Вдовец (СИ)

Только если под обложкой. Замечаю изгиб на краешке, который появился после моих взмахов и стону в голос. Бесконечная, жестокая головоломка! И мне, черт возьми, страшно раскрывать его. Вдруг это тот недостающий кусочек, который укажет на Кирилла? Вдруг Итан прав?
Выбора все равно нет. Сама попросилась в сыщики, чего теперь искать педаль тормоза. Поздно. Я беру его в руки и осторожно раскрываю. Бумага хрустит и заломы кажутся идеальными, так бывает, когда бумагу сложили раз и больше не трогали. Я чувствую, как в пальцы вонзаются нервные иголки, когда я догадываюсь, что этот листок сложила Ольга и больше никто его не трогал.
Не находил.
На нем стоит дата 9 октября.
— Господи, — закрываю рот ладонью и шумно выдыхаю.
9! Она погибла на следующий день…
Не бывает таких совпадений. Она спрятала день, который стал предпоследним в ее жизни. Или не она, я пока ничего не знаю. Я провожу ладонью по листку, разглаживая заломы, чтобы буквы не плясали перед глазами и пытаюсь разобрать строчки. Она пишет о Кирилле. О том, что он простил ее и пытается вернуть их прежнюю жизнь, об разрыве с Итаном, о разговоре с фотографом.
Переписка с Силом как раз занимает последний абзац листа. И мне становится дурно от реплик.
— Завтра, — он сразу начинает с условий. — И там, где я скажу.
— Хорошо.
— Парковка гипера, у развязки.
Парковка! Ольга пропала с парковки…
Господи, Итан!
Я бросаюсь к телефону и набираю его, но он не берет трубку. Испытывает мое нервную систему длинными гудками. Может, не слышит? Или еще что-то… Что?! Я наклоняюсь к окну и осматриваю крыльцо. Мужчины ушли, и мощная подсветка буквально выжигает мертвый обруч света вокруг входа. Я решаюсь, не зная, что делать еще, и выхватываю пистолет из бардачка, прячу его под пиджак, как прятала дневник от Кирилла, и выпрыгиваю из машины.
Иду ко входу, влетая по высоким ступенькам, и открываю дверцу, над которой звенят противные колокольчики. Я ежусь, то ли от вечерней прохлады, то ли страха, то от всего сразу. В небольшой квадратной комнатенке стоит запах сигарет и дешевого кофе, а за стойкой из темно-бордового дерева клюет носом девица с голубыми стрелками на глазах.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Места есть, — она отзывается, заприметив меня, и встряхивает головой, отгоняя сон. — Сколько вас?
— Я ищу мужчину. Высокого, молодого, в костюме. Он минут пять назад вошел.
— А. По коридору направо. Двенадцатый номер.
— Спасибо.
— Если вздумаете остаться, скажите мне. Нужно будет доплатить.
— Мы не останемся.
Прохожу мимо нее, и угадываю, как закипает пульс. Что я делаю? Вот что я делаю?! Сейчас же надо вызывать полицию! Вот прямо сейчас…
Я вздрагиваю всем телом, когда слева доносятся мужские голоса. Стенки очень тонкие и можно расслышать, что происходит в номерах. Это же даже хорошо, и вообще гостишка нормальная внутри — жизнь есть, люди есть, даже какой-никакой ремонт есть.
По нумерации я понимаю, что скоро мой поворот, и уже начинаю различать его, как вдруг громогласно хлопает дверь. А потом стучат ботинки и хлопает еще одна! И мужской громкий возглас! Я узнаю голос Итана и ускоряю шаг, забегаю за поворот и вижу в его конце черный выход. Итан как раз добрался до него и ладонью ловит дверь, которую доводчик тянет назад.
— Итан! — кричу ему в спину, останавливая.
— Оставайся здесь! — он оборачивается, замедляясь на миг. — Никуда!
Он хочет еще что-то добавить, но боится мешкать. Бросается на улицу, и я прекрасно понимаю, что бросается в погоню. Я все же пробегаю весь коридор вслед за ним и останавливаюсь в проклятом проеме, высматривая знакомый силуэт. Я успеваю на последнюю секунду, высокая фигура Итана мелькает на стоянке, а потом исчезает в темноте. Там, куда не добирается свет фонарей.
— Итан! Нет!
Он не отвечает, и я от беспомощности бью кулаком по двери. Но ответ все-таки приходит. Оглушающий и металлический. Доносится звук выстрела, который вонзается в мои внутренности и опаляет все ужасом. Я хватаюсь за ручку дверцы, чтобы устоять на ногах, и на рефлексах делаю шаг на улицу.
— Итан…

  
Глава 36
 
Я переступаю через порог и тревожно вслушиваюсь в повисшую тишину. Она как густое облако, в котором я не слышу даже свое дыхание. Только страшные мысли бьются в мозгу и все-таки ведут меня дальше. Я боюсь, что что-то случилось с Итаном, что… Почему он молчит?! Почему стало так тихо?
— Итан! — кричу вновь. — Мать твою! Ответь!
Я улавливаю шорох сбоку и замечаю девушку, которая выглядывает из-за угла с дымящейся сигаретой во рту.
— Вы слышали выстрел?
— Что? — она хмурится и отнимает сигарету. — Мне показалось, что-то упало.
— Вызовите полицию! Пожалуйста, прямо сейчас!
Я жду и вскоре замечаю, как она тянется к карману синих джинс, тогда отворачиваюсь от нее и иду вперед. На автомате завожу руку за спину, проверяя оружие, которым не умею пользоваться. Я вообще ничего не умею, не знаю, даже как унять чертов пульс! И что делать, если найду раненого…
Господи! Нет никакого раненного! Мне показалось. Девушка права, это обычный грохот, они могли что-то задеть, железный бак или ограждение, когда соревновались в беге. Я просто перенервничала и сегодня уже слышала выстрел, поэтому нервно реагирую на каждый шум.
Я подхожу к ряду грузовиков и оглядываюсь по сторонам. Здесь уже темно, полоска света остается за спиной и заставить себя идти дальше чертовски сложно. Я приглядываюсь и различаю высокий забор неподалеку, до него метров тридцать, а за ним пустой простор. Наверное, они побежали туда.
Ох!
Нет!
Я вздрагиваю всем телом, когда чувствую жесткое прикосновение. Кто-то крепко обнимает меня и буквально впечатывает в свое массивное тело. Я пытаюсь издать звук, но злая ладонь ложится на губы.
— Тише, тише, — шепчет знакомый голос. — Это я, Саша. Итан.
Он выпускает меня из зажима, но поворачивает лицом к себе и прижимает к грузовику.
— Не шуми. Он где-то здесь и он вооружен.
— Он… он…
— Успокойся, — Итан кладет горячие ладони на мои плечи и оглядывается по сторонам, он недолго молчит, вслушиваясь в тишину, но потом продолжает. — Сядь на ступеньку и никуда не ходи.
— Итан…
— Хватит, Саша, — он выпускает толику злости. — У него огнестрел.
— У меня тоже.
— Что?
— Я взяла из бардачка.
Завожу руку за спину и протягиваю ему оружие вместе с кобурой. Итан на мгновение теряется, не веря в удачу. Он забирает оружие и быстро вытаскивает его, проверяет обойму и кивает сам себе, словно дает внутреннюю отмашку.
— Это он, — произносит Итан хрипло. — Он убил Ольгу.
— Да-да… Я нашла записку, где она пишет, что у нее встреча с ним девятого числа на парковке.
Итан болезненно кривится и разворачивает корпус, словно выбирая направление, куда пойти.
— Я вызвал своих, надо ждать, — произносит он, стоя ко мне спиной. — Но там тупик, через забор никак. Если он пойдет назад, то где-то здесь.
— Только не уходи.
— Он сразу занервничал, как я вошел. Он узнал меня, думаю, Кирилл ему по пьяни много рассказал. И он начал юлить, что уже ничего не помнит, много выпил…
Итан говорит шепотом, но иногда вовсе замолкает, прислушиваясь к округе.
— Я спросил за фотографии и он занервничал. Это он, сука…. Сделал и Кириллу подкинул, я уверен. Чтобы у него окончательно крыша поехала и от себя подозрение увести.
Итан снова замолкает и вдруг делает шаг в сторону. Я издаю неопределенный звук, но он выбрасывает ладонь назад, останавливая меня. И идет дальше, вправо, ввинчиваясь в ряд припаркованных большегрузов. Он такой же бесстрашный идиот, как и я! Хотя он мужчина, его хоть чуть можно понять. Мужики не привыкли отсиживаться в кустах и ждать помощи, они и есть помощь.