Училка и медведь (СИ)

– Может, ответить, узнать, чего хочет? - предлагает Катя.
Хмурюсь, убирая чашки со стола в раковину. Достаю из сумки папку со сценарием выступления.
– Не хочу, Кать. Чего он может хотеть? Он бомбил мой мессенджер два дня сообщениями “люблю-коньки-куплю”, я его заблокировала, так он теперь наяривает на сотовый.
– Хватает же наглости.
– Вот-вот, - киваю подруге. - А я ни слышать, ни видеть его не желаю. Противно, понимаешь? И слушать нытьё про любовь его до гроба тоже не хочу, ложь всякую про “один раз только”. Я не верю ему.
Точнее, я просто боюсь, что поверю. Коля ведь такой - умеет в уши налить. Будет петь мне дифирамбы, забрасывать подарками, присылать каждый день любимые цветы. Он умеет ухаживать. И я боюсь, что поплыву. А потом себе не прощу этого, буду ненавидеть себя, неуважать.
Не нужно мне это.
Мы с Катей погружаемся в доработку сценария выступления, и это для меня как спасение. Мысли о ситуации с предательством мужа, с разводом и всеми сложностями, что с ним сопряжены, сильно меня утомляют и раскачивают нервы. Всю прошлую ночь почти не спала. Мысли сами в голову лезли. Вспоминалось и как познакомились с Колей, и как предложение сделал - приехал с ансамблем под окна и серенаду пел! Соседи ругались, а потом ещё долго маме припоминали. Как женились - пышно, громко, два дня свадьбу гуляли всеми родственниками и друзьями.
Вспоминалось, как ночами ласкал. Неужели и Наумову так же?
От этого становилось очень больно. Я ведь верила ему. Мы уже думали бабушкину квартиру, в которой жили, продать и ипотеку взять, малыша хотели.
А оно вон всё как обернулось.
Эх.
Так что приходится отвлекать себя от мыслей печальных работой.
Катя таки съездила к Макарскому с просьбой о спонсорстве в поездке учеников. Была удивлена, как быстро он согласился и даже ничего не потребовал взамен.
Но это Макарский. Он найдёт момент, когда стребовать своё.
Теперь мы готовим ребят к поездке в Москву на финал конкурса. Точнее, готовит Катя, а я ей помогаю. Едем тоже вместе, директор поставила меня в сопровождение. Но даже если бы и не поставила, я бы сама просилась в помощь подруге.
А не счёт чёрных туфель… Ну заберу, когда руки дойдут. Они классные, но у меня ещё есть две пары, так что не к спеху.
Я подвигаю ближе к Кате корзинку с конфетами. Мы берём по одной и продолжаем вычитывать сценарий.
Ах да! Конфеты. Вот уже третий день каждое утро в семь тридцать курьер приносит мне небольшую корзинку с конфетами «Белочка».
В первый день там было мороженое и россыпь конфет, во второй большая плитка шоколада и тоже конфеты, а вот сегодня небольшая коробка и также просто конфеты в корзинке.
Открытки, от кого они, нет, но я и так знаю.
В первый день я удивилась и закатила глаза.
Во второй встала в дурном настроении после снов о муже-предателе и корзинка заставила улыбнуться.
Ну а сегодня… я ждала её.
Наверное, надо было бы отправить «спасибо», мне ведь известен его номер. Но… вообще-то он спёр мои туфли! Ещё одни. И вдруг мне не в чем ходить на работу, я не получаю зарплату и сижу голодная?
Вот верно! Корзинки - возмещение. Чтобы с голоду не померла.
— Мне нравится, что ты, наконец, улыбаешься, но вернись уже в текст сценария, - позвала Катерина с улыбкой.
— Ой, я что-то задумалась и отвлеклась. Прости!
Следующие четыре дня проходят в суматохе. Сборы, куча документов на детей, ничего не забыть, поддержать и успокоить Катю. Сама поездка вышла суетной, но интересной.
Я, между прочим, никогда не бывала в Москве! Мечтала с детства, но всё никак. Так завидовала нашей коллеге Василине, которая два года назад уехала в столицу. У неё там всё круто складывается, она с этого года даже не в школе уже преподаёт, а в вузе.
В общем, на экскурсиях я глазела не меньше учеников. Переживала ужасно, что отвлекусь и мы кого-то потеряем. Семиклассники народ шустрый и слишком весёлый, так что мы с Катей пересчитывали их каждые пять минут.
Макарский на конкурсе тоже объявился. И мне кажется, что-то с Катей у них произошло. Но, наверное, она пока не готова поделиться.
 
