Последняя книга, или Треугольник Воланда. С отступлениями, сокращениями и дополнениями

А в «Мастере и Маргарите» ведьмы собираются на низменном речном берегу или, вероятнее, на острове. «…Противоположный берег был плоский, низменный. На нем, под одинокой группой каких-то раскидистых деревьев, метался огонечек от костра и виднелись какие-то движущиеся фигурки»… Но здесь и не может быть Лысой Горы. Лысая Гора — с этой трагической опрокинутостью звучания — в романе занимает совсем другое место.
…А та часть полета Маргариты, которая проходит над Москвой? Можно ли вычислить маршрут этого полета? Можно, можно, и сколько раз вычисляли, с полной аргументацией и полным соответствием роману. Самое замечательное, что все эти на редкость доказательно вычисленные и вполне узнаваемые маршруты никаким образом не согласуются между собою…
В романе: «…Невидима и свободна! Пролетев по своему переулку, Маргарита попала в другой, пересекавший первый под прямым углом. Этот заплатанный, заштопанный, кривой и длинный переулок с покосившейся дверью нефтелавки, где кружками продают керосин и жидкость от паразитов во флаконах, она перерезала в одно мгновение…»
Увернувшись от «старого покосившегося фонаря на углу», Маргарита «покрепче сжала щетку и полетела медленнее» — стало быть, по этому второму переулку.
Далее она сворачивает в «третий переулок», ведущий «прямо к Арбату». Теперь Маргарита летит «беззвучно, очень медленно и невысоко, примерно на уровне второго этажа». Ее полет в «третьем» переулке, завершается выходом на «ослепительно освещенный Арбат»…
Арбат — место действия названо. Тут же возникает еще однаконкретная точка на воображаемой схеме полета: Маргарита «пересекла Арбат, поднялась повыше <…> и мимо ослепительно сияющих трубок на угловом здании театра проплыла в узкий переулок с высокими домами». Угловое здание театра на Арбате — Театр имени Вахтангова, в котором Булгаков бывал часто, и, стало быть, «узкий переулок с высокими домами» — улица Вахтангова (теперь Большой Николопесковский переулок).
Первым попробовал полностью вычертить этот маршрут Леонид Паршин [388]. Он рассчитал так: если перед нами Арбат… и Театр Вахтангова на Арбате… и Маргарита, чтобы попасть к театру, «пересекла Арбат», то есть переместилась на другую сторону улицы, оставив за своею спиной все три переулка — тот, в котором она жила, и другой, заштопанный, с нефтелавкой, и третий, из которого она вылетела прямо на Арбат… то все эти оставленные ею переулки могут находиться только с левой стороны Арбата (если считать от центра).
Логично? Вполне.
Затем Паршин столь же логично вычислил, что кривой, длинный и заштопанный переулок с нефтелавкою не может быть ничем иным как Сивцевым Вражком. Обложившись старыми московскими справочниками и даже дополнениями к ним, установил, что на Сивцевом Вражке, в доме 22 (на приложенной Паршиным схеме видно, что это между Калошиным и Староконюшенным переулками), действительно находилась такая лавка.
А далее, пересчитав все, так сказать, «третьи» переулки с левой стороны Арбата (и — наваждение! — пропустив самый интересный из них, Нащокинский, в котором с февраля 1934 года и до последних дней жил Булгаков), выбрал в качестве исходной точки «вылета» Маргариты Малый Власьевский (он же улица Танеевых).
Главную роль в таком выборе, признается Паршин, сыграло то обстоятельство, что в Малом Власьевском переулке, дом 9 — как ему удалось установить в беседах со знающими людьми — жила Ольга Бокшанская, сестра Елены Сергеевны. А у Бокшанской Булгаков и Е. С., естественно, бывали, и, следовательно, этим переулком писатель не раз проходил.
Увы, увы, в середине 30-х годов, в ту пору, когда так активно складывается в булгаковском романе полет Маргариты, Ольга живет в другом месте — по правую сторону Арбата, в Ржевском переулке, в той самой квартире Е. А. Шиловского, из которой Елена Сергеевна осенью 1932 года ушла, выйдя замуж за Михаила Булгакова.
