Мой муж - предатель (СИ)

— Саша, успокойся.
Марк ловит мою ладонь и сжимает так, что я чувствую заостренные костяшки на его пальцах.
— Дыши, — добавляет он. — Сделай глубокий вдох и выдох.
— Всё хорошо, Марк.
— Нет, ты сделай. Давай, Саш.
Он поворачивается ко мне. Я же только в это мгновение понимаю, что по моим щекам катятся слезы. Я стряхиваю их, вырывая ладонь из руки Марка, и отворачиваюсь к другому окну.
— Тут нужно направо, — подсказываю, чтобы разрушить повисшую тишину.
Хотя у Марка отличная память. Он бывал у нас и ведет машину на нужный адрес без навигатора. Я нажимаю на кнопку, чтобы открыть ворота, и Марк загоняет внедорожник под навес.
— Ты останешься у нас? — спрашиваю его. — Или хочешь поехать в отель?
— Я бы лучше остался. Ты не против?
— Нет, — я качаю головой и открываю дверцу.
На глаза снова попадаются чертовы шланги, которые Игорь не убрал. Теперь мне плевать, сколько они здесь пролежат. Да хоть всю жизнь, только бы Игорь вернулся домой побыстрее.
Мы с Марком заходим внутрь. Он придерживает дверь и не отводит от меня взгляда.
Наверное, я бледная как полотно…
Надо как-то собраться, взять себя в руки. Но я даже двигаюсь с трудом. Все тело кажется ватным, а мыслительный процесс дает сбой. Я пытаюсь составить список дел, которые нужно сделать в первую очередь, и ничего не выходит. В голове остается лишь одна засечка, что надо найти паспорт мужа. А дальше белый шум.
— Ты же голодный, — выдыхаю, вспоминая, что Марк прилетел сегодня из другого города, а может и страны.
Я включаю верхний свет и направляюсь в кухню.
— Не надо, Саш. Я обедал в аэропорте, а в больнице был автомат с батончиками, — отзывается он. — Иди отдыхай.
— С батончиками?
Я скептически оглядываю его массивную спортивную фигуру.
Какие батончики?
Такому мужику нужна нормальная еда. Но Марк вновь качает головой.
— Я не маленький, и я знаю, где у вас кухня. Я даже в курсе, в каком шкафу стоят чашки для кофе.
Он скидывает с себя легкую куртку и бросает ее на кресло. Мне тоже чертовски хочется раздеться. Почему-то кажется, что если снять костюм и окунуться в мягкую домашнюю пижаму, дышать станет легче.
— В холодильнике есть боксы из ресторана, — я сдаюсь и просто даю ему ориентиры. — Игорь всегда их заказывает. Там и веганское есть.
— Хорошо, разберусь, — кивает Марк. — Я лягу в гостевой? Та, что справа?
— Да.
Я ухожу наверх. Поворачиваю в нашу спальню и снимаю с себя пиджак и украшения. Кладу сережки на прикроватную тумбочку, на которой лежат умные часы Игоря. Муж надевает их только на утреннюю пробежку, а в остальное время предпочитает старые-добрые часы с обычным циферблатом. Игорь вообще консервативен. Был даже период, когда он носил жилетки под пиджак и я подкалывала его, называя «гангстером».
Хотя для его работы классическая одежда — отличный выбор. У Игоря своя компания, которая обслуживает бизнес-авиацию. Он пробился с самых низов и всё сделал сам. Он из тех людей, которым ничего не досталось в жизни легко. Так что в словаре напротив слова «трудоголизм» можно ставить фотографию моего мужа.
Да, вот о чем нужно думать. Он очень сильный. И волевой. Упрямый. Он обязательно выкарабкается и еще будет смеяться над тем, что я переживала и вздумала накручивать себя. Мне очень легко представить его легкую усмешку, с хитринкой и искорками самоуверенности. Он крепко обнимет меня, когда поправится, и скажет, что всё закончилось, что мы можем дальше жить своей обычной жизнью.
Да, так и будет…
Я беру его часы и защелкиваю на своем запястье. Затягиваю ремешок на самый минимум, но они все равно очень велики мне.
— Черт, — выдыхаю через сомкнутые губы.
Мелодия звонка пугает меня. Я вздрагиваю всем телом, а потом вижу неизвестный номер на экране. Обычно я не принимаю такие звонки, но сегодня могут звонить из больницы или кто-то из дальних родственников поменял номер.
— Да, — отзываюсь.
