Лунный камень Сатапура

— Насчет его возможных побуждений я с вами согласна, и мне не нравится, что они бродят здесь повсюду без свидетелей, — сказала она. — Пойду за ними присмотрю. Но нужен какой-то повод.
— Вы можете открывать им запертые двери. — Колин подошел к изящной конторке. Достал кольцо с ключами из центрального ящика. — Неиспользуемые спальни заперты, им понадобится помощь. Я б и сам пошел, но вы проворнее.
Во второй раз он упомянул при ней о своем увечье. Но на сей раз без всякого подтекста — всего лишь констатация факта.
Следующие полчаса князь Сваруп обыскивал дом. Он потребовал, чтобы отперли все альмиры — Первин повиновалась. По пятам за князем в молчании следовал его министр мистер Дхиллон. Вот бы залучить его для разговора наедине. Первин подозревала, что он знает правду. Кому он хранит верность — Сварупу или Сатапуру?
Завершив осмотр дома, князь и его свита отправились в хозяйственные постройки. Когда князь проходил мимо Дези — Колин держал его на привязи, — пес натянул поводок и заворчал. Видимо, он признал, что в дяде махараджи таится грозная сила.
Первин подошла к Колину, продолжая одним глазом следить за осмотром конюшни. Она успела поразмыслить над тем, что им делать дальше, пора поделиться своими выводами. Она негромко начала:
— Мне нужно вернуться во дворец. Кто-то там мог заметить что-то такое, что послужит объяснением всему случившемуся.
Колин плотно сжал губы.
— Это слишком опасно. Первая наша обязанность — поставить в известность представителей властей и получить от них указания.
Первин его реакция не удивила, но и следовать его плану ей не хотелось.
— Я не согласна. До Колхапура далеко, да и чем компания джентльменов-англичан может помочь в поисках князя Дживы Рао?
— Помощь можно найти и ближе. Офицеры из Пуны могут нам помочь оружием — когда получат разрешение сверху.
— В смысле — оружием? — Первин поверить не могла, что он помышляет о развязывании войны.
— Мы имеем право начать военные действия, если речь идет о защите правящей семьи. Провести во дворце обыск с оружием куда более безопасно, чем вам отправляться туда одной.
— А где находятся эти военные? — Нетерпение ее все усиливалось. — Это же займет несколько дней!
— В Сатапуре есть небольшой лагерь, недалеко от дворца. Но чтобы позвать их на помощь, нужен официальный приказ.
— Ясно. То есть, даже будучи премьер-министром, князь Сваруп должен ждать приказа англичан?
Колин удерживал Дези, который рвался в сторону ворот.
— К сожалению, да. Я предлагаю завтра утром ехать в Хандалу, а оттуда поездом в Пуну. Писать им письма нет времени. Если завтра до полудня я все изложу старшему советнику, можно будет дать телеграмму в лагерь. — Колин помолчал. — В идеале князю Сварупу нужно бы поехать со мной и высказать свою точку зрения. Но и вам придется изложить все, что вы уже сообщили мне.
— Я напишу отчет о том, что случилось во дворце. Но с вами я завтра не поеду.
— Это почему? — натянуто осведомился Колин.
— Чиновники в Пуне станут слушать только вас и князя Сварупа. Я в их глазах всего лишь женщина. — Первин решила стоять на своем. — А я могу сделать вещь более полезную. Вернуться во дворец — в надежде, что там найдутся какие-то улики; кроме того, я могу собрать показания свидетелей, которых солдаты только перепугают.
Колин покачал головой.
— Слишком опасно.
— Два дня назад и вы, и ваши начальники думали иначе, — заметила Первин.
— Кто-то идет, — сказал Колин, посмотрев в сторону ворот. Туда же глядел и Дези и при этом махал хвостом.
Первин не удивилась, увидев Раму. Он поставил тяжелые мешки на землю. Сказал, разминая руки:
— У конюшни новые лошади. Новые гости?
— Да. Князь Сваруп Сатапурский, его премьер-министр и три охранника. С неожиданным визитом.
Рама недовольно нахмурился, потом кивнул.
— Сколько комнат приготовить?
