Альфа Волк (СИ)

— Что-что? Почему запрещаешь? И как мне это реализовать?
Не собираюсь к нему приближаться, остануть стоять поодаль.
К сожалению, это облегчает его миссию, так как при моем приближении он все-таки обычно смягчается.
— Не провоцировать зверя, — показывает Каин мне клыки, — не смотреть, не разговаривать и уж точно не целовать.
Он замечательно помнит все, что происходит! Прошло буквально несколько часов после того, как я прикоснулась губами к… эээ «щеке» Волка.
— Не ожидала слышать, даже не думала, слышать такие глупости! Я не провоцирую его. Каин, почему ты не разговариваешь в волчьем обличии?
— Почему бы тебе не спросить у него? — гнусным и ядовитым тоном заявляет он.
— Что плохого в том, как я просто провожу иногда с ним время? Мне кажется, ему одино…
— Просто? Просто! — яростно вскакивает он с места. — Он слишком хорошо устроился, лезть к моей льяне. Влезать в то, что не стоит влезать!
— Каин, — ошеломленно делаю шаг вперед, — это и есть ты. Он — это ты!
— Я запрещаю общаться с ним, — свирепо настаивает Каин. — Пообещай, что сегодня был последний раз! Ты не одна, а с ребенком под сердцем, а это… это… животное!
— Но он не сделал мне ничего плохого! Он не настроен агрессивно.
— Я спорить не буду. Либо ты пообещаешь…
— Либо что? — скрещиваю руки на груди. — Провиденье, Каин, вы одна и та же индивидуальность. Т-ты — оборотень, — с изумлением говорю. Как будто мне надо объяснять оборотню, прожившему уже триста лет, как все устроено.
— Либо я отдам Альфа-приказ, — тихо заканчивает он.
От потрясения, горечи и ощущения предательства меня начинает трясти.
Не могу поверить, что стою посреди нашей гостиной и смотрю на Каина… которому я стала всецело доверять. Альфа-приказ? Омерзительно.
— Т-ты, ты… ты, Каин, не посмеешь. Нет! И он не сделал мне ничего плохого!
— Ты посмотри, как ты его защищаешь, — невесело улыбается он. — Посмею, — кивает Каин. — Посмею.
Сжимаю ладони в кулаки, от раздражения и бессилия. Нет, он не опуститься до приказов. Тем более, по незначительному вопросу.
И я предполагаю, что он контролирует Волка куда проворнее, чем хочет преподнести.
— Я провожу с ним время, самую малость. Возможно тебе стоит планировать и пытаться обращаться иногда…
— Не слышу обещания, — возвращает он ледяной тон. — Обещание или приказ.
Не знаю, что он видит в моем взгляде, но Каин подается вперед на мгновение, а затем одумывается. Склоняет голову ниже, и его Альфа-голос заполняет комнату металлом:
— Тебе запрещено контактировать и прикасаться к волку. Его внимание нужно игнорировать либо нанести ему вред в случае опасности.
Пошатываюсь, цепляясь пальцами за воздух.
Голова сама собой запрокидывается, потому что я инстинктивно борюсь с приказом, но Каин вложил столько намерения и сил в слова, что бесполезно сопротивляться.
Этот приказ мощнее предыдущего. Очевидно, он подготовил энергию для него.
Да, я не буду контактировать с Волком. Буду избегать прикосновений. Не стоит даже смотреть на него.
Гостиная снова становится светлее. Каин все еще замер у дивана, а я не знаю в какую сторону сдвинуться.
От напряжения ноет шея, а кожа на кончиках пальцев покалывает… словно во мне скопилась некая нерастраченная энергия.
Каин обрывает собственный выдох, выпрямляется и направляется ко мне.
Но я выставляю перед собой руку.
— Лучше постой, лучше там. Ты… Ты!
— Не говори глупостей! — вскипает он, но останавливается лишь когда между нами остается шаг.
Пытаюсь подобрать слова, не сводя с него глаз. Уголки губ опущены, словно невидимыми шрамами проедая кожу. Отметины на веках до сих пор не посветлели, и теперь придают ему еще более мрачный и гневный вид.
Каин Рапид. Говорят, самый сильный Альфа континента. Но точно самый жестокий. Я теперь знаю это точно.
Злые слезы брызгают у меня из глаз, хотя я стараюсь их сдержать. Он едва ли не рыпается в мою сторону, но я топаю ногой, вложив в движение всю силу собственного тела.