Елена Сергеевна ушла, а Ольга Сергеевна осталась, поскольку приходилась родной тетушкой Евгению Шиловскому-младшему и еще потому, что уходить ей было некуда и не хотелось. Генерал Шиловский был благороден и щедр, и напряженность в Ржевском переулке возникла только весною 1937 года. К этому времени Шиловский снова женат, у него родился ребенок, а в дневнике Е. С. рядом с именем Ольги теперь автоматически фиксируется имя Евгения Калужского, по-видимому, тоже проживающего в Ржевском. И, как следствие, в этом дневнике появляется несколько тревожных записей. 30 марта: «Вечером пришли Оля с Калужским. Говорили о их бедствиях из-за квартирного вопроса». 2 апреля: «Вечером пришел мой Женичка. Рассказывал, что в Ржевском происходят неприятности из-за Олиной комнаты…» Судя по дальнейшим записям, квартирный вопрос вскоре разрешился; в июне того же года Калужские живут уже в другом месте; теперь Булгаковы действительно часто бывают у них (все-таки Булгакову удобнее ходить в гости в дом, где он не встретит генерала Шиловского) [389].
 
Впрочем, к мотиву полета в романе эти домашние коллизии отношения не имеют. Булгаков очень хорошо знал Арбат со всеми его неповторимыми переулками, независимо от того, где проживали Ольга Бокшанская и Евгений Калужский.
Есть в версии Паршина и небольшие, так сказать, нестыковки по карте.
Вот Маргарита «перерезает в одно мгновенье» второй переулок, а потом — чудом не разбившись о старый покосившийся фонарь на углу — летит по этому переулку медленнее.
Но если она вылетает из Малого Власьевского и «в одно мгновенье» перерезает Сивцев Вражек (забирая при этом чуть-чуть влево, наискосок), то почти мгновенно оказывается в Калошином: отрезок Сивцева Вражка между устьем одного переулка и горловиной противоположного весьма мал. Сивцев Вражек в этом случае сразу же остается у Маргариты за спиною — ей негде лететь по нему медленнее.
То же происходит и при вылете из Калошина на Арбат. «…И через третий, Калошин переулок, выходим прямо на Арбат, — пишет Леонид Паршин. И восклицает эмоционально: — Батюшки! Да мы около театра!» Да, Калошин переулок выходит на Арбат практически против Вахтанговского театра. Но где же в такое случае полет Маргариты по Арбату? Ему тоже нет места…
Были и другие версии, более или менее близкие паршинской. Но я приведу парадоксально противоположную — и тоже не лишенную логики. Она принадлежит Юрию Кривоносову. По этой версии Маргарита вылетает отнюдь не с левой, а с правой стороны Арбата — из Ржевского переулка, где Елена Сергеевна жила до осени 1932 года, а ее сестра Ольга значительно дольше. Вторым переулком, «пересекающим первый под прямым углом», Кривоносов предлагает считать Малую Молчановку, действительно образующую с Ржевским безукоризненно прямой угол. Но ведь Малая Молчановка короткий переулок? Нет, поясняет автор версии, Малая Молчановка далее сливается с продолжением Большой Молчановки, и вместе они образуют «заплатанный, заштопанный, кривой и длинный переулок», украшенный покосившейся дверью нефтелавки. Кривоносову даже нет надобности листать старые справочники, он хорошо помнит эту нефтелавку и — как раз напротив нее — старый, покосившийся, когда-то газовый фонарь: «одной стороной он смотрел на Малую Молчановку, другой — на Большую, в которую Малая вливалась здесь под острым углом».
«Маргарита летит дальше, — продолжает наш повествователь, — никуда не сворачивая, уже по Большой Молчановке, это, по существу, продолжение Малой и Большой Молчановок, слившихся здесь воедино». И сворачивает направо — в Арбатский переулок. Это и есть «третий переулок», который ведет «прямо к Арбату».
На Арбате, вдребезги разбив «какой-то освещенный диск, на котором была нарисована стрела», Маргарита сворачивает к расположенному на этой же стороне улицы театру — вправо. Путь неблизкий, участок Арбата длинноват, но, уверяет Кривоносов, «судя по описанию того, что она там видит», она и должна лететь «довольно долго» [390].