Социальная сеть "Ковчег" (СИ)

Не знаю почему, но я больше никогда не подходил к Ане с вопросами о её прошлом. Мне и так всё было ясно. Таня была мне очень дорога, поэтому я к ней с расспросами тем более не подходил. Я помнил, как исчезла Даша. Я пытался найти её в сети, но она исчезла из результатов поиска, как и Штерн.
Менеджеров мы набирали по рекомендациям. У нас действовал специальный бонус за привод на работу своих друзей и знакомых. Поэтому наши менеджеры иногда приводили нам пополнение. Это было очень удобно, так как позволяло больше доверять новичкам и быстрее встраивать их в коллектив.
Несмотря на свои годы, я был в отличной форме. Я каждый вечер плавал в море или бассейне. Здоровье у меня было отличным. Правда, несколько раз, Тринити заставляла меня ходить к врачу, когда пикожучки били тревогу. Меня быстро вылечивали. Постоянная закалка организма водными и воздушными ваннами хорошо сказывалось не только на моём здоровье, но и на трудоспособности и выносливости.
В один из дней, когда я плавал в море недалеко от своего дома, мне позвонили. Я плыл, когда Тринити сказала:
— Володя, тебе звонок с неизвестного номера. Будешь разговаривать?
Первый раз я столкнулся с тем, что Тринити не могла определить, кто мне звонит. Я развернулся к берегу и поплыл, говоря:
— Попроси перезвонить через пять минут, я же не могу плыть и разговаривать.
— Хорошо, — сказала Тринити и затихла.
Как только я ступил на берег, в моей голове снова прозвучал голос моего листа:
— Он перезванивает, будешь отвечать?
— Соединяй, — потянувшись за полотенцем, ответил я.
— Алё, — спокойно сказал мощный баритон.
— Я вас слушаю, — вежливо сказал я.
— Меня зовут доктор Штерн, — неожиданно сказал собеседник, — мне сказали, что вы меня зачем-то искали?
 Знакомство 
 
— Кто сказал? — спросил я, пытаясь протянуть время, чтобы осознать, кто мне звонит.
— Это так важно? — уверенным голосом спросил Штерн.
— На самом деле, я хотел задать вам несколько вопросов, — начал я, — мы можем встретиться?
— Встретиться со мной вы не сможете, — загадочно сказал Штерн.
— Почему? — спросил я.
— Долго объяснять, — ответил он. — Владимир, буду вам благодарен, если вы учтёте, что моё время очень дорого.
— Я могу задать свой вопрос? — неуверенно спросил я.
— Давно пора, — быстро ответил Штерн.
— Вы знаете, откуда я? — наугад спросил я.
— Ты из XXI века, — спокойно ответил доктор.
Я настолько удивился ответу, что мои ноги подкосились. Я присел на ближайшую к пляжу лавочку. Ощутив, что вечерняя роса намочила её, я машинально подложил полотенце. Пауза затягивалась, а я боялся спрашивать дальше. Я так долго искал Штерна, что забыл сформулировать свои вопросы к нему. Пришлось импровизировать.
— Вы имеете отношение к тому, что меня переместили? — спросил я.
— Да, конечно, — быстро ответил Штерн, — это я тебя выбрал.
— А зачем вы это сделали? — закипая, спросил я.
— Я не могу тебе ответить на этот вопрос, — сказал Штерн, — и я бы на твоём месте поторапливался, мне пора идти.
— А вы можете вернуть меня обратно? — ускоряясь, спросил я.
— Нет, — ответил Штерн, — Тринити тебе уже говорила, что обратно дороги нет. Это исключено.
— Но я же никогда не увижу свою жену и сына! — возмущённо крикнул я.
— Если хочешь, мы можем переместить одного из них сюда, — невозмутимо ответил Штерн, как само себе разумеющееся.
— Почему одного? — автоматически спросил я.
— Потому что одного! — начиная нервничать, ответил Штерн. — Твоей жене сейчас уже много лет, она не выдержит смены обстановки и сойдёт с ума.
— Значит, можно переместить ко мне сына? — с надеждой спросил я.
— Ветошный переулок, дом пятнадцать, квартира семь, ровно в три ночи, — медленно продиктовал Штерн и связь прервалась.
Я постучал по листу. Потом потряс головой, но связи не было. Посмотрел в последних вызовах, но номер действительно был неизвестен.
— Тринити, перезвони ему, — сказал я.
— Номер неизвестен, — с тоном сожаления сказала Тринити.
 
