И станет солнышко в руках моих огромным солнцем. История женщины, которая поверила в любовь

Я чувствую горячее прикосновение со спины, влипаю в окно, повторяю шепотом по-английски:
– Мой дорогой, мой любимый, мой единственный.
– Я люблю тебя, Саша.
Москва. Дэн. Любовь.
* * *
По возвращении Дэн больше не уезжает. Мы разучились проводить ночи не вместе. Он заезжает по дороге с работы в свою квартиру, переодевается и едет к нам. Мы гуляем, ужинаем, играем, строим планы.
Через пару дней раздается звонок. На экране высвечивается значок кита. Дэн явно взволнован:
– Саша, я принял одно решение, которое должен обсудить с тобой. Я знаю, ты дала сама себе обещание, что больше никаких переездов между съемными домам – только в свой и навсегда. И я понимаю, что семья уже такая большая, что нам нужно больше пространства. Василиса мечтает о собственной комнате. Свой дом у нас обязательно будет. Я обещаю тебе и даже в этом не сомневаюсь. Я хочу, чтобы так же каждую ночь и утро твоя голова была у меня на груди. Я звонил в твой жилой комплекс, у них есть пара квартир с двумя спальнями. Как ты смотришь на то, чтобы взглянуть на них? Я сниму одну, и тогда у всех нас станет больше пространства!
Я молчу. Я замерла. Дэн расценивает это по-своему:
– Если я поторопился – ты скажи. Ничего страшного, может быть, тебе нужно время и свое пространство.
– Дэн! Это… Я думаю об этом уже год! Суперидея! Это то что нужно! Я всегда мечтала, просыпаясь, видеть океан! Белые парусники бороздят бархатную синюю поверхность Тихого океана. Я смотрю на залитую солнцем водную громадину с балкона…
– Берем! Именно эту квартиру! С видом на Тихий.
* * *
Еще в начале знакомства я рассказала Дэну, что купила билет на мечту, которую хотела осуществить несколько лет, но была то беременная, то кормящая, то на семинарах. И вот настал тот год, когда я смогла выделить пять дней на Burning Man – ежегодный фестиваль, который проходит в пустыне Блэк-Рок в Неваде. На нем собираются деятельные мечтатели и создают город будущего, который исчезает после окончания праздника.
Билет я купила еще зимой, но совершенно не знала, как мне туда добраться и с кем поехать, а ведь устроить быт и продумать подходящий мне вариант дороги на фестиваль было непростой логистической задачей. Знакомые предлагали добраться на RV (трейлере) – это почти сутки в пути. Придется стоять в очереди на въезд, пережидая огромную почти шестнадцатичасовую пробку и пыльные бури. Я выжидала и отправляла запросы во Вселенную, чтобы все, как всегда, сложилось для меня наилучшим образом без особых усилий.
Когда я стала больше узнавать Дэна, то стало понятно, что за строгим костюмом и папками с бумагами прячется душа, которая жаждет новых приключений и свежего опыта. Я видела, как Дэн постепенно раскрывался рядом со мной, раскрепощался, отпускал навешанные ранее зажимы и комплексы. Я просто была искренней и расслабленной рядом с ним.
– Я еду в августе на Burning Man. И у меня нет пары. Поехали вместе!
Уже через полдня у меня на почте были билеты на самолет до Рино, а оттуда на Burner Express – маленький «кукурузник», который приземлялся прямо в пустыне рядом с фестивалем, минуя длинные очереди. Я танцевала и прыгала от счастья! Благодарю тебя, Вселенная! Благодарю тебя, Дэн!
Я иду по Мелроуз-авеню – улочке с самыми экстравагантными магазинами, в которых закупают сценические костюмы и аксессуары Леди Гага, Ники Минаж, Пэрис Хилтон и многие другие дивы. Стилисты подбирают мне сумасшедшие наряды.
– Детка, хватит стесняться! Burning Man – это твоя свобода и раскрепощение! Примерь вот это прозрачное платье и ботфорты! Камон, смелее!
Цены на костюмы какие-то безумные! Карточка в моей руке раскаляется. Я откладываю шикарную серебряную handmade-фуражку, не решаясь отдать за нее ну о-о-очень кругленькую сумму.
– Я еще вернусь к вам с великаном Китом!
Парни-стилисты несут мои пакеты, наполненные луками на каждый день фестиваля, и укладывают в багажник машины. Дэн стремительно врывается после работы домой и с горячим интересом смотрит, как я примеряю костюмы.
  
