Совсем не Золушка (СИ)
Глава 2
Работы в саду было много. От разнообразия цветов, от их ароматов кругом шла голова. Все заботы о цветах на себя взял Леонардо. Ему нравилось работать в саду и это было видно сразу. Он мурлыкал себе под нос какую-то незатейливую песенку, о чем-то разговаривал с цветами и постоянно улыбался. Люське он вручил лейку и велел поливать цветы. Но стоило девушке подойти к клумбе, как цветы тут же, перебивая друг дружку, начали рассказывать свои грустные суицидальные истории. Сначала Люська просто отмалчивалась, делая вид, что её совсем не интересуют сказки цветов. Но потом терпение у девушки кончилось. И как только очередной гиацинт заунывным голосом завел историю про мертвых девушек, Люська рявкнула:
— А ну, молчать, лютики- цветочки! Иначе, я сейчас вам расскажу сказочку про гроб на колесиках и вы от страха все тут завянете!
Как ни странно, но это подействовало. И только нарциссам, кажется, было фиолетово. Они как кричали восторженно о своей неповторимости и красоте, так и продолжали верещать. Люська, подойдя к клумбе с нарциссами, вздохнула и пропела:
— Ну что ж вы страшные такие, вы такие страшные! И не накрашенные страшные и накрашенные!
И пошла дальше. Слушать возмущенные вопли нарциссов ей не хотелось.
Вручая пустую лейку Леонардо, Люська решила "провести разведку боем":
— Леонардо, а давно старушка-то уехала?
Леонардо почесал затылок:
— Дык ведь я и не видал старушки-то этой, про которую ты все талдычишь. Я здесь как поселился, здесь только Изольда была.
— А давно ты здесь?
— Дык не помню…
— А откуда ты?
— Э… ты лучше у Изольды спроси, я что-то запамятовал…
Тут в саду появилась Изольда и, бросив на Люську и Лео хмурый взгляд, позвала:
— Лео, любимый, поди сюда!
Леонардо улыбнулся и крикнув:
— Иду, душа моя! — поскакал к своей Изольде.
Люська хмыкнула: "Душа моя!". Но стало немножечко завидно. Её Сашка никогда так не называл. Все Золушкой дразнил. Тут позади девушки раздался смешок:
— Завидуешь, завидуешь!
Люська обернулась и увидела позади себя лишь клумбу пионов.
— А ну цыц, а то в гербарий засушу!
Что-то с этим Лео неладно. Может, пора сигнализировать Грише? И как будет называться сие правонарушение? Захват заложника? А вдруг он прикидывается? Под дурачка косит? Нет, сначала она выведет на чистую воду всю шайку-лейку, а потом уже просигнализирует Грише!
Люська твердо решила, что пора приступать к решительным действиям. И первым делом она решила конфисковать у Изольды её волшебный золотой гребешок. Посмотрим, как она без него Леонардо будет мозги пудрить. Но вот куда его спрятать? В своей каморке прятать пропажу глупо — сразу обнаружат и ей, Люське, пинка дадут, в лучшем случае. Закапывать в саду тоже идиотская затея — цветы её тут же сдадут хозяйке. Так и не придумав место, куда она спрячет гребень, Люська ночью прокралась из своей каморки к комоду и вытащила гребешок. А утром, пока Изольда спала, Люська все-таки пошла в сад, в поисках укромного местечка. Миновав многочисленные клумбы с цветами, которые только распускали свои сонные лепестки, девушка вышла к вишневым кустам, которые росли вокруг домика. Пробравшись сквозь кусты, Люська оказалась на солнечной полянке, на которой одиноко росла яблоня.
— О, то что надо!
Люська засунула гребешок в развилку яблони и убедившись, что гребень крепко держится и его не унесет ветром, улыбнулась.
— Вот пусть поищет. Ой, а яблочки — то какие красивые! Прямо загляденье… Интересно, что это за сорт? Анис или мельба?
Тут ветви яблони закачались, словно от ветра и с листвы сорвался шепот:
— Молодильные…
Люська отдернула, уже протянутую к яблоку, руку.
— Ого! Вот бы я сейчас помолодела ненароком…Так, стоп! А откуда здесь молодильные яблоки? В книжке про них ни гу-гу!
