Совсем не Золушка (СИ)
— Доброе утро, отец. Вот, показываю Люси оборотня.
Люся рот раскрыла — это отец Илиана? Но как? Илиану на вид лет двадцать, а Светлейшему Моалоку лет тридцать, не больше. Светлейший окинул равнодушным взглядом девушку и спросил у сына:
— Эта та самая, про которую ты вчера говорил? Будь с ней строже. Красивые человеческие девочки всегда капризны и своевольны.
Илиан замялся:
— Отец, а можно этому оборотню рыбу дать? А то сдохнет от голода. А он белый! Интересно же…
Светлейший Моалок потер подбородок и лениво ответил:
— А почему бы и нет? Распорядись, Илиан.
И Моалок, медленно и важно покинул "зверинец".
На обед Люське подали запеченную рыбу. От восторга девушка застонала, а когда попробовала, была готова расцеловать повара. Илиан смотрел на то, как она ест со смешанным чувством. Ему было и смешно и неприятно одновременно. Видимо, вся гамма чувств отразилась на его милой мордашке, потому что Люся сделала замечание:
— Илиан, не смотри так. Это всего лишь рыба, и я не преступница, а всего лишь голодная девушка. Кстати, а оборотня накормили?
— Да накормили твоего оборотня. Чавкал так, что, наверное, на том конце леса было слышно.
Сам эльф сидел напротив Люси и ел свои фрукты и хлеб. Ну никакой фантазии у эльфов. Тут Люся вспомнила про задание Гриши. Да у неё и самой много вопросов к этому красавчику.
— Илиан, а тебе сколько лет?
— Двадцать, а что?
— Так просто. А твоему отцу, Светлейшему?
— Триста.
У Люськи отпала челюсть:
— Сколько?! А почему он выглядит лет на тридцать, не старше?
Илиан снисходительно посмотрел на Люсю. В его взгляде было столько иронии, что Люся не стала настаивать на ответе.
— А маме твоей сколько тогда?
Взгляд Илиана резко изменился. Стал жестким, колючим:
— Эта тема не обсуждается.
Девушка растерялась. Какая тема? Возраст его мамы? Но больше удивила реакция парня.
— Илиан, я что-то не то сказала? — осторожно задала вопрос Люся.
— Да, ты затронула тему, которую мы с отцом не поднимаем.
Люся побледнела. О, нет! Она невольно затронула больную тему, напомнила Илиану о семейной трагедии. Чуть слышно произнесла:
— Извини, я не знала, что у вас случилось несчастье…
Взгляд эльфа стал раздраженно — недоумевающим:
— Несчастье? Ты называешь предательство несчастьем?
Теперь Люся ничего не понимала:
— Илиан, погоди. Кажется, я не совсем тебя поняла. Ты так переменился в лице, когда я спросила про маму, что я подумала, что она…ну…погибла.
Эльф резко ответил:
— Для меня и для отца её больше не существует. И больше не спрашивай о ней.
Люся подавленно кивнула. Да что у них стряслось-то?
Глава 5
После обеда Илиан решил показать Люсе владения отца. Проще говоря — предложил погулять по лесу. Но очень скоро эльф понял, что девушка думает о чем-то своем и не слушает его.
— Люси, о чем ты думаешь?
Люся хмуро посмотрела на эльфа:
— Тебе честно ответить?
— Разумеется.
— Илиан, я никак не пойму, зачем я тебе? Как объект страсти я вряд ли тебя интересую. По крайней мере, никаких посягательств с твоей стороны нет. Служанок у вас тоже хватает. Так зачем я тебе?
Серые глаза Люси смотрели серьезно, было видно, что это не простое любопытство. Илиан не ожидал такого вопроса и был в растерянности. Он помолчал, потом вздохнул:
— Ну, наверное, мне просто одиноко что — ли…
При этом он бросил взгляд исподлобья, и что-то робкое, мальчишечье промелькнуло в его голубых глазах. Люся тоже не ожидала такого ответа. Илиан, видимо, расценил её молчание как недоверие и торопливо заговорил:
— Ты чем-то напоминаешь мою сестру. Мы с ней очень дружны…были. Но она осталась там, с ней…
— С твоей мамой?
