Горячий шоколад на троих (СИ)

По щекам Титы скатились две слезинки. Тетушка Мэри взяла ее за руку и с глубокой нежностью сказала:
— Какая прелесть — влюбленная женщина плачет от счастья. Я тоже плакала, когда выходила замуж.
Джон сообразил, что от слов тети Тита может разрыдаться, и тогда ситуация выйдет из-под контроля.
Он наклонился к девушке, взял ее за руку и сказал, улыбнувшись, чтобы тетушка ничего не заподозрила:
— Тита, неважно, что ты сделала. В жизни всякое случается, и не стоит придавать этому значения, если оно не меняет главного. Так вот, то, что ты рассказала мне, не изменит моего отношения к тебе, и я по-прежнему охотно поведу тебя под венец. Но я хочу, чтобы ты сама решала, тот ли я, кто тебе нужен. Если да, уже через пару дней мы сыграем свадьбу. Если же нет, я первый пожму руку Педро и пожелаю вам обоим счастья.
Ее не удивило услышанное — такой уж Джон был человек, — но поразило то, что Джон знает, что его соперник Педро. Она недооценила его удивительную интуицию.
Тита не могла больше оставаться за столом. Извинившись, она вышла во двор и выплакалась и, успокоившись, вернулась, чтобы подать десерт. Джон поднялся и пододвинул ей кресло, сделав это с присущим ему тактом. Этот человек, поистине заслуживающий уважения, еще больше вырос в ее глазах, и оттого сомнений у Титы прибавилось. Жасминовый шербет на десерт вернул ей расположение духа. Первый же глоток освежил тело и очистил разум. А тетушка от шербета пришла в дикий восторг. Она и знать не знала, что жасмин можно еще и есть. Заинтригованная, она тут же захотела узнать все тонкости приготовления этого восхитительного лакомства, чтобы приготовить его, как только вернется домой. Тита медленно, чтобы тетушка могла прочесть по губам, продиктовала ей рецепт:
— Растолочь гроздь жасмина и хорошенько замешать в трех куартильо воды с половиной фунта сахара. Когда весь сахар растворится, просеять смесь через плотную ткань и заморозить в шербетнице.
Остаток вечера прошел просто замечательно. Уже стоя на пороге, Джон поцеловал Тите руку и сказал:
— Я не хочу давить на тебя, но, поверь, со мной ты будешь счастлива.
— Я знаю.
Конечно, она знала. Конечно, она подумает и об этом, когда будет принимать решение, от которого зависит вся ее дальнейшая жизнь.
Продолжение следует…
Рецепт двенадцатый:
чили в ореховом соусе
 Глава XII 
 Декабрь 
 
Чили в ореховом соусе
ИНГРЕДИЕНТЫ:
25 перцев чили поблано;
8 гранатов;
100 грецких орехов;
100 граммов свежего сыра;
1 килограмм молотой говядины;
100 граммов изюма;
250 граммов миндаля;
250 граммов лесных орехов;
500 граммов помидоров;
2 средние луковицы;
2 аситрона;
1 персик;
1 яблоко;
тмин;
белый перец;
соль;
сахар.
Способ приготовления
Грецкие орехи очистить заранее, за несколько дней, так как это очень кропотливая работа, которая отнимает много времени. При этом нужно удалить не только скорлупу, но и кожицу, иначе она, попав при перемалывании и смешивании орехов со сметаной в соус, заставит его горчить, и все старания пропадут даром.
Тита и Ченча за обеденным столом заканчивали колоть орехи для соуса к чили — главного блюда к завтрашней свадьбе. Все остальные в этот день под тем или иным предлогом уклонились от помощи, предоставив им двоим сражаться с твердыми ореховыми скорлупками. И, положа руку на сердце, Тита на них не обижалась. Они и так помогали ей целую неделю.
Шутка ли — очистить тысячу орехов! Единственным человеком, способным делать это денно и нощно и даже не вспотеть, была матушка Елена. Она не только могла в считаные дни переколоть несколько корзин орехов, но и получала от этого несказанное удовольствие. Дробить, крушить и обдирать — в этом была вся она. Матушка садилась во дворе с мешком, полным орехов, и не вставала, пока мешок не опустеет.
 
Расколоть тысячу орехов было для нее сущим пустяком, а для всех остальных — мучительной пыткой. Орехи берутся из расчета сто штук на каждые двадцать пять перцев чили, то есть на двести пятьдесят перцев требуется тысяча орехов.
На свадьбе ожидалось восемьдесят гостей — родственников и самых близких друзей. Каждый, если пожелает, съест самое меньшее три перца. Пусть свадьба была, что называется, для узкого круга, но Тита желала, чтобы обед непременно состоял из двадцати блюд. И конечно же, она не могла забыть о чили в ореховом соусе. Это блюдо должно было стать украшением стола, хоть его приготовление отнимало много времени и сил. Но как бы ни почернели пальцы у Титы после того, как она очистила столько орехов, свадьба стоила такой жертвы. Для Титы она значила очень много. Как и для Джона, который принял деятельное участие в подготовке торжественного обеда и одним из последних покинул кухню, чтобы немного поспать. Он это заслужил.
Когда Джон наконец добрался до своего дома, едва живой от усталости, он отправился в ванну и долго мылил руки. После орехов у него ныло под ногтями. Чувствуя, что не в силах совладать с переполняющими его эмоциями, он решил поспать. Всего через несколько часов они с Титой станут ближе друг к другу — мысль об этом наполняла его несказанной радостью. Свадьба была назначена на двенадцать часов. Он перевел взгляд на смокинг, лежащий на стуле. Вся одежда, предназначенная для завтрашнего дня, подбиралась и готовилась с особой тщательностью, чтобы в нужный момент явить миру своего владельца во всем великолепии. От блеска начищенных штиблет рябило в глазах, галстук-бабочка, пояс и рубашка выглядели безупречно. Убедившись, что все в порядке, Джон глубоко вздохнул, лег в кровать и провалился в глубокий сон.
Педро, напротив, не мог сомкнуть глаз. Его снедала ревность. От одной мысли, что он должен присутствовать на свадьбе и видеть Титу рядом с Джоном, у него сжимались кулаки. А докторишка-то каков гусь! Знает же об их с Титой отношениях, и хоть бы хны! Вот накануне Тита пыталась разжечь печь, но не могла найти спичек. Так этот франт несчастный тут же бросился ей помогать! Это еще не все! Он зажег огонь и протянул Тите коробку со спичками, а когда та взяла, на мгновение обхватил ее руку своими. С чего он решил, что Тите нужны его дурацкие подарки? Доктору был нужен лишь повод, чтобы прикоснуться к Тите у него на глазах. И будь Педро хоть трижды цивилизованным человеком, он покажет этому щеголю, на что способен мужчина, если кто-то посягает на его женщину. Прямо сейчас пойдет и набьет Джону морду!
Подбежав к двери, Педро остановился. А ну как пойдут слухи, что свояк Титы подрался с Джоном накануне свадьбы? Тита ему этого не простит. В гневе швырнув пиджак на кровать, он принялся искать таблетку от головной боли, которую стократно усиливал шум, доносившийся с кухни.
Чистя последние орехи, Тита думала о сестре. Росауре наверняка захотелось бы присутствовать на этой свадьбе. Но год назад бедняжка умерла. В семье на год объявили траур, как того требовали приличия.
Смерть пришла к ней нежданно-негаданно. Она поужинала и удалилась к себе в спальню. Немногим позже Педро встал и отправился к ней пожелать доброй ночи. Тита и Эсперанса, беседовавшие в столовой, ничего не заподозрили, так как спальни располагались поодаль. Педро же поначалу не удивился, услышав, как по ту сторону закрытой двери Росаура пускает ветры. Не желая ее беспокоить, он погрузился в чтение, но шум и вонь все усиливались, и вскоре Педро сообразил, что навряд ли кто-то способен пукать настолько громко. За стеной трещало так, что трясся пол и мигала лампа на потолке. Педро даже подумал, что началась революция, но тут же отбросил это предположение: с чего бы ей начаться, если в стране все спокойно. Шум напоминал тарахтение двигателя автомобиля, но ни один автомобиль в мире не распространял вокруг себя такого зловония.