Извините, а герои городского фэнтези долго живут? (СИ)

Как она вообще поняла, что я – это ее покойный муж? Маша, стоило мне задаться этим вопросом, рывком отстранилась от меня, неуверенно перебирая ногами и опираясь на трость. Она улыбнулась во все тридцать два, и где-то на заднем фоне зажглось второе солнце, отвечаю. 
– Дорогой, ты тааааакой идиот! – сказала она, сложив руки где-то за спиной. Я посмотрел в ее глаза и понял, точнее осознание само спроецировалось мне в мозг. Глаза Маши светились, не так ярко, как у Лены или близняшек, но в темноте их было бы видно отчётливо с немаленького расстояния. – Скажешь, какая у меня способность?
– Маш, мы только встретились после семнадцати лет разлуки, а ты уже просишь залезть к тебе в трусики? – на самом деле мне было страшно. Я вроде бы понимал, какая у нее способность, но мне одна знакомая эмпат сказала, что это невозможно.
– Ох уж мне эти загоны здешних сверхов! – приложив ладошку ко рту сказала Маша. Точно также, как она делала это в прошлой жизни. 
– Ты телепат… – как можно тише сказал я. С каждой секундой задержки ответа мне казалось, что мне на плечи кладут по одному зданию.
– Верно! – хлопнула Маша в ладоши. – И не верно! Я – как Чарльз Ксавье, только прокаченнее. Я телепат, частично владею эмпатией, телекинетик, могу телепортироваться и переселять своё сознание в чужие тела… точнее, отстранять разум человека от управления телом.
– Я смотрю, автор не поскупился на способности, – сказал человек, который даже близко не подошёл к осознанию своей способности, настолько она необъятная.
– Урод этот автор! Внаглую вмешался в наш мир, забрал из него тебя… хотя хрен с ним с миром, этот козёл забрал тебя из моей жизни. А спустя три года забирает и меня, мол, пойди верни своего любимого. А я не дура, я и пошла.
– Тебя послушай, так у нас с тобой прямо страсть кипела. Мне напомнить тебе, что первые полтора года знакомства ты боялась ходить в туалет, когда я был у тебя дома? Представляю, как ты по-царски пописала, когда я таки ушел после той трёх дневной ночёвки.
– Но страсть была! Нет! Есть! – Маша после этих слов немного стушевалась. – Я действительно тебя стеснялась. Боялась, что ты услышишь, как я… и решишь, что тебе не нужна вторая половинка, которая громко писает.
– Я знаю, что ты меня очень любила…
– Я тебя и сейчас люблю! Попрошу заметить, что тебя даже мама твоя так не любила, как я! – Маша гордо вздернула носик, сложив руки под грудью. – И, технически, я первая девушка, которая в тебя влюбилась по-настоящему. Знаешь, что это значит? Правило первой героини в гареме знаешь?
– Маш, какое нахрен правило первой героини? 
– Ты думаешь, что после шестнадцати лет поисков и нескольких месяцев слежки я просто подойду поздороваться? Ты хоть знаешь, через что мне пришлось пройти, чтобы найти тебя? Да я свой клан чуть не обанкротила, пока смогла найти! И если близняшки, или та сучка с неопределенной внешностью, или безэмоциональная дворецкая пока будут выжидать, то я настроена в кратчайшие сроки затащить тебя в ЗАГС, – Маша снова лучезарно улыбнулась. Она знает про самую сложную неделю в моей жизни? – Да, я же говорю, я несколько месяцев за тобой следила. Больше тебе скажу, я даже присутствовала в некоторых… пикантных моментах… Печально, что мне до той блондинки ещё расти и расти, – Маша погладила себя по груди. 
– Тебе говорили, что некрасиво читать чужие мысли без разрешения? – наклонился я к Маше, чтобы наши лица были на одном уровне.
– Читать твои мысли – одно удовольствие. Ты сейчас такой растерянный, меня аж на глупости пробирает, – с этими словами Маша легонько коснулась своими губами моих губ и сразу же отпрянула, пытаясь скрыть румянец. – Так, слушай план на сегодня-завтра! 
– Маш, я занят сегодня и, вероятно, завтра – я скрестил руки на груди. Нет, я боялся, что Маша изменилась из-за перерождения и получения имбовой способности, но она вообще не поменялась. 
– Расследование? Брось! Этого несчастного убил вампир Консельмо Малк, обитающий в соседнем районе. Вчера вечером Люч, в стельку бухой, пожаловался своему новому собутыльнику, что сколько бы он не молился, бог ему не отвечает. А Малк взял, и отправил его к богу на разговор тэт-а-тэт. 