Уже через неделю мы в том же магазине. Стилисты подбирают наряды для Дэна, стоящего с круглыми глазами. Это перевоплощение для него – шаг в неизвестность. Я артистка, на сцене с восемнадцати лет. Он – адвокат, чья жизнь протекала в черно-белой гамме букв и бумаг. Обнимаю его, делаю комплименты. Все отлично! На кассе он забирает огромные пакеты и мою отложенную красивую фуражку. Я прыгаю от радости! Танцую с владельцем магазина. Мы едем на Burning Man!
Я помогла Дэну раскрепоститься и выглядеть в духе фестиваля. Он помог мне с тем, что я обычно забываю: набрал миллион пачек салфеток, фонарики, какие-то специальные светящиеся обручи, скотч, маски против пыли – как истинный юрист, он изучил всю информацию вокруг события. Как истинный креативщик, я договорилась, в каком лагере мы будем жить, подобрала среди моих друзей замечательную семейную пару из Сан-Франциско, с которыми мы делили наш быт в эти пять дней, подобрала образы, задала настроение.
  
Глава 17. Will you be my wife?
 
– Это ты? – спрашивала я постоянно, заглядывая в эти безумно красивые глаза, лежа на плече у Дэна.
– Да, это я. Это меня ты ждала, Саша. А я искал тебя… Всю свою жизнь.
– И мы просто можем быть счастливыми прямо сейчас? У нас нет никаких запретов?
– Саша, мы легальны. Мы здесь и сейчас. И мы вместе!
Перед вылетом мы практически не видимся. Дэн не вылезает из офиса, стараясь завершить и распределить все дела, ведь в пустыне у него не будет связи. Вообще!
И я завершала все приготовления семьи к жизни без мамы и без связи с ней в следующие пять дней.
Ранним утром, когда только начало светлеть небо, мы топали в специальных ботинках к такси. Из вещей – только небольшие сумки для ручной клади, которые могли поместиться в «кукурузнике».
Все вещи заботливо упакованы в коробки, отправлены заранее Дэном в Сан-Франциско и переданы водителю автобуса, который повезет наш багаж в Black Rock City, займет место и будет нас ждать. Пересадка в аэропорту Рино была самой запоминающейся.
Вместо выхода на посадку к «кукурузнику», летящему в нашу пустыню, был разбит небольшой лагерь прямо на аэродроме. Гамаки, пуфики, чилауты. Еще на борту самолета из Лос-Анджелеса до Рино я узнавала людей, которые летели на Burning Man. Они явно отличались от общей массы. Даже Дэн отличался. Мной. Мои волосы были завиты на три с половиной тысячи маленьких завитушек. Я нарисовала на лице узоры. Элегантное черное платье с запа́хом в маленькую белую звездочку в сочетании с белыми бутсами и рюкзак, весь покрытый черными пайетками, с ушками, как у зайца. Да, все наряды от Gucci пришлось оставить дома. Там им было не место. Burning Man запрещает логоманию.
Пилот в шортах, форточка в окне самолета, приземление на пыльную твердую почву пустыни без взлетно-посадочных полос. Мы просто вышли из самолета, достали из багажника вещи и пошли к палаточному городку вместимостью около девяноста тысяч человек, разбитому прямо посреди пустыни.
На входе нас попросили изваляться в пыли – в знак того, что мы стали настоящими бернерами. Мне было слегка жалко платье, но видя, что Дэн колеблется, я первая завалилась с хохотом на землю и водила по ней руками и ногами, делая пыльного «ангелочка».
К своему лагерю мы поехали на шаттле. Водитель автобуса встретил нас на велике в шотландской юбке и большой черной шляпе.
Днем температура достигала +30…+35 °C, а ночью опускалась до +8…+10 °C.
Мы обрадовались нашим коробкам в домике на колесах, распаковали их, я заправила постель белоснежными простынями; стопка махровых полотенец полагалась в придачу к арендованному фургону. В это время прилетели наши друзья из Сан-Франциско, и мы дружно начали наряжаться, чтобы выехать на разведку.