— Пока неизвестно, останется князь Сваруп на ночь или нет, — ответила Первин, одновременно сообразив, что давно стемнело и другого выбора у князя нет. Подумала, что ей будет тревожно спать со Сварупом под одной крышей.
 
— Вон, смотрите, идут обратно, — негромко произнес Колин.
Князь Сваруп вместе со своей свитой вышел из конюшни. И вот он уже стоит перед Первин и Колином. Голосом куда менее резким, чем раньше, он произнес:
— Как видите, я его не обнаружил.
Первин хотела было ответить: «А я вам что говорила!» — но ей хватило ума промолчать.
— Мы в качестве опекунов махараджи даем вам слово, что отыскать его нам так же важно, как и вам. — Как бы в подтверждение своих слов Колин постучал палкой о землю. — Предлагаю расширить зону поиска, осмотреть джунгли и, по возможности, территорию дворца.
— Там мы уже искали, — поморщился Сваруп. — А ночью дворцовые стражи и крестьяне будут с факелами прочесывать джунгли.
Как и в ночь исчезновения первого князя.
— Мы можем попросить содействия военных. Как вы считаете? — Колин подчеркивал, что решение оставляет за князем.
Сваруп сдвинул брови.
— На это нужен приказ англичан.
— Совершенно верно, — подтвердил Колин. — Я предлагаю завтра вместе съездить в Пуну: вы расскажете о случившемся, а я удостоверю все подробности. Но на ночь нужно остаться здесь. Нельзя возвращаться в темноте.
Лицо у князя вытянулось. Он, видимо, хотел отказаться — но знал, что в столь поздний час пускаться в путь нельзя. Придется ночевать под английской крышей — по крайней мере эту ночь.
— Мой повар умеет готовить курятину десятью разными способами, — бодрым тоном начал Колин. — Давайте я вам расскажу…
Длинный тиковый стол накрыли на четверых, Первин разложила белые карточки, которые Колин достал из ящика конторки. Было ясно, что ему пользоваться этими карточками непривычно, а правилами рассадки Первин явно владела лучше, чем он. Колин не мог вспомнить, положено ли усадить князя во главе стола в силу его звания, но Первин напомнила ему, что в «Списке пэров» Дебретта, имевшемся в гостевом доме, сказано, что почетного гостя принято помещать справа от хозяина вне зависимости от его ранга. Карточку для Чирага Дхиллона положили напротив, свою Первин разместила в дальнем конце стола.
Весь час, ушедший на приготовление ужина, Первин наблюдала, как Рама суетится, допускает ошибки в сервировке, — оставалось только воображать себе, насколько этот неожиданный визит выбил его из колеи. Из деревни вызвали четверых мальчишек — помочь с подготовкой комнат и ванн, — а троих охранников князя отвели в отдельное помещение в одной из пристроек.
Первин спросила у Рамы, что он собирается готовить.
— Риса, дала и зелени у меня вдоволь. А вот из порции курятины на двоих полноценное жаркое на четверых не получится. Приготовлю виндалу.
— Отличная мысль. — Первин волновалась так, будто недочеты по хозяйству обнаружились в ее собственном доме.
Когда они сели за стол, Колин открыл бутылку кларета. Трое мужчин прикончили ее за десять минут, и Колин попросил Раму принести еще одну. Князь Сваруп пил охотно, и Первин занервничала, видя, как настойчиво Колин ему подливает. Ее пугало, что Сваруп станет агрессивным — а если Колин постарается от него не отставать, у него развяжется язык. Впрочем, князь явно стал любезнее и даже пошутил, что Первин, мол, сбежала из дворца, потому что не хотела разделить с ним трапезу, — а вот поди ж ты.
После этого замечания Первин (она не выпила ни капли) разнервничалась окончательно. Она — единственная женщина за столом с тремя мужчинами, отцу бы и в кошмарном сне не приснилось, что она может оказаться в столь уязвимом положении. Пытаясь изображать непринужденность, она сказала:
— Дама, о которой я упоминала, Вандана Мехта, живет всего в километре отсюда. Жаль, что она не может сегодня к нам присоединиться.
— А в какой она степени родства? Двоюродных у меня шестнадцать, а троюродных и прочих не счесть, — обронил князь. — Отследить все это в состоянии только моя мать. Она про них говорит «твои девятиюродные» и в таком духе.