Социальная сеть "Ковчег" (СИ)

Я умылся и вытерся гигроскопичным полотенцем. Оно не давало шансов воде остаться на теле. Затем я отправился в большую кровать. В самой спальне свет уже выключился. Горели только абажуры на прикроватных тумбочках. Когда я собрался лечь и положить свои очки на тумбочку, я вдруг увидел нечто интересное.
На тумбочке в центре, в самом освещённом лампой месте, лежала бархатная коробочка. Мной завладело любопытство. Не зря люди упаковывают подарки. Это самый приятный и запоминающийся момент. Когда между тобой и неизвестностью — лишь несколько слоёв разноцветной бумаги, ты становишься охотником, который выслеживает дичь и пытается по следам угадать её размеры и повадки. Я, не томя себя, быстро открыл коробочку и увидел там стеклянную тоненькую пробирку с простой резиновой крышкой.
Пробирка на противоположной стороне имела надпись, но я не мог её понять в зеркальном отражении, поэтому большим пальцем руки повернул пробирку на 180 градусов и, прочитав мелкий текст, вдруг догадался, что это. Меня это глубоко заинтересовало, очень хотелось попробовать, но я понял, что это надолго, а мне нужно спать.
Поэтому я взял лист и через несколько минут разбирательств смог завести себе будильник на 4 утра. Потом сложил лист в четыре раза и положил его под бархатную коробочку с пикожучками. Свет выключился, и я сразу уснул под убаюкивающие звуки моря.
Я ещё не знал, что на следующий день, я познакомлюсь с одним из самых умных существ на планете. Чтобы повествование было полнее, я немного расскажу об этом персонаже. И вам станет понятно, откуда появилась социальная сеть Ковчег.
 2 часть 
 
 Доктор Штерн 
 
Многие догадывались, что история человечества движется по спирали, но никто не придавал этому значения. Человечество рождалось и умирало не первый раз. В одну из очередных попыток природы создать идеальное существо на планете два учёных ставили эксперимент, который должен был помочь природе ускорить эволюцию. Это происходило за много миллионов лет до нашего времени, и всего за несколько сотен лет до очередного конца света.
Федеральный синхротрон представлял собой здание размером с футбольное поле. В нём трудились тысячи учёных, которые строго по очереди использовали главную лабораторию, где устанавливались ловушки для разогнанных пучков частиц. Аренда этой лаборатории стоила сумасшедших денег. Немолодой уже доктор Штерн и его бывший студент Миша готовились к главному эксперименту всей своей жизни.
Доктор Штерн подхватил пинцетом кусочек вольфрама и уверенным движением установил его на радиоактивные стержни мишени. Затем поместил мишень ускорителя в специальную транспортную тележку и позвал Михаила. Тот выглянул из-за свинцовой двери и заметил:
— Доктор, нельзя шутить с радиацией. Давайте купим робота, тогда не нужно будет рисковать здоровьем, оперируя опасными материалами.
— Миша, сколько раз тебе повторять: все наши деньги сейчас уходят на аренду и материалы. Лучше вложиться в образцы, чем покупать дорогую технику. Ты же знаешь, сколько стоит час в этом ускорителе?
— Давайте тогда найдём инвестора. Неужели вы думаете, что никто не захочет вкладывать деньги в алхимию? Только дурак откажется финансировать добычу золота из ничего.
— Кончай разговоры и установи тележку в синхротрон. Через два часа следующая смена. И забудь про инвесторов, алхимия сама должна добывать себе деньги.
— Ну, это при условии, что у нас получится добыть золото из вольфрама, — огрызнулся Михаил, снимая блокировку с небольших колёсиков тележки и резко толкая ей дверь.
— Боже мой, осторожнее! — крикнул Штерн.
Михаил отправился в помещение ускорителя. Штерн знал, что за помощником нужно приглядывать, поэтому внимательно следил за происходящим на мониторе системы видеонаблюдения. Лаборант привычным движением поместил контейнер в автоматический приёмник и нажал нужную кнопку. Послышался гудящий звук редукторов. Миша захватил пустую тележку и, ускорив шаг, покинул огромное помещение синхротрона.
 