Илиан нехотя кивнул.
— А там, это где? Откуда вы здесь появились? — Люся не только выполняла просьбу гнома, ей и самой было интересно.
— Из Эльфинии.
Люся подавила смешок. Логично, ничего не скажешь. Откуда же еще могут быть эльфы — конечно из Эльфинии. Интересно, а Гриша родом из Гномии?
— А это где?
— Ну как бы проще тебе объяснить… Это в другом мире.
Эльф ожидал удивления, недоверия. Но Люся просто кивнула, как будто гости из других миров это для неё обычное дело.
— Ты не удивлена?
Люся пожала плечами:
— А что тут такого? Я тоже из другого мира.
От неожиданности Илиан запнулся об какой-то корень и плюхнулся на землю. Потирая ушибленную ногу, парень переспросил:
— Ты? Из другого мира? А тут что делаешь?
Люся подумала, что все равно она раскрыла свое настоящее имя, да и какой смысл сохранять инкогнито?
— Я иду в царство Снежной Королевы. Она похитила моего возлюбленного. А я иду его вызволять.
Эльф посмотрел на Люсю как на девятое чудо света:
— Ты не врешь?
— А чего мне врать? Я тебе с первого дня твержу, что у меня важное дело. Если бы ты хоть раз выслушал до конца!
Илиан обошел вокруг Люси и в глазах его, кажется, промелькнуло уважение:
— Ну, это впечатляет… Идти навстречу опасности ради возлюбленного…
Люся непонимающе пожала плечами:
— Да ладно, обычное дело. Это же возлюбленный! Хотя и ему от меня попадет, когда найду. Ну, а зачем вы сюда явились? Чего не жилось в своей Эльфинии?
Илиан снова помрачнел. Видно было, что эта темя ему неприятна:
— Да это все отец с…с мамой. Отец, он любит всякие путешествия, изучать другие миры. Проводит опыты. Изучает взаимодействие магии с законами природы.
Люся оторопело посмотрела на эльфа: какой продвинутый Светлейший Моалок! Он знает о законах природы!
— А мама его поставила перед выбором. Или она или путешествия, — тут Илиан вздохнул. Ну понятно, в переводе на простой человеческий язык: или я или рыбалка! И эльф выбрал рыбалку.
— А твоя сестра? Она поддержала маму? — нужно же быть в курсе семейных взаимоотношений в Эльфинии. Мало ли.
— Нет. Просто так по закону положено. Если семья распадается, то дочери остаются с мамой, а сыновья с отцом. Отец и решил навсегда вычеркнуть из своей жизни вероломную жену. Ну и мне пришлось.
Люся чуть было не возмутилась: а чего это сразу вероломную? Наверное из чувства женской солидарности. Но решила промолчать.
Ночью разыгралась гроза. Гроза в лесу страшное дело. Молнии прочерчивали свои ломаные на черном небе. Сосны скрипели и стонали. Люся грозу не особо боялась, но было отчего — то тоскливо, и на душе выводили рулады саблезубые коты. Видимо, Илиан чувствовал что-то похожее. Он заглянул в комнату Люси и, увидев, что девушка сидит на софе, пожаловался:
— У меня бессонница…
Люся, зевая, из вежливости спросила:
— А у эльфов, что, бывает бессонница?
— Люси, а что люди делают, когда у них бессонница? — эльф уселся рядом на софу, потеснив девушку.
— Ну, смотря кто. Взрослые овечек считают. А детям колыбельную поют.
Эльф оживился:
— Здорово! Люси, спой мне колыбельную.
Люси вздохнула:
— Тоже мне, дитятко.
— Ну спой. Я хочу послушать местный фольклор.
— Откуда слов таких поднабрался? Фольклор! Какую знаю, такую и спою.
Люся, подперев рукой подбородок, затянула:
Спят усталые русалки, эльфы спят.Даже злые вурдалаки спать хотят.И бабайка спать ложится,Чтобы ночью нам присниться.Глазки закрывай, баю-бай.Жабы спят и крокодилы, спят кроты.И кикиморы в болоте смотрят сны.Вот и мне пора ложиться,Может Сашка мне приснится.Спи уже давай, баю-бай.