть на все и сразу бежать к Линде и ее отцу за помощью? Прятаться и скрываться? За деньги я не переживала. Как ни странно, но еще два года назад я открыла в банке собственный счет, а отец это как-то прошляпил. Так что у меня всегда был при себе платежный чип с немаленькой по меркам моего теперешнего положения суммой. Хватит, чтобы даже не работая, прожить пару месяцев без проблем. Даже с учетом того, что придется покупать новую теплую одежду, обувь и другие необходимые вещи.
Все-таки мне далеко до Диллона и его умения владеть собой. Я поняла это в тот миг, когда серые глаза парня вдруг начали угрожающе разгораться, грозя превратиться в два раскаленных добела лазерных луча. А сам он вдруг подался вперед и со сдержанной, но жгучей угрозой отрезал:
– Не вздумай! Если ты сейчас снова пустишься в бега и бросишь относительно безопасное жилье и работу, то я разыщу тебя в течение суток, даже если для этого придется перетряхнуть все гетто, устроив масштабную облаву! А потом за шкирку отволоку тебя к отцу, пусть выдает замуж!
Мне бы испугаться, но я почему-то нелогично обрадовалась полученному подтверждению своих подозрений:
– Ага! Значит, жених все-таки есть!
Диллон только скривился в ответ.
Несмотря на все нервные встряски этого вечера, в непривычной к алкоголю голове уже шумело. И мыслить связно получалось все хуже и хуже. В голове вертелась какая-то мысль, связывающая в моем сознании Диллона, отца и неизвестного жениха, но ухватить ее у меня не получалось. Как только я на ней сосредотачивалась, догадка снова куда-то ускользала. И, в конце концов, я сдалась. Допила одним махом остатки коктейля и устало поинтересовалась:
– Зачем ты меня сюда сегодня привел? Напоить и в таком виде отправить к отцу? В версию «поговорить», я больше не поверю, можешь даже не напрягаться!
Диллон хмыкнул и с каким-то непонятным веселым сожалением покосился на меня:
– Вообще-то, я рассчитывал на то, что ты испугаешься местного сброда и после известия, что угроза вынужденного брака миновала, сама вернешься домой. – В этот миг я поняла, что то, что я приняла за веселье, на самом деле непривычное для самоуверенного Фейтерре смущение. Но он справился с собой и подавил его, каким-то усталым жестом потерев переносицу двумя пальцами: – Это ж надо было так ошибиться…
На некоторое время после этого между нами установилась тишина. Не знаю, о чем думал Фейтерре, а я судорожно пыталась придумать, как все же добраться до галанета и найти информацию об отце. Почему-то думалось, что именно здесь кроется разгадка всех проблем.
Бар гудел, перебивая льющуюся из скрытых динамиков дикую, рваную музыку, которую и музыкой можно было назвать лишь с очень большой натяжкой. По помещению плыли клубы сизого дыма. Пахло спиртным и немытыми мужскими телами, но к последнему запаху я уже давно притерпелась. Приходящие к нам в кафе на обед работяги порой благоухали и похуже. Что я здесь забыла? Ясно же, что того разговора, который я планировала, уже не получится. Нужно идти домой. Завтра будет новый день и новая смена у Линды. А потом…
– В общем, так, – сбивая меня с мысли, заговорил Диллон, – давай договоримся: ты остаешься там, где находишься сейчас. Я имею в виду квартиру и работу. Не пытаешься сбежать и спрятаться от меня. А я отправляю твоему отцу отчет, что поиски не увенчались успехом, но я напал на след. И нужно еще кое-что проверить. Это позволит потянуть время, и твой отец в то же время не сотворит какую-нибудь глупость вроде найма другого охотника за головами или объявления тебя мертвой. Месяц у тебя будет. Договорились?
Я криво усмехнулась в ответ. В воздухе остро пахло подставой. Я почти не сомневалась в том, что если соглашусь, то рано или поздно об этом пожалею. Что Диллон просто так не пойдет на уступке девчонке, которую когда-то открыто презирал. А значит, в этой истории у него есть своя выгода. Вопрос, какая?
Вместо ответа на вопрос я просто кивнула.
***
Первое, что я сделала наутро, придя в кафе, это подошла к Линде и, пожелав барменше хорошего дня, озабоченно попросила:
– Линда, я могу просить тебя о помощи?
Благодушие барменши сразу же словно ветром сдуло:
– У тебя все-таки проблемы с Фейтерре, да? Вот же!.. Что он от тебя хочет? Тебе нужно прятаться?
Несмотря на отвратительное настроение, я не смогла не засмеяться, глядя на комичное возмущение на ее лице:
– Нет-нет! Вот как раз бежать и прятаться мне точно не нужно! Пока я работаю у тебя и живу на той квартире, где сейчас обитаю, у меня все будет хорошо!
– А что тогда? – настороженно поинтересовалась барменша, немного успокоившись. – Если сама не смогу помочь, попрошу отца! Говори смело!
Я и не боялась. После всего бояться озвучить просьбу в ответ на неоднократные настоятельные предложения помощи просто глупо. Но все же говорила тихо и осторожно, неотрывно глядя в глаза Линде:
– Мне нужен доступ в галанет. Есть подозрения, что Фейтерре вешает мне лапшу на уши. Нужно узнать, что происходит за стеной вообще и с моим отцом в частности.
После такого я почти ожидала услышать вполне закономерный вопрос, кто у меня отец. Но Линда, несколько секунд пристально поглядев на меня, прикусила губу:
– Мм-м-м-м… Срочно? Отпустить тебя сегодня со смены?
– Что? – Я даже головой затрясла от удивления. – Нет, конечно же! Помимо того, что это не горит, я еще и подозреваю, что за мной, за кафе наблюдают. Не уверена, но если что-то выйдет за рамки привычного, думаю, Фейтерре примчится сюда очень быстро!
Линда скривилась:
– Да пусть мчится! Его скорость ему в этом случае не поможет! Хотя если это не срочно, то я предпочла бы не иметь дела с его головорезами. Тогда давай так: сегодня я договорюсь, а завтра, у тебя как раз будет выходной, сможешь порыться в сети и поискать информацию. Идет?
Меня затопило благодарностью к этой сухой в плане эмоций и не особо привлекательной внешне женщине. От переизбытка чувств я порывисто обняла Линду, крепко притиснув ее к груди:
– Спасибо! За все!
День прошел, как обычно. Даже новых, незнакомых посетителей не было, все только свои. И особых хлопот не было. Но по продолжительности он показался мне бесконечным. В какой-то момент, убирая в очередной раз грязную посуду и протирая стол для других желающих поесть, я пожалела, что не приняла предложение Линды отпустить меня домой. То есть, умом я понимала, что поступила правильно и торопиться нельзя. Но мое нетерпение было настолько велико, что жгло меня как клеймо раскаленным добела металлом.
В верности принятых решений я убедилась еще раз, когда вечером, после закрытия кафе, не дожидаясь, пока Линда запрет на ночь помещение, из темноты ко мне шагнул Диллон с каким-то пакетом в руках. Линда выронила из рук связку ключей, когда раздался его чуть насмешливый голос:
– Я не рискнул принести еще один букет тебе, лично мне и одного раза хватило! Мое самолюбие еще никто так жестоко не ущемлял! Надеюсь, на пирожные ты отреагируешь лучше.