— Александра⁈ — слышится злобный возглас. — И ты даже не подумала мне позвонить? Сообщить⁈
Я узнаю голос первой жены Игоря.
  
— Это нормально, по-твоему⁈ — не унимается она.
— Приглуши тон.
— Ах, вот ты как… Мне нужно знать, что с ним! В какой он вообще больнице? Я хочу приехать и увидеть его!
— В этом нет необходимости…
— Это не тебе решать! Не смей сводить со мной счеты! Ты хотела, чтобы я вообще ничего не узнала? Тебе не повезло, Сашенька! Я увидела в новостях фотку с ДТП, там была его машина. А я отлично знаю его машину, я раньше часто в ней ездила.
Она что-то разбивает в сердцах и я отнимаю сотовый от лица, чтобы притупить резкий звук.
— Ты бы, конечно, хотела, чтобы я осталась в неведении. Я же чужой человек теперь, — Влада усмехается. — Думаешь, нас больше ничего не связывает? Думаешь, вычеркнула меня из его жизни?
— Ты сама это сделала…
— Нет, это ты забрала у меня мужа! А мы ведь были подругами!
Она переходит на крик, и я сбрасываю звонок. Слушать обвинения, оторванные от реальности — это сейчас выше моих сил. Я вношу ее номер в черный список и иду в ванную, чтобы привести себя в порядок, а потом решаю проверить гостевую комнату. Я не помню, как давно там меняли постельное белье. У нас есть помощница по дому, которая следит за такими вещами, но мне все равно хочется убедиться. Я беру из шкафа свежий комплект белья и направляюсь в комнату.
Я толкаю дверь и всего через секунду понимаю, что забыла постучать.
— Прости, — говорю Марку, который уже обустроился здесь.
Он стоит рядом с кроватью. И он только что принял душ — его волосы стали черными как ночь, а торс блестит от влаги. На Марке только джинсы, которые он небрежно натянул и не стал застегивать ремень. Он делает это сейчас, пока я поспешно отвожу глаза и поворачиваю к дальнему креслу, чтобы положить белье.
— Ты принесла белье? Серьезно? — Марк защелкивает пряжку ремня и оборачивается ко мне. — Саша, ты сегодня успокоишься? Хватит суетиться.
— Мне не сложно… Что это?
На его животе с левой стороны красуется свежий синяк. Огромный, с кровоподтеками.
— Ты говорил, что ты в порядке.
— Так и есть.
— Но это плохо выглядит. Тебя вообще осматривали?
Марк протяжно выдыхает. Он запрокидывает голову и как будто ищет точку успокоения на белом потолке.
— Тебе надо выпить, — вдруг бросает он. — Что-нибудь покрепче, чтобы заснуть. Ты вся на нервах, поэтому не можешь лечь.
Он разворачивается ко мне корпусом, так что я могу увидеть, что у него бывали времена хуже. На мускулистом теле Марка есть старые шрамы. И еще больше черных татуировок, которые я не решаюсь разглядывать.
Но он прав. Я признаюсь себе, что боюсь лечь. Боюсь того, что начнет лезть в голову в тишине. Поэтому и придумываю всякие дела, чтобы занять руки.
— Идея хорошая, но я не буду пить. Я все-таки попробую заснуть так.
— Как знаешь… Я не привык вставать рано и могу не услышать будильник. Но ты не стесняйся, буди, если надо будет.
— Завтра утром брат Игоря приедет.
— Хорошо.
Я киваю и иду на выход.
— А ты вообще надолго прилетел? — спрашиваю его в дверях.
— Планировал на неделю.
Следующий день начинается с ловушки подсознания. Я просыпаюсь от неясного звука и перекатываюсь на другую сторону кровати, ожидая, что окажусь в руках Игоря. Я хмурюсь, встречая лишь пустоту, и успеваю подумать, что он ушел в душ.
А потом я вспоминаю вчерашний день. Он падает на меня черной тенью и смывает остатки беззаботного сна. Я резко поднимаюсь. Подтягиваю под себя ноги и сажусь в центре кровати, пытаясь понять, что делать дальше. В этот момент звук, пробудивший меня, становится сильнее.
Это ворота…
Да, и звук двигателя.
Я встаю с кровати, закутавшись в одеяло, и выхожу на балкон.
— Олег, — окликаю брата мужа, который уже вышел из своей машины и направляется к двери. — Здравствуй.
— Здравствуй, — он запрокидывает голову и некоторое время молчит.