Клятва всадника ветра

- Я ожидаю, что они будут чертовски взбешены, - откровенно сказала Керита, и, несмотря на очевидный гнев и беспокойство Ялит, ее земной выбор слов зажег очень слабый огонек в глазах мэра. - С другой стороны, - продолжила рыцарь, - какой вред это действительно может вам причинить? Из того, что рассказала мне Лиана, Блэкхилл и Кассан, вероятно, уже настроены к вам, девам войны, настолько враждебно, насколько это возможно.
- Боюсь, дама Керита права насчет этого, мэр Ялит, - криво усмехнулась Лиана. Ялит оглянулась на нее с другим, более резким фырканьем, и молодая женщина пожала плечами. - Я не пытаюсь сказать, что они не будут сердиться из-за этого, или что они не причинят вам вреда, если смогут, если мне удастся вбить кол в их планы, став девой войны. Они, конечно, так и сделают. Но в долгосрочной перспективе они уже враждебны ко всему, за что выступают "девы войны".
- Что, я уверена, является прекрасной причиной для дальнейшего противостояния им, - ответила Ялит. Ее сарказм был иссушающим, но Керите показалось, что ее сопротивление ослабевает.
- Мэр Ялит, - Лиана очень прямо стояла перед столом мэра, и на ее юном лице было достоинство, далеко не свойственное ее годам, - девы войны каждый божий день противостоят каждому дворянину, такому как Блэкхилл или Кассан, просто своим существованием. Знаю, что я "особый случай". И понимаю, почему вы испытываете беспокойство при мысли обо всех сложностях, которые я представляю. Но дама Керита права, и вы это знаете. Каждая дева войны - это "особый случай". Именно поэтому первые девы войны собрались вместе в первую очередь - чтобы впервые в нашей истории дать всем этим особым случаям возможность куда-то пойти. Итак, если вы отклоните мое заявление из-за моего рождения, тогда что это говорит о том, насколько на самом деле готовы девы войны предложить убежище любой женщине, которая хочет только жить своей собственной жизнью, принимать свои собственные решения? Лиллинара не знает различий между девами и женщинами, которые ищут Ее защиты. Должна ли организация, которая называет Ее своим покровителем, делать то, чего Она сама не будет?
Она снова встретилась взглядом с мэром. На этот раз в ее взгляде не было ни гнева, ни отчаяния, ни мольбы - только вызов. Вызов, который требовал узнать, готова ли Ялит соответствовать идеалам, которым мэр посвятила свою жизнь.
В кабинете повисла тишина, нарушаемая только потрескиванием угля в камине. Керита чувствовала напряжение, возникшее между Ялит и Лианой, но это было напряжение, в котором она стояла снаружи. Она была зрительницей, а не участницей. Это была роль, к которой защитница Бога войны была плохо привычна, но она также знала, что в конечном счете это была не та битва, в которой кто-либо мог сражаться за Лиану. Это была та, которую она должна была выиграть сама.
И затем, наконец, Ялит глубоко вздохнула и, впервые с тех пор, как Лиану и Кериту провели в ее кабинет, села за свой стол.
- Ты права, - вздохнула она. - Мать знает, что я бы хотела, чтобы ты этого не делала, - продолжила она более иронично, - потому что это создаст собственный кошмар Шигу, но ты права. Если я откажу тебе, то я откажу каждой женщине, спасающейся от невыносимого "брака", от которого она не имеет законного права отказаться. Так что, полагаю, у нас нет выбора, не так ли, миледи?
В почетном обращении была определенная язвительность, но было очевидно, что женщина приняла решение. И еще, как поняла Керита, в ее выборе слов была странно подчеркнутая формальность - та, которая предупреждала Лиану, что, если ее заявление будет принято, никто никогда больше не распространит на нее этот титул.
- Нет, мэр, - мягко сказала Лиана, ее голос принял предупреждение. - У нас его нет. Ни у кого из нас.
* * *
- Барон Теллиан здесь. Он требует разговора с вами... и его дочерью.
Ялит бросила на свою помощницу покорный взгляд, затем посмотрела на Кериту с выражением "посмотри, во что ты меня втянула". К ее чести, это был всего лишь след, и она вернула свое внимание к женщине средних лет, стоящей в дверях ее кабинета.
 
- Это был твой выбор глаголов или его, Шаррал?
