Невесты Тёмного Герцога (СИ)

Повернув за угол, я остановилась, принюхиваясь. Откуда-то тянуло запахом еды, похожим на то, что принесли в мою комнату, но на этот раз аромат был более разнообразным. Я усмехнулась. В прежней жизни отменное обоняние позволяло мне неплохо зарабатывать на составлении композиций для духов, и в этой он также остался при мне. Приятный сюрприз. Набравшись уверенности в выбранном направлении, я бодро пошла на запах.
Однако уже через пару минут обнаружилось, что идёт он прямо из стены в одном из тупиковых коридоров. Здесь даже дверей не было, только огромный гобелен, изображающий дракона, пара высоких подсвечников и горшок с кустистым цветком, напоминающим дикую розу. 
 — Ну здрасьте, из вентиляции тянет, что ли? – пробормотала я и с любопытством заглянула за гобелен, который на поверку оказался чем-то вроде тяжёлого ковра.
Вместо вентиляции там оказалась узкая арка, а за ней – продолжение коридора. Поморгав, я пожала плечами и юркнула внутрь. Запах-то шёл оттуда! Поди скрыли с глаз господских рабочие помещения, вот слуг и не видно в особняке. 
Я остановилась в тёмном пустом коридоре. Свечей здесь не было, только узкие окна-бойницы под самым потолком, которые несли в переход свежий воздух и толику света. Глаза привыкли не сразу. Зато вот запах еды здесь ощутимо усилился! И я медленно пошла по коридору, останавливаясь на каждом углу, коих здесь было много, принюхиваясь. Источник аромата приближался с каждым шагом, пока, наконец, я не остановилась возле крошечного окошка, закрытого деревянной дверцей. Из него тянуло сквозняком, ароматом пряностей и хлеба, а также… человеческими голосами. Я замерла с поднятой к окошку рукой и задумалась. Ладно, допустим, найду сейчас кухню. А там прислуга. Как объяснить моё появление? 
Решив, что буду кричать о том, что в еду попала муха, я всё же открыла окошко и… упёрлась в складки мягкой ткани. Да что ж такое!
 — Нет, я всё никак не могу взять в толк, – раздался мужской голос, – что же такого необычного и ценного пообещал вам этот, с позволения сказать, герцог, что вы сосватали ему обеих дочерей? Эдакий урод! И ведь не скопытится ближайшее время, так что и на наследство рассчитывать не придётся.
 — Андреас! – перебил голос женский. – Лорд Кристиан – уважаемый человек, и породниться с ним – огромная честь для каждой из наших девочек, а также и для всей нашей семьи.
 — О, с этим-то я не спорю! Уверен, с таким родством удастся получить значительную ссуду со стороны короны на усовершенствование мельниц Лерроувуда. Они давно уже нуждаются в ремонте. 
Я осторожно раздвинула ткань, которая висела прямо на стене, и одним глазком заглянула в помещение. Да, память меня не обманула. За столом сидела графиня Амалия, а с ней ещё пара десятков незнакомых мне человек. 
 — Вот скажите, послушник Джосс, это ведь брак по расчёту, так? Что о таком явлении говорит учение Пресветлого?
 — Пресветлый учит, что любовь всегда должна жить в нашем сердце, независимо от того, кто оказался рядом, мы должны любить его, как самого себя, – ответствовал молодой парень, сидевший по правую руку от графини. Лица его я не видела, но по голосу узнала: это же мой “любимый”! Только теперь он был одет в строгий чёрный костюм, а волосы были не растрёпаны, как в день нашего знакомства, а аккуратно прилизаны и зачёсаны на бок. 
Послушник, значит. Учение Пресветлого, значит. Что ж, спасибо за информацию. 
 — Да вы его видели?! Как такого можно полюбить?! 
 — Любить надобно не тело, а душу его, – спокойно ответствовал Джосс.
 — Душу? Только не делайте вид, что никогда не слышали, будто он водится с тёмной магией.
 — То лишь слухи только, они развращают ваш ум. Зрите в корень – и вы увидите, насколько глубоко несчастен этот человек, и как он нуждается в любви. 
 — Да бросьте! Девочки мне не чужие люди, и мне их жаль. Будь я им родителем, ни за что бы не отдал за этого колдуна.
 — Но ты им не родитель, Андреас, – строго оборвала его разглагольствования графиня. – Тебя даже близким родственником считать сложно – троюродный брат! 
 
Троюродный брат. Я присмотрелась. Широкое лицо, напоминающее Тарзана, длинные распущенные кудри, лет тридцать на вид. 
 — Подождите, – продолжал он. – Как вообще так получилось, что он получил право на обеих?
Графиня раздражённо выдохнула, и за неё ответил Джосс:
 — Лорд Кристиан спас жизнь графу Лерроувуд, и по рыцарскому праву обязан был предложить в ответ всё, что пожелает герцог.
 — А герцог пожелал жениться? – расхохотался Андреас. – Видать совсем прижало бедолагу, никто не соглашался с ним в постель ложиться! А мог бы и жену попросить, с него бы сталось!
 — Каждый человек достоин любви, этому и учит нас Пресветлый, – кротко ответствовал Джосс, и я не узнавала в нём того человека, который чуть не на своём горбу тащил меня по тёмному сырому коридору какого-то заброшенного замка.
 — Он выбрал обеих, – добавила графиня. – И имел на это полное право.
Андреас расхохотался пуще прежнего.
 — А губа не дура! За одну жизнь попросил две! 
 — Это честь. Перед девочками откроются большие возможности.
 — О, да ты, Амалия, всё продумала наперёд! Я тебя прекрасно понимаю: при нём девчонки будут при деньгах, обласканы королём, а значит, смогут и для папеньки выпросить милости. Разумный ход, тётушка, разумный! Вы всегда восхищали меня своим умением просчитать несколько шагов вперёд! Так, глядишь, лет через десять всё герцогство перейдёт под негласное управление Лерроувудами!
У меня заурчал живот. Настолько громко, что, казалось, этот звук приметили все, кто находился в зале, и я отпрянула от окошка.
Так, здесь не кухня, а что-то вроде столовой. Значит, надо возвращаться и искать где-то в другом месте. И я на носочках, чтобы не было слышно топота каблуков, побежала обратно. 
Однако, спустя несколько поворотов, пришлось признать, что заблудилась. Никаких дверей, только такие же занавешенные окошки, одно за другим, и арки, ведущие в новые коридоры или на винтовые лестницы. Благоразумно решив никуда не спускаться и не подниматься, я коснулась стены левой рукой и решила просто идти, касаясь стены, пока в ней не появится хоть какая-нибудь дверь или пока не пойму, что иду по кругу. 
Спустя несколько минут дверь действительно отыскалась. Увидев шершавую поверхность гобелена, я с облегчением выдохнула и поспешила на свободу.
Но вышла я совсем не туда, куда планировала. Вместо чистого и светлого коридора передо мной предстало совсем иное помещение: здесь в углах стояла паутина, мебель была завешена полотнищами, в подсвечниках не стояли свечи, и даже окна оказались закрыты ставнями, а свет проникал внутрь только сквозь щели между ними. 
 — Ну, это лучше, чем коридор без дверей, – пробормотала я и медленно пошла по холлу. 
Тут я уловила лёгкий аромат, напоминающий мяту. Мята! Или не мята, но точно какая-то свежая трава, наверняка это тянет из оранжереи, а значит, я совсем недалеко от своего крыла. 
Опасение отступило, и теперь я уже более уверенно пошла вперёд. Один поворот, второй… а третий принёс мне сюрприз.
Здесь горели свечи. Несколько толстых свечей, что стояли на полу вокруг очерченного мелом круга с непонятными мне символами внутри. Вокруг раскиданы травы – отсюда, видимо, и запах мяты. А над рисунком сидел на корточках лекарь и задумчиво смотрел на письмена. Ровно до тех пор, пока не услышал мой вскрик.
 — Простите, не ожидала здесь кого-то увидеть, – я приложила ладонь к груди, в которой бешено билось сердце. – Вы меня испугали.
 — Леди Ялла? – Он поднялся на ноги и резко, отрывисто направился ко мне. – Что вы здесь делаете?! Откуда вы здесь?.. С той стороны нет дверей, как вы здесь оказались?!
 
 — Что?.. – только и выдохнула я.
 — Вы должны были соблюдать постельный режим, но теперь я вижу вас здесь, как будете объясняться?!
 — Почему вы на меня кричите?..
Он схватил меня за подбородок и всмотрелся прямо в глаза. Юстас был сам не свой, ни тени весёлости в глазах, лишь жёсткость и строгость.