Социальная сеть "Ковчег" (СИ)

Шоссе осталось далеко внизу. Вокруг была очень длинная аллея, богато засаженная красивыми растениями, которая шла над автомобильным трафиком. С противоположной стороны играло волнами бескрайнее море. По многочисленным дорожкам аллеи двигались пешеходы и велосипедисты. Люди! Все они знают, где находятся, и с удовольствием подскажут мне, если не языком, то жестами. Одежда у них была красивая, разная, но совсем странная и непривычная. Я выбрал дедушку поулыбчивее и, медленно подойдя к нему, сказал:
— Здравствуйте. Вы не подскажете, какой это город?
— Москва! — удивлённо вздёрнул брови дед, отшатнувшись от глупого вопроса.
— Как Москва? А какой тогда сейчас год? — спросил я, пытаясь справиться с волнением.
— Не морочьте мне голову, молодой человек! — сказал старичок, и побежал прочь, прижимая к груди какой-то листочек.
 Лист 
 
Я провожал взглядом неприветливого дедушку с листочком. Многие вокруг тоже имеют подобные. Каждый второй смотрит в эти листочки разного размера. Кто-то, будучи похожим на сумасшедшего, разговаривал со своим листочком. А одна девушка даже водила по пустому листу пальцем. Казалось, что она что-то рисует. Большинство окружающих прогуливались по аллее, а она сидела на новой деревянной лавочке. Надо было сразу выбирать для разговоров её, а не резкого деда с признаками старческого маразма. Я несколько раз отрепетировал вопрос и затем подошёл к ней и присел рядом.
— Здравствуйте, — на московский манер, пропевая гласные, сказал я.
— Привет, — отрезала девушка, мельком глянув на меня, и продолжила своё занятие.
Она водила указательным пальцем по чистому картонному листку примерно форматом А4. Глупое занятие — смотреть в пустой листочек и тыкать туда пальцами. Может быть, тут рядом клиника для душевнобольных?
— Извините, а вас как зовут? — издалека начал я.
— Настя. А что ты хотел? — посмотрев прямо в глаза, спросила она.
— Я тут в гости приехал, хотел спросить, как пройти на Красную площадь.
— Пройти? Она отсюда очень-очень далеко. Иди пешком, если хочешь заработать целое состояние коинов, но мне кажется, ты быстрее заработаешь мозоли. Если собираешься туда попасть, лучше возьми флип. А вообще мне сейчас некогда, я сейчас сдаю экзамен по стереоскопии. На, возьми лист, тут на карте легко найдёшь свою площадь и вызовешь флип, — быстро протараторила Настя, отдавая свою бумагу мне и доставая из сумки новую.
— Спасибо, Настя. Вы мне очень помогли! — сказал я молодой девушке, кивая головой, и уходя в сторону, разглядывая девственно чистый листок. Бумага была чуть толще обычного листа, на котором мы пишем в офисе. В верхнем правом углу была маленькая круглая объёмная белая горошина с чёрной точкой посередине. Обратная сторона ничем не отличалась.
«Страна сумасшедших», — подумал я и, пройдя приличное расстояние, занял пустую лавочку. Зачем эта девушка дала мне пустую бумажку? Могла бы взять ручку и нарисовать схему проезда. Почему они тут все неприветливы? И что это за Москва такая, в которой пахнет морем? Может, я сейчас в США, штат Айдахо? Там тоже есть Москва. Но почему тогда люди говорят с настоящим московским говором и по-русски?
Тем временем, я вертел листок в руках, уже догадавшись, что его можно включить. У меня дома была электронная книжка и, скорее всего, это её тонкий аналог. Я нажимал на горошину в углу листа, но ничего не происходило. Я складывал лист пополам и даже в четверо. Он послушно сгибался, но необычно расправлялся потом, не оставляя складок. Какая–то необычная «хай-тек»-бумага. Я пытался даже пошелестеть ей, сминая её со всей силы, но звука не было слышно. Проходящие мимо меня люди смотрели странно, удивляясь моим движениям. Интересно было складывать листок пополам — в это время из бумаги исходил необычный пощёлкивающий звук.
Чтобы расслышать его получше, я поднёс листок к уху и, не успев разложить листок, утонул в тысячах мурашек. Ощущение было похоже на то, что я как будто отсидел не только ногу, но и всё тело. Почувствовать столько мурашек за полсекунды было неожиданно. Листок возле уха легонько свистнул ультразвуком, как включающийся телевизор. Мне понадобилась пара секунд, чтобы прийти в себя и посмотреть на бумагу.
 