А ещё он вручил мне шоколадку «Белочка».
— Просили передать, - подмигнул.
Странно, но вместо того стыда, который царапался каждый раз, когда я думала у рыжем, в этот момент я почувствовала внутри приятное тепло.
Это казалось очень милым. Хотя да, слово «мило» и этот здоровила рядом смотрятся странно.
А по возвращению меня ждал кошмар. Коля стал уже не просто звонить и писать мне.
Утром в понедельник я прихожу в школу, а на пороге меня ждёт сюрприз - мой почти бывший муж. Да ещё и, кажется, пьяный.
  
7
 
Боже, какое позорище! И что мне теперь делать? Дети идут как раз к первому уроку, коллеги. А тут он.
— Что тебе нужно? - шиплю, подойдя ближе.
— Ты нужна, Кисёныш! Я дохну без тебя, малыш! Давай попробуем ещё раз.
Кошмар. Со стыда сгореть хочется, сквозь землю провалиться.
— Коля, ты не в адеквате? - стараюсь говорить негромко, но на нас уже начинают оборачиваться. - Ты встречался с другой женщиной, да ещё и с моей подругой! Уходи и не позорь меня!
Поправив ремешок сумки на плече, собираюсь пройти мимо него, но Коля хватает меня за локоть, придерживая. От него отвратительно пахнет алкоголем, да и вообще, меня теперь даже запах его парфюма отталкивает.
— Ты слишком драматизируешь, Карина, - выдаёт уже не так нежно, как пытался говорить до этого. - Не мы первые, не мы последние. У многих пар возникают сложности.
— Сложности? - я выдёргиваю локоть. - Ты охренел совсем? Влезть в постель к другой бабе - сложности просто для тебя? Да пошёл ты, Коля!
Я в таком шоке, что уже становится всё равно на косые взгляды.
— Вали давай отсюда, пока я охрану не позвала!
— Это того деда усатого, которому и первоклашка навешает? - кривится Николай. - Ну давай. Жги, Карина. И вещички заодно из квартиры собирай.
Ничего себе заявочки! Это вообще-то моя квартира!
— Это квартира моей бабушки, ты к ней отношения никакого не имеешь!
— Которую она нам подарила после свадьбы.
— Мне подарила, Коля, мне!
— В браке. Думаю, в суде разберутся.
Вот это наглость! Ничего себе! И как у него только язык поворачивается такое говорить.
— Ты - изменник. В суде это примут во внимание.
— А ты как докажешь? - я шокировано смотрю на него и не могу поверить, что любила этого человека без памяти. - А вот то что ты запрыгивала в тачку к левому мужику, многие имели удовольствие наблюдать.
Я стою будто в ступоре и не могу поверить, каким же подлым, мелочным и отвратительным человеком оказался мой муж. Человек, с которым я пять лет спала в одной постели, ела за одним столом, с которым строила планы на жизнь.
У меня даже злость пропадает. Остаётся лишь презрение и боль о потерянном времени. Но, наверное, стоит и порадоваться, что всё это дерьмо вылезло наружу сейчас, а не когда бы у нас появились дети и прошли бы ещё годы совместной жизни.
– Пошёл ты, Коленька, на все четыре стороны.
Я резко разворачиваюсь и быстро шагаю прочь. Концентрируюсь на ритмичном стуке собственных каблуков, пока беру ключ на вахте и поднимаюсь к себе в кабинет. Запираюсь изнутри, занятие у меня с ребёнком только в восемь сорок пять.
И тут уже не выдерживаю, падаю на стул, закрываю лицо ладонями и отпускаю себя в рыдания. Боль, обида, горечь душат, не давая продохнуть.
Ну какой же он действительно козлище!
Да чтобы ему пусто было!
Успокаиваюсь уже далеко за начало первого урока. Иду умыться, а потом наношу лёгкий свежий макияж. Выглядит не очень сверху на опухшее лицо.
До середины дня из кабинета не выхожу, никого видеть не хочется. Дети приходят на индивидуальные занятия и уходят, а я даже журналы не хожу брать в учительскую.
А когда всё же решаюсь сходить, понимаю, что это была плохая идея. В учительской встречаемся с Катей, а за спинами у нас две стажистки громко начинают обсуждать участие класса Кати в конкурсе в Москве. Хмыкают и умничают, что сейчас всё просто и конкурсы несерьёзные. Зато вот когда они раньше работали…