 
– Это, конечно, хорошо, но нужны доказательства. А то я тоже могу сказать, что у меня открылся третий глаз, и я увидел, как Люч сам себя к стене прибил.
– Но я зарегистрированный телепат, мои показания будут весомым аргументом.
– Не думаю…
– А теперь, слушай. Сегодня ты обязан пригласить близняшек на свидание. А завтра ты должен прийти туда и подарить им лучший день в их жизни. Уяснил?
– Зачем тебе это? Какой смысл сводить своего мужа с левыми девушками? 
– Они мне нравятся, – пожала плечами Маша. Мы с минуту стояли, неотрывно глядя друг на друга. С каждым мгновением Маша все больше демонстрировала свою нервозность. Да я сам от яркости событий был готов добровольно сыграть в ящик на пару неделек. 
– То есть, ты не собираешься кричать на каждом углу "Моё!", тыча в меня пальчиками? – от моего вопроса Маша чуть не подпрыгнула, ойкнув. 
– Неа, – она вновь улыбнулась, – было бы нечестно вылазить как черт из табакерки, когда у тебя уже свадьба намечается.
– Но…
– Я хочу жить со счастливым мужем, – Маша прикрыла мне рот пальчиком. – К тому же, они и мне нравятся. Как девушки.
– Ты ориентацию сменила?
– Через год после твоей кончины завела себе девушку, – после этих слов Маша опустила голову. – Прости! Из-за такой ерунды поссорились… Знала бы, что ты под поезд прыгнешь, ни за что бы тебя из дома не выпустила. Я, когда узнала, чуть сама на себя руки не наложила.
– Маш, я не суицидник. Я – дебил. Я исключительно из научного интереса под поезд прыгнул. После этого я хотел в магазин зайти, у нас хлеб закончился тогда, и домой пойти мириться.
– Вот как? Тогда, – Маша с размаху ударила меня носком по колену, после чего с шипением начала прыгать на одной ноге, очевидно, от боли. Я бы ее остановил, но под влиянием эмоции как будто тормозной жидкости выпил. – Ты хоть немного представляешь, от чего я умерла в прошлом мире? 
– Зная тебя, это проблемы со здоровьем. Хотя, возможен был несчастный случай.
– От тоски. Я так соскучилась, что сердце не выдержало. Даже моя новая девушка не смогла скрасить моё одиночество.
– Звучит… неправдоподобно. Без обид. Я тоже очень скучал.
– Правда? А ты меня любишь? 
– Люблю, – где-то на фоне просто обязан был кто-нибудь крикнуть: "Оно эволюционирует!" Мне понадобилась неделя, чтобы научиться отвечать на признания. Я бы собой гордился. Маша вряд ли мной гордилась, но это не мешало ей пританцовывать на одном месте, положив руки на покрасневшие щеки. 
– Слушай, это свидание очень важно для меня. Рассказать ничего не могу, а то ты все запорешь. Главное, чтобы ты позвал Алису и Алесю по-отдельности. Это и тебе будет полезно, а то ты их воспринимаешь исключительно дуэтом. Они же всегда вместе, – сейчас лицо Маши было таким заговорщицким, будто от исхода грядущего свидания зависела судьба всего мира. 
– Ты и за ними шпионила? Можешь мне тогда на один вопрос ответить?
– Да, я и за ними шпионила. И на один вопрос я уже ответила, – банальная шутка, но на хи-хи пробрало. Маша улыбнулась, глядя на мои попытки не засмеяться.
– Какие отношения между Алисой и Алесей? А то у меня порой складывается ощущение, что близняшки меня исключительно из-за наличия причиндал к себе в пару засунули, – да, это звучит жёстко. Мне уже неделю как вдалбливают, что меня ЛЮБЯТ. Но взаимодействия близняшек не очень похожи на взаимодействия сестра-сестра. Больше напоминает, что они любовницы в статусе "все сложно".
– Твоё утверждение неверно. Точнее, не полностью. Близняшки действительно время от времени "любят" друг дружку. Но ты им нужен не для возможности продлить их род, а любви ради. Конечно, для тебя это сложно, ты привык к моногамным отношениям. Но идеал полигамии, это когда не только муж любит жён, но и жёны любят жён. Такие дела, – Маша глянула на наручные часы и ахнула, – ой беда! Опаздываю! Завтра увидимся, милый, – чмокнув меня в щеку, девушка буквально растворилась в воздухе. М-да, она действительно вертела эти всякие пространство и расстояние. И свободу мысли.