— А с чего вы взяли, что вещества можно превращать друг в друга? — сказал вошедший Миша, не глядя на доктора.
— Ты опять читал мою теорию сквозь пальцы, — разочарованно сказал Штерн. — Все вещества — это сгусток энергии. Вообще весь мир имеет волновую структуру. Атом любого вещества — это лишь стабильный сгусток энергии в виде волн.
— Будь атомы волнами, учёные уже давно бы их уловили, — небрежно сказал Миша, открывая в компьютере страничку любимой социальной сети.
— По закону сохранения энергии, — начал объяснять доктор Штерн, — эти сгустки не могут излучать волны, не теряя своей структуры. Поэтому они не излучают волны, но могут передавать их через себя. Ты должен знать, что каждый атом — это сгусток колоссальной энергии. Такой, какая тебе и не снилась. Человечество никогда не сможет накопить столько в одном месте. Поэтому люди не могут создавать атомы из ничего. Но мы можем попытаться изменять структуру веществ.
— А почему для экспериментов вы выбрали вольфрам? — без особого интереса спросил Михаил, глядя в монитор на список новостей.
— Вольфрам и золото находятся совсем рядом в периодической таблице, — показывая на плакат, ответил Штерн, — поэтому я считаю, что атомы вольфрама можно изменить при помощи накопленной энергии пучка частиц.
— О, смотрите, какая авария! Всмятку! — воскликнул Михаил, разворачивая свой монитор в сторону Штерна и демонстрируя фотографию.
— Миш, тебе не кажется, что интернет тебя портит? — спросил доктор, посмотрев на своего молодого коллегу с отеческим сожалением.
— Ну вот, начинается, — медленно прошептал Миша и закатил глаза. — Не будь у меня интернета, я был бы гораздо тупее. Где ещё взять столько информации в одном месте? Благодаря интернету я знаю все новости друзей. И я всегда на связи.
— Сколько у тебя там друзей? — улыбаясь, спросил Штерн.
— Вчера «зафрендил» 138-го, — с гордостью ответил Миша, совсем забыв о работе.
— И кто это был? — спросил Штерн, последовательно включая вакуумные насосы гигантского ускорителя.
— Кто-то из одноклассников, — задумчиво сказал лаборант, между делом продолжая листать видеоролики, не обращая внимания на то, что эксперимент начался.
— И чем ты занимаешься в интернете? — спросил доктор, глядя, как медленно падает давление в бустере и создаётся вакуум.
— Ну как, во-первых, я там переписываюсь с друзьями, — загибая пальцы начал Миша, — во-вторых, узнаю свежие новости, фотографии смотрю. В-третьих, музыку разную скачиваю, программы. В-четвёртых, с девушками знакомлюсь.
На последней фразе, он довольно улыбнулся. Потом, почувствовав многозначительный взгляд Штерна, нажал на крестик и закрыл браузер. Миша развернул панель управления ускорителем и стал проверять настройки.
Через минуту его телефон просигналил о пришедшем сообщении. Миша продолжил проверять настройки, украдкой поглядывая на Штерна. Было видно, что ему не терпится прочитать сообщение, но телефон, к сожалению, остался на другом столе.
— Ну, иди, читай, — вздохнул доктор, поглядывая на показания датчиков. Давление бустера уже приближалось к рабочему.
Миша сорвался с места и, добежав до телефона, стал читать сообщение. Немного подумав, он с поразительной скоростью стал набирать ответ. Он даже высунул кончик языка набок. Было ощущение, что он забыл о том, что он лаборант, и каждая минута в этом федеральном синхротроне стоит его недельной зарплаты.
— Извините, —сказал молодой человек, виновато улыбнувшись, и сел на своё место, пытаясь сосредоточиться.
— А ты не пробовал измерить пользу от такого потребления информации? — спросил доктор Штерн.
— Что вы имеете в виду? — спросил Миша, сверяясь с компьютером и подводя стрелки на своих огромных наручных часах.
— Знаешь основную болезнь современной молодёжи? — спросил Штерн.