- Мой, - призналась Шаррал слегка огорченным тоном. - Полагаю, он был достаточно вежлив. При данных обстоятельствах. Но он также довольно... настойчив в этом.
- Боюсь, это неудивительно. - Ялит ущипнула себя за переносицу и криво поморщилась. - Вы действительно сказали, что он был рядом с вами, дама Керита, - заметила она. - Тем не менее, я была бы признательна, по крайней мере, за немного больше времени - возможно, даже за целый час - чтобы подготовиться к этому конкретному разговору.
- Я бы тоже, - призналась Керита. - На самом деле, определенная трусливая часть меня задается вопросом, есть ли в этом офисе задняя дверь или нет.
- Если вы думаете, что я позволю вам улизнуть отсюда, миледи, вы глубоко ошибаетесь, - едко ответила мэр Кэйлаты, и Керита усмехнулась.
Это был не совсем веселый звук, потому что она действительно не с нетерпением ждала того, что, как она ожидала, будет болезненной конфронтацией. С другой стороны, как только Ялит приняла свое решение и первоначальное напряжение между ними немного ослабло, она обнаружила, что мэр нравится ей гораздо больше, чем она изначально предполагала. И все же в этом все еще было неоспоримое преимущество, скорее похожее на изогнутые спины двух странных кошек, подкрадывающихся друг к другу и все еще не уверенных, стоит ли им все-таки обнажать когти. Она не была уверена, откуда это взялось, и ее это не очень заботило, каким бы ни был его источник. Но у нее должно быть достаточно времени, чтобы пригладить любой взъерошенный мех, напомнила она себе. Предполагая, что она и Ялит обе переживут свою беседу с Теллианом.
- Полагаю, тогда тебе лучше впустить его, Шаррал, - сказала Ялит через мгновение.
- Да, мэр, - подтвердила Шаррал и вышла, закрыв за собой дверь.
Менее чем через две минуты она снова открылась, и в нее вошел барон Теллиан. Было бы слишком называть выражение его лица и язык тела "ощетинившимся", но именно это слово сразу пришло на ум Керите. Он был обильно забрызган грязью, и - как и у самой Кериты - его потрепанный вид показывал, как тяжело и долго он ехал, чтобы добраться до офиса Ялит. И в своем стремлении преодолеть ее собственное преимущество перед ним. Даже его конюший, должно быть, нашел темп утомительным, и она подозревала, что большинство его оруженосцев - те, кто не был верхом на скакунах - должно быть, либо привели с собой по две-три лошади для пересменок, либо меняли их на свежих в конюшнях по пути.
- Барон, - сказала Ялит, вставая из-за своего стола, чтобы поприветствовать его. Ее голос был уважительным и даже немного сочувственным, но в то же время твердым. Это признавало как его ранг, так и его законную тревогу как родителя, но также напоминало ему, что это был ее офис... и что девы войны видели много встревоженных родителей на протяжении веков.
- Мэр Ялит, - сказал Теллиан. Его взгляд на мгновение переместился мимо нее на Кериту, но он не поприветствовал рыцаря, и Керита задалась вопросом, насколько плохим знаком это может быть.
- Полагаю, вы знаете, почему я здесь, - продолжил он, возвращая свой пристальный взгляд к мэру. - Я бы хотел увидеть свою дочь. Немедленно.
Его тенор был ровным и четким - почти, но не совсем, резким, - а глаза были жесткими.
- Боюсь, это невозможно, барон, - ответила Ялит. Брови Теллиана грозно нахмурились, и он начал резко отвечать. Но Ялит продолжила прежде, чем он смог.
- Законы и обычаи дев войны, к сожалению, ясны в этом вопросе, милорд, - сказала она голосом, который Керита сочла удивительно спокойным. - Лиана подала прошение о статусе девы войны. Поскольку ей всего четырнадцать, она должна будет пройти шестимесячный испытательный срок, прежде чем мы примем ее окончательную, обязательную к исполнению клятву. В течение этого времени члены ее семьи могут общаться с ней письмами или через сторонних посланников, но не лично. Я должна указать вам, что по прибытии она не знала, что от нее потребуется отбыть испытательный срок или что ей не будет разрешено разговаривать с вами во время него. Когда я сообщила ей об этих фактах, она попросила даму Кериту поговорить с вами от ее имени.