Он издает тихое рычание, и его рука повисает в воздухе.
 
Как же, Омеги ведь должны во всем повиноваться своим Альфам. А ему приходится спорить со своей. Хотя я даже физически «нет» не могу произнести прямо в его адрес. Этого и так достаточно!
Я вспоминаю. Необъятная пасть, с бесконечным рядом клыков. Чудище всегда выглядело таким озлобленным, когда приходило ко мне. Его лапы двигались вразнобой, а рыки вызывали дикий ужас.
— Это ты, — дрожащим голосом начинаю и сжимаю кулаки сильнее, — все это время… бояться стоило только тебя! А не Волка! Вот кто чудовище! Не Волк, и не Альфа, а ты!
— Да, — его неровные губы расползаются в гнусной улыбке, — так и есть. А ты что предполагала? Только я тебя делить с ним не буду и не отдам. Ты — только моя, Яна!
— Делить? — я задыхаюсь. — Даже поговорить с ним не удается! Ты несправедлив и жесток к нему! Я понимаю… понимаю, всем сердцем, что тебе приходилось долго скрываться, годы и десятилетия. Тебе, наверное, пришлось пожертвовать… Но откуда такая жестокость?
— Ты меня слышала, — качая головой, словно я даже не заговаривала сейчас, — ни с кем тебя делить не буду. А скотине еще долго приходить в себя.
— Скотине? — шепчу. — Каин, это часть тебя. Да это мог бы ты полноценно быть! Возможно, собственными действиями ты превратил его… он даже не в состоянии говорить!
— Достаточно! Не думай о нем больше!
— Отмени приказ, — я чеканю слова.
— Что? — он прищуривается, и издает короткий смешок. — Отменить? И ты с ним опять всю ночь ворковать собираешься?
Мои локти оказываются в его ладонях, мы смотрим друг на друга сосредоточенно.
И я в его взгляде как по уступу взбираюсь — добраться бы, добраться бы наконец-то до самого верха, до истинной сути.
— У жесткости должен быть предел, Каин.
Я теряю контроль над собственным голосом, а он наблюдает как мои губы двигаются.
— Несоразмерно и невыносимо жестоко, Каин. Как и с теми мужчинами… Не стоило так поступать с ними. Какие бы мерзости они не думали или говорили, они ничего не сделали плохого. Как и волк!
— Ты и их защищаешь, — срывается его голос, а ладони на моих руках деревенеют. — Их тоже! Ты меня учишь как поступать? Ты — доверчивая сопля! Да я пощадил тех инженеров!
— Нет и нет. И я не учу. Жестокость очевидна. И если бы ты…
— Я не намерен объяснять все свои поступки и оправдываться перед тобой!
— Передо мной? — медленно повторяю я.
Мне кажется, Каин сейчас встряхнет меня, но он сдерживается. Исходящие от него эмоции невыносимы, и я резко опускаю руки, чтобы высвободиться из хватки.
— Так тому и быть, — приглушенно, но уверенно заканчиваю я. — Не оправдывайся.
Его голос достигает меня как гарпун с отравленным наконечником, впивающимся в спину.
— Немедленно повернись и подойди ко мне, Яна.
И очевидно, что Рапид находится на пределе очередного Альфа-приказа. Нет и нет. Пускай остынет. Моя невинная «ночь» с волком поплавила ему мозги.
— Мне нужно проверить квартиру, все ли там в порядке. Естественно, Дейс отбудет со мной, как и Альфы.
Дейс — глава моей охраны. Мы с ним не разговариваем, но его аура не раздражает. Он — спокойный на вид Альфа.
— Ты не сможешь нарушить Альфа-приказ, — частит он басом, когда я собираюсь выходить. — Не получится обойти мой приказ и нянчиться с волком снова.
Провиденье, он совсем перестал соображать.
Бросаю на него короткий взгляд. Сердце сжимается, будто в капкане застряло и хочет вырваться наружу.
— Не получится, — мягко напоминаю, — потому что ты — это он, и если тебя не будет рядом, то и его тоже.
Вжимая голову в плечи, Каин будто морщится, явно обдумывая услышанное.
Он не сдвигается с места, когда я покидаю комнату. И не догоняет меня у выхода.
Верно.
Каин обрушивает что-то в квартире, когда я закрываю за собой дверь. Вслушиваюсь некоторое время, но по ту сторону остается лишь тишина.