Люська поспешила назад. Пробегая мимо клумбы с ирисами, она остановилась:
— Скажите мне цветочки, а куда уехала ваша хозяйка?
Ирисы закачали своими красивыми головками:
— Здесь наша хозяйка, никуда не уезжала.
— Как это здесь? А Изольда сказала, что старушка уехала?
— Изольда и есть наша хозяйка…
Люська хлопнула себя по лбу — ну конечно! Изольда и есть та старушка. Не просто так здесь молодильные яблоки выросли. И, окрыленная собственной догадливостью, девушка поспешила в домик.
А в домике царила суматоха. Изольда искала свой волшебный гребешок. Леонардо сидел возле стола и уныло бормотал:
— Ну, может, сначала поедим, а? Сдался тебе этот гребень, душа моя. Я вон и пятерней пригладить космы могу.
Увидев Люську, хозяйка подскочила к ней и завопила:
— Где он?!
— Кто? — Люська вытаращила глаза, пытаясь правдоподобно удивиться.
— Гребень мой где?
— Да понятия не имею. А чай-то пить будем или как?
Изольда удрученно вздохнула:
— Без него я пропала…
— Ну хочешь, я тебе свою расческу одолжу?
Завтрак прошел в молчании. Изольда выглядела подавленной. Леонардо увлеченно поедал оладьи с вишневым вареньем, слизывая со скатерти вишневые капли. Люська делала вид, что все в порядке.
Леонардо вел себя как и прежде. Также возился в саду возле клумб, что-то напевал. А Люська все ждала, когда же у мужика начнется просветление. Но терпение у девушки кончилось раньше. Забросив лейку, Люська решительно направилась к Лео. Остановившись за его спиной, она терпеливо ждала, когда мужик обратит на неё внимание.
— Герда? Ты чего? А лейка где?
— Лео, вот скажи мне честно, ты уверен, что тебя зовут именно Леонардо?
Мужик моргнул, поковырял в ухе:
— Ну да. Изольда меня так и зовет, слышала чай небось?
— Да я то слышала. Да только не вяжется имя Леонардо с твоим "небось" и "дык". Вот чует мое сердце, зовут тебя каким-нибудь Степаном или Гаврилой. Ну или Иваном…
- Не, Иваном батю моего кличут…
Люська хмыкнула:
— Леонардо Иванович?
— Нет, Емеля я.
И оба замолчали, вытащив глаза на друг друга. Потом Люська прошептала:
— Так ты вспомнил? — Емеля — Лео почесал живот:
— Дык, это чего получается? Меня дома ждут, а я тут…
— А живешь-то ты где, Емеля?
Мужик растеряно посмотрел вокруг:
— И куда это меня занесло, то? Надо Изольде рассказать! Она-то и не знает, что меня, оказывается, Емелей зовут!
Но Люська схватила мужика за рукав:
— Стой! Ты чего, не понял что — ли, что это Изольда тебя околдовала! А тебе домой в деревню надо! Там прорубь с щукой, печка, Царевна — Несмеяна.
Мужик обалдело посмотрел на Люську:
— Чего? Какая прорубь с Царевной? У меня дома жена и пятеро ребятишек! Вот мне Маруська задаст! — и Емеля схватился за голову.
Люська пробормотала:
— А, так ты другой Емеля. Кто ж вас разберет?
Люська сидела за столом с важным и суровым видом. Перед ней на столе лежала стопка бланков. Напротив, с другой стороны стола, сидел Емеля и нетерпеливо вздыхал:
— А побыстрее нельзя? Меня дома заждались! Мне Маруська голову оторвет!
— Все претензии вон Изольде предъявляй! А меня не торопи, а то отправлю тебя не в твою Степановку, а в деревню Гадюкино.
Изольда рыдала в шелковый платочек:
— Лео, не оставляй меня!
Мужик вздохнул:
— Да не могу я! Говорю же, дома жена и пятеро ребятишек!
Люська, наконец, заполнила бланк, в котором указала, как правонарушение, увод из семьи мужика Емели посредством колдовства. Подумала и дописала: "несанкционированное выращивание молодильных яблок".
Дальше следовало подписать свое донесение. Люська подумала и написала внизу: "инспектор Люси, подпольная кличка Герда". Гриша разберет. Поставила на бланк печать "Отправлено". Бланк тут же засветился и пропал.