О чём молчат псионики (СИ)

В груди у Меган кольнуло от беспокойства: удерживая Роби, она резко распахнула веки. Первое, что увидела — удивлённый и испуганный взгляд мальчика.
  
Эпилог
 
— Охуе-е-еть! — Роби только что не прилип носом к ограждению перед силовым полем вольера, где разглядывал посетителей снежный барс. Мальчик подпрыгивал от восторга при виде серо-белого пятнистого хищника.
Меган подняла глаза на мужа и попробовала изобразить свой самый многозначительный взгляд — без толку, лицо Итана не выражало ни капли раскаяния по поводу происходящего: вот уже который час ребёнок очень ёмко и красноречиво характеризовал всех обитателей дэвонского зоопарка.
Не то чтобы Меган причисляла себя к курицам-наседкам, считавшим крепкое словцо кошмарным кошмаром, но она ощущала ответственность за вверенного ей мальчика. Вдруг Лина, не оценив пополнение лексикона сына, больше не отпустит Роби с Меган? Конечно, она не раз говорила, что доверяет Меган больше, чем родному отцу Роби, но ведь никто не думал о последствиях общения с Итаном, у которого словарный запас, несмотря на впечатляющие интеллектуальные способности, был довольно специфическим…
— Дай пять! — Итан растопырил свою огромную в сравнении с детской пятерню и дождался, пока Роби коснётся её в прыжке: пятилетка не доставал ему до пояса. — Пойдём ещё на пингвинов посмотрим!
Ловким движением Итан взгромоздил мальчишку себе на шею и отправился на поиски водоплавающих птиц — Меган поспешила за ними. Честно говоря, и ей такое времяпрепровождение было внове: то, что было в её жизни до Консорциума, стёрлось из памяти давным-давно. Потому Меган, усилием воли отбрасывая беспокойство за Роби, позволяла своему внутреннему ребёнку расслабиться и наконец получить причитающееся.
Хотя, наверное, резвящаяся на батутах взрослая дама смотрелась не очень органично — ей было почти плевать. А когда к веселью присоединился и Итан, то стало всё равно и другим посетителям: они просто скрылись куда подальше от зажигательной троицы.
Меган обрадовалась, что Роби позволили поехать на Старую Землю с ними. Мальчик вырос на космической станции и ни разу не был на твёрдой земле — различные мультирасовые торговые колонии не в счёт. Колыбель человеческой цивилизации стоило увидеть — всё-таки жизнь там существенно отличалась от той, что текла на «Антаресе». И пусть Роби разбирался в многочисленных расах галактики лучше многих ксенобиологов и изучил устройство кабин всех военных кораблей, которые когда-либо оказывались в доке станции, знаний о том, как живут обычные люди, у него имелось мало.
Уговаривать Лину долго не пришлось — стоило Меган поделиться новостью о будущем визите в Дэвон на празднование в честь десятилетия подписания Соглашения, как она почувствовала, что в голове владелицы кафе зреет план. Он устраивал всех — наконец отошедшая после болезненного развода Лина могла посвятить немного времени себе, а не только ребёнку и выматывающей работе, а Меган с Итаном получили Роби на две недели — муж, как оказалось, привязался к мальчику не меньше Меган, однако не в его манере было делиться своими чувствами.
На Старой Земле Роби была обещана культурная программа, а ещё общение с другими детьми, чего ему очень недоставало на «Антаресе» — семей там по-прежнему проживало немного, а малыш, которого в прошлом году родила Элисон, был слишком мал для совместных игр.
Экскурсия вконец утомила Роби, заснул на руках у Итана — Меган невольно залюбовалась картиной. Со стороны и не скажешь, что неродные — оба блондины с прохладными голубыми глазами. Туристы поднялись на лифте до уровня, где находилась станция монорельса: Меган невольно считывала в свой адрес взгляды, полные одобрения, а иногда и откровенной зависти. После одного такого Меган мысленно буркнула: «Моё!» — и взяла Итана под руку. Нечего пялиться на её любимых мальчиков!
Добирались на поезде около часа — когда Роман прислал приглашение на торжество, речи о том, чтобы жить в гостинице, не шло. Можно было остановиться как у самого министра — собственно Романа, так и у парламентария — то есть Лиама. И конечно, троицу у себя в гостях ждала жена генерала Карповича — Энн. Пока Меган выбирала, опасаясь, что обидит кого-нибудь из друзей, вопрос решил Итан — так что эту неделю гости с «Антареса» жили у Лиама Олдриджа и его жены Вивиан Джонсон.
 
Положа руку на сердце, Меган не очень понимала, как эти двое — Итан и Лиам — могли подружиться: из общего у них было разве что офицерское звание, остальное отличалось кардинально. Тридцать сантиметров в росте, килограмм сорок в весе и совершенно противоположные характеры. Однако после знакового визита на Ирею Лиам включил Итана в число избранных, с которыми охотно общался близко. Что удивительно — не реагировал на прикосновения, когда, например, муж Меган мог невзначай по-дружески потрепать телепата по волосам. И это при том, что даже Меган старалась без повода до Лиама не дотрагиваться.
— Умаялись? — спросила Вивиан, встречая гостей. — Агнес уже заскучала.
Девочка недоверчиво выглянула из-за угла: по-прежнему чуралась незнакомцев, но за пару дней, видимо, считывая дружелюбное отношение отца к Итану, перестала побаиваться высокого блондина и оттаяла — три года назад они почти не пересекались. Меган же запомнилась и ей, и её сестре Майе, которая только сегодня утром поехала к родителям. Иногда Меган казалось, что друзья живут одной большой семьёй, не разбирая, где чьи дети.
Отдохнувший в дороге Роби тут же соскочил с рук Итана и побежал в детскую, правда, не вписался в поворот и врезался лбом в угол.
— Блядь! — по-взрослому выругался мальчишка и захныкал.
Вивиан, закусив губу, засмеялась, а Итан, опережая Меган, опустился на колени перед ребёнком.
— Роби, ты ж мужик! — муж был нарочито серьёзен, и Меган уже собралась вмешаться: никогда не любила эти игры Итана «на слабо». — Что мужики делают? Правильно — не ревут лишний раз! Сколько косяков соберёшь в жизни, из-за каждого, что ли, реветь? А ещё мужики никогда не ругаются при девочках! Запомни — мама тоже девочка, никогда её не расстраивай. Понял?
Притихший мальчик со всем возможным вниманием слушал, а Меган похвалила себя, что в очередной раз нашла силы не прерывать мужа — иногда, наверное, чересчур часто, Итан высказывал правильные вещи. У него было преимущество перед телепаткой, которая с восьми лет воспитывалась в интернате и, по правде говоря, не имела опыта жизни в семье. Родители Итана со временем всё же приняли выбор сына: сами прожили вместе почти сорок лет, и, глядя на них, Меган понимала, что они сохранили друг к другу тёплое и трепетное отношение.
Такое же Меган наблюдала и в семьях Романа и Энн — дочери подруги скоро должно было исполниться три года. Итан пообещал, что отпустит Меган к Карповичам на целый день, чтобы она могла спокойно «поворковать» с Энн. Хотя Меган сомневалась, что непоседа Элли позволит им сполна насладиться встречей.
Возвращение Лиама из госпиталя было заметно лишь физически — телепат, по обыкновению, просто наблюдал за играющей с детьми Меган. Практически не участвовал в беседе Итана и Вивиан. Статус народного избранника от менталистов его никоим образом не изменил — общительнее не стал, как и не делась никуда природная скромность. Но Меган ощущала, что ему комфортно с гостями — в домашней обстановке Лиам снял блоки, показывая свои эмоции. Этот жест предназначался персонально Меган: ни Итан, ни Роби не обладали таким даром, а с близкими — Вивиан и Агнес, — скорее всего, блоки работали особым образом.
Вечером Итан вытолкал Меган из детской и принялся читать какой-то космический комикс — даже Агнес прониклась. Меган ничего не оставалось, как отправиться в гостевую спальню и занырнуть в душ — воздух на планете был более влажным и тёплым, а ещё в нём содержалась мельчайшая пыль. Непривычно в сравнении с многократно фильтрованной атмосферой «Антареса» — постоянно хотелось помыться, не только перед сном.
Мысли о детях приходили в голову всё чаще, но именно во время нынешнего визита на Старую Землю выкристаллизовались до конкретного желания. Да, Меган хочет ребёнка. Своего — как бы ни любила Роби, у мальчика есть мать, и заменить её Меган не сможет. Да и не нужно.