— Воспроизведи разговор ещё раз, — попросил я.
Я прослушал этот разговор несколько раз. Я нашёл адрес и посмотрел, где это находится. Оказалось, что это центр Москвы. Я посмотрел на часы и понял, что смогу там быть уже в час ночи. Так что у меня было ещё два часа на сборы.
Что мне дал этот разговор? Практически никакой информации. Только адрес. Видимо, Штерн всё же решил обсудить детали сделки, и будет ждать меня там. Мне бы очень хотелось посмотреть на него. Посмотреть на человека, который возомнил, что может перемещать людей и выкрадывать их из семьи. Я обязательно объясню ему, к каким переживаниям это приводит.
Уже темнело. Вместе с ночными сумерками приходил холод. Я совсем забыл одеться, пока разговаривал с этим злодеем. Ещё не хватало простудиться. Быстро надев свои вещи, я пошёл в дом подкрепиться. Я всё делал автоматически, обдумывая, что скажу этому доктору Штерну.
Тринити ошиблась в расчётах, и я опоздал на десять минут. Было уже 3:10, когда я поднимался по лестнице подъезда. Я нашёл нужную квартиру на втором этаже. Дверь была не заперта. Я зашёл и стал оглядываться. Было тихо. Эта квартира имела, как минимум пять комнат. В каждой было пусто, кроме одной. Там на кресле в неудобной позе лежал молодой человек.
Я подошёл к окну и отдёрнул штору, чтобы стало светлее. Я стоял у окна и рассматривал лицо юноши как загипнотизированный. Он был очень похож на меня. Пока я стоял и не знал что делать, вспомнился разговор со Штерном. Я помнил, как мы заговорили о том, что он может вернуть мне сына.
Я приблизился к молодому человеку поближе и стал рассматривать его. Сомнений не оставалось. Это был он. Казалось, я медленно выхожу из амнезии. Я никогда раньше не видел своего сына взрослым, но он был похож на меня. Мои глаза наполнились слезами. Ещё несколько часов назад я жил как обычно, а теперь у меня есть сын. Что мне теперь с этим делать?
Если я скажу ему, что попросил Штерна вернуть мне сына, он возненавидит меня за то, что я отобрал его у матери. Хотя кто просил этого чёртова доктора? Я только заикнулся, а этот чудак уже натворил. Зачем мне тут сын? Как я теперь буду объяснять этому молодому человеку, что он тут делает? Я уже много лет назад смирился с тем, что я тут один.
Я подошёл к сыну и потряс его за плечо. От этого движения его голова безвольно упала на бок. Я испугался, что он мёртв, поэтому поднёс своё ухо к его рту и прислушался. Он дышал очень редко и был жив. Я потряс его сильнее, но он по-прежнему был в беспамятстве. Я похлопал ему по щекам, но и это не привело его в чувство.
Пришлось идти на кухню за водой. Когда я выплеснул целый стакан на лицо сыну, он даже не пошевелился. Я стоял с пустым стаканом в руках и не понимал, что мне теперь с этим делать.
— Звонок с неизвестного номера, — внезапно сказала Тринити.
— Соединяй, — сказал я, глядя на сына.
— Это Штерн, — быстро начал собеседник, — вот твой сын, как ты заказывал. Если скажешь ему, что ты его отец — ты и он исчезните, как та Даша.
— Какая Даша? — не понимая, спросил я.
— Ту, которую пришлось убрать, — нетерпеливо произнёс Штерн. — Убрать из-за твоей болтливости. Никто не должен знать, что такие путешествия возможны! Запомни это!
— А что мне теперь… — начал я, но понял, что нас уже разъединили.
— Тринити, что мне делать? — спросил я.
— Решай сам, — ответила Тринити.
Я ещё посидел несколько минут и проанализировал всю информацию, которую имел. Больше всего я сейчас думал не о сыне, а о Даше. Жалко девушку. Буду надеяться, что термин «убрать» означает не то, что я подумал. Хотя теперь её уже не спасти, нужно спасать другого человека, которого я по собственной глупости вытащил из прошлого.
Решив, что всё, что ни делается — к лучшему, я взвалил сына на плечо и потащил вниз к флипу. Я решил отвезти его домой и потом решить, что с ним делать. Первым делом нужно, чтобы он пришёл в чувство. Пока я ехал к Чёрному морю, я пытался придумать, что скажу этому человеку, который наверняка не помнит меня. Я постоянно смотрел на пассажирское сидение. Мелькающие огни ночного города освещали его лицо, а я пытался к нему привыкнуть.