На только что чистой белом листе отобразилось изображение футуристичного здания в тумане, окруженного деревьями. Туман двигался, а листва деревьев шевелилась на ветру, давая понять, что картинка не статичная. На здании была светящаяся вывеска с надписью «КОВЧЕГ». Ужасно непривычно было видеть на бумаге картинку с таким высоким разрешением и плавной анимацией. Я смотрел как заворожённый. Было очень непривычно, так как в журналах всегда видны точки, из которых состоит изображение. А тут всё было похоже на видео, но только не как на экране телевизора, а как на качественной фотографии. Изображение занимало весь лист, не оставляя даже полей.
Когда я попытался поудобнее взять лист, картинка ожила: туман усилился и за пару секунд полностью скрыл здание и деревья. Лист опять стал белым. Меня переполняли эмоции. Думаю, я бы чувствовал то же самое, если бы картинки на упаковке молока вдруг зашевелились и стали бы бегать вокруг пакета. Всё же люди впадают в ступор, когда сталкиваются с необычными свойствами обычных вещей. Хорошо ещё, что я не сильно впечатлительный и не убежал, бросив бумажку под лавку.
Тем временем, на экране появилась надпись: «Владимир, добро пожаловать в Ковчег. Зарегистрировать вас как нового пользователя?». Ого! Этот листок знает, как меня зовут! Чудеса. Стало по-настоящему интересно, где это я оказался, что листки умеют угадывать имя. Не покидало чувство, что это чья-то злая шутка. Я осмотрелся вокруг. Никто не наблюдал за мной, все окружающие спешили по своим делам — кто пешком, а кто на велосипеде. Солнце светило ярко, но благодаря высокой влажности изнуряющей жары не чувствовалось.
Я протёр рукой лоб и затем ткнул пальцем в нарисованную кнопку «Зарегистрироваться». Плавно появилось пользовательское соглашение. Я попытался читать, но текста было так много, и он был написан таким непонятным юридическим языком, что я быстро отказался от этой затеи. Пролистал пальцем до самого низа и нажал там кнопку «Согласен».
Снизу выплыла виртуальная клавиатура, а ровно посередине появилась строка поиска, в которой моргал курсор. Раскладка клавиатуры была привычной, но вот её вид удивлял очень сильно. Клавиши оказались выдавленными на листе бумаги, причём я совершенно не успел заметить, как это произошло. Я развернул листок обратной стороной и убедился, что там бумага тоже деформирована.  Я легонько потрогал выпуклые кнопки, которые выпирали на целый миллиметр и, в отличие от белого листа, были чёрными с серебристыми буквами. Даже на кнопках «А» и «О» было два выпуклых штриха, которые так привычны для людей, владеющих слепым методом печати.
Очередная странность ожидала меня, когда я попытался проверить лист на гибкость. После включения он стал твёрдым как тонкий слой алюминия, оставшись по-прежнему лёгким. Лишь четыре уголка оставались мягкими и легко сгибались, предохраняя владельца от повреждений. Я попробовал набирать текст на виртуальной клавиатуре и понял, что это очень удобно, да и не такая уж она виртуальная. Клавиши даже слегка «кликали» при нажатии.
Я набрал на клавиатуре «Красная площадь» и нажал «Enter». Клавиатура моментально уехала вниз, причём анимация была не только графическая: рельеф клавиш тоже уходил вслед, абсолютно синхронно и очень быстро. Экран сменился видеороликом на половину экрана. Показывали обычную Красную площадь, по которой шли люди. Туристы с фотоаппаратами. Военный караул на прежнем месте у мавзолея. Даже куранты били со звуком, знакомым каждому, кто хоть раз праздновал Новый год в России.
Текст внизу описывал историю возникновения Красной площади и давал разную другую информацию. Меня очень удивило другое. Ещё со школы я знал, что площадь была построена в XV веке. А здесь, в тексте, мой глаз зацепился на то, что площади в прошлом году исполнилось уже 2000 лет. Мой мозг отказывался считать разницу между пятнадцатым веком и двумя тысячами. Получалось намного больше, чем должно было быть. Подсознание уже догадалось, в чём дело, и пыталось осенить мой мозг, но он был слишком занят нахлынувшим беспокойством.