Наследница, или Драконов не предлагать! (СИ)
— Прошу, — издевательски осклабился усатый начальник охраны.
Я откинула любезность, и с выражением лица: «Знать вас не желаю, козлов смердящих!» прошла мимо. Эдит так же не проронила ни слова. Она была в шоке. Оно и понятно. Столько ходить по тонкому лезвию, думая, что это широкая дорога. Но всё рухнуло в одночасье.
Мы оказались на небольшой площадке, освещённой тусклым магическим светом. Как ни странно, но дышать здесь было легче, чем при спуске. А вот вид дух зарешеченных камер вызывал уныние. Железные прутья разделяли и сами отсеки для пленённых, и заменяли стену. Так что захоти леронец приставить к нам охрану, то и умываться, а так же справлять все потребности, придётся без особых заграждений. Неприятное место. А главное, я впервые дрогнула от мысли, что Дейран меня не найдёт. Просто не сможет.
— Отпустите! Это не за мной, за ней прилетели драконы! Отпустите! — умоляла капитанская дочь, но ее никто не слушал.
Я стиснула зубы, почувствовав толчок в спину, но не упала. Удержалась на ногах и сама вошла в камеру, сдерживая подкатившие слезы. Дверь тут же закрылась за мной с неприятным скрипом. Я повернулась к марионеткам Георга и к нему самому, чтобы задать единственный вопрос:
— Что с нами будет? — Схватилась рукой за решётку. Чтобы скрыть внезапно накатившую слабость. Это всё нервы, не иначе.
В это момент Эдит, как и я уже находилась в камере. Она тут же замолчала, жадно прислушиваясь к нашему разговору.
— Я вас выпущу, — спокойно ответил леронец и добавил, скривив губы, — когда будет свободное время и желание.
Он сделал шаг в мою сторону. А так как я стояла у самого заграждения, то подошел почти вплотную, быстро накрыв своей ладонью мою руку. В другой обстановке со стороны могло показаться, что это жест родственных чувств, единения. Но все было иначе. Георг стиснул мои пальцы так, что я с трудом удержалась от крика.
— А знаешь, милая моя девочка, в чьих в апартаментах ты сейчас находишься?
— Нет, — прошептала я, уже догадываясь об ответе.
— Полоумный Харрен жил здесь столько лет, что даже сроднился с этими стенами. — Леронец криво улыбнулся и продолжил. — А потом сбежал и отправился искать тебя. Глупо, правда? Полукровка решил, что отсюда можно сбежать просто так. И это спустя столько лет?!
Леронец рассмеялся.
Я ненавидела августейшего родственника. И от всей души мечтала о его падении, свержении и вообще различных карах, включая расстройство пищеварения. Последнее особенно актуально в настоящее время, ведь тогда Георг не сможет полноценно руководить обороной.
— А вы, как меня нашли?
Лицо Властителя засветилось самодовольством.
— Мои люди обнаружили тебя в Верхольме случайно. Кто-то очень стремился попасть домой к полукровке.
— Это вы его убили. Вы! — вырвалось у меня. Картинка медленно, но срасталась, обрастая реальными фактами.
— Политика, — парировал леронец.
Он резко приблизил своё лицо к решетке. Рука по-прежнему была в его власти, как и я сама.
— А еще кто-то слишком похож на свою мать. Очень похож. И именно это натолкнуло меня на мысль, что я чего-то упустил. А я не люблю подобные загадки.
— Вы помните маму?
Я ненавидела Георга до кончиков пальцев на ногах до глубины души. Но хотелось услышать то, что он мог выплюнуть вместе с ядом.
— Почти забыл. — Глаза мужчины не смеялись, только искривлённый рот. — Ты напомнила. Она предпочла выйти замуж не за меня, а за твоего отца, принеся ему в приданое Альпенские луга.
По лицу родственника пробежала чуть заметная тень и тут же пропала. Он отпустил мою руку, резко отпрянул от решетки и только потом произнес:
— Ты права. Луга отличное место, ценное. Думаешь, зря драконы на них позарились?
Я вздрогнула. Понятно, что Георг старался очернить Янтарных, но как же удачно.
Уходя, леронец обернулся, посмотрел на нас и добавил, не скрывая превосходства:
— Порталы тут не работают, а магия исключительно на службе у владельца замка. Так что вас никто не найдет. Но вы можете надеяться, ведь все женщины любят сказки.
Мужчина рассмеялся и вышел. Свита приглянулась за ним. И никто, ни один человек не обернулся. Что это? Преданность, страх или элементарное отсутствие сострадания, помноженное на черствость? Я не знала, и разбираться не было желания. Дей, родной, найди меня поскорее. Забери отсюда!
— Довольна? Это все из-за тебя! — заявила Эдит и пнула каменную скамью, которая служила узникам постелью и столом. — Жила где-то там. Так нет, припёрлась. Денег захотела?!
Я перестала дырявить взглядом дверь и повернулась к самозванке. Если до вчерашнего дня меня мало волновало её поведение и само существование, то сейчас чаша переполнилась. Только топать ногами или истерить не моё. Или сразу дать ей в лоб, или придется применить дипломатию. Последняя порой бывает очень изощрённая, что кобре несдобровать. А потому я коварно улыбнулась.
— Что, боишься? А ведь теперь, когда все в курсе обмана, тебе дорога на панель или в горничные. Дядюшка ведь за этим тебя звал, так? Или будешь гордой, пойдешь мыть полы?
— Заткнись! — прошипела Эдит.
— С превеликой радостью. — Я намеренно представила на месте наглой девицы таракана и рассмеялась. — Мало удовольствия общаться с невоспитанной простолюдинкой, решившей, что она наследница Ровении.
— Подстилка драконья! — вскрикнула, словно выплюнула яд, Эдит.
Я пожалела, что нас разделяет решетка. О, так хотелось задать ей трёпку! Вцепиться в уложенные локоны и выбрать их с корешком. В крайнем случае, облить самозванку черничным компотом с головы до ног и выставить на городскую площадь.
— С чего ты взяла? — Женские разборки порой выглядят некрасиво и мерзко. Но они давали возможность отвлечься от ситуации и конкретно от подземельного заключения. И потом, зачем молчать? — Я законная жена наследника. Ты разве не в курсе?
Эдит в этот момент пыталась высыпать очередным градом обвинений, но застыла, вытянув острый пальчик в мою сторону. Она некрасиво раскрыла рот, пытаясь собраться с мыслями.
— Ты? Врёшь!
— Отчего же. Таким не шутят. Разве дядя тебе не рассказал об этом? — Я усмехнулась, мысленно проклиная и Георга и эту выскочку. — А я-то думала, что вы заодно. Выходит, тебя снова использовали.
— Нет. Зато я точно знаю, зачем ты Властителю, — Эдит приблизилась к нашей зарешёченной стенке. И в запале не побрезговала прислонить лицо к прутьям. — Думаешь, мне подфартило, а ты королева, да? Как бы не так. Я знаю, стоит только Георгу найти чудодейственный источник, как надобность в тебе отпадёт. Представляешь?
— Вполне, — я пожала плечами, прикинувшись равнодушной. Словно меня совершенно не интересовал эта информация. А если сопоставить внешние данные леронца, то не так уж мне и привиделась его смена внешности. Странно всё это. Нео сейчас не повод для препирательств. И не обращая внимания на Эдит, я принялась обследовать камеру. И каково же было моё удивление, когда на каменном ложе я обнаружила выцарапанные буквы, стекающиеся в слова. Моя подвеска оказалась как нельзя кстати. «Спастись поможет только кровать. Харрен из рода драконов».
Сколько я просидела, неизвестно. Мне казалось, что все секунды слились воедино, превращаясь в минуты, а за ними и часы. Непонятно откуда на лавке взялась еда. А после снова пропала. Значит, никто не собирался морить нас голодом. Слова дракона были слишком странными для обычного понимания. И признаться, в отгадке виделось что-то личное, интимное.
Глава 42
Было совершенно непонятно, какое время суток на дворе, который час. Размеренность усиливалась ощущением подземелья, и от этого становилось очень неприятно и даже жутко. В конце концов, я устала и прилегла на каменную постель. Закинула руки под голову и уставилась в потолок. Как там дела наверху, насколько сильно столкновение? Надеюсь, про нас не забудут. Мысли путались, а глаза грозили вот-вот расплакаться. И чтобы хоть немного отвлечься, я прикрыла веки. Надеюсь, ничего важного не пропущу. Но видимо, так ушла себя, а, может быть, задремала, что не сразу услышала: