Невольница князя (СИ)

- Господин Ждан! Ой, - ахнула, заметив подле него юношу. – З-здравствуй… Ты уже оправился от ран?
Свят кивнул. Темные глаза юноши смотрели с доброй мягкостью, но изо рта не вырвалось ни звука.
- Свят пока не может ответить, - пояснил Ждан. – Те отвары, которыми его лечили, лишают голоса.
- Насовсем?! – ужаснулась Забава.
Мужчины рассмеялись. Один беззвучно, второй густо и раскатисто.
- Нет, конечно. Однако пройдет луна или две, прежде чем последняя капля зелья покинет кровь и голос снова станет свободен.
- Это все из-за отравы в земле, - пояснила Ирья. – Раньше целебные настойки и впрямь лечили, а теперь еще и калечат. Но довольно… Ты что здесь забыл, Ждан?
Забава с интересом покосилась на женщину. Может, ей показалось, но в поведении Ирьи проглядывало кокетство. Вон как руки на высокой груди сложила и бровь выгнула. А лицо при этом хитренькое такое, с легким румянцем.
Однако Ждан не обратил на это внимания.
Его взгляд лишь скользнул по крутобедрой фигуре, а потом сотник вновь глянул на Забаву. И вдруг подмигнул.
- А вот хочу рубаху лучше выбрать. Подсобите, девушки?
Отчего-то сделалось неловко… Это намек, что ли?
Но Забава тут же обругала себя за мнительность. Ждан просто просит помощи. Да еще и будут они на виду всего народа.
- Я не слишком хорошо выбираю товары, - призналась. – Не гневись, ежели что…
Ирья поджала губы.
- Не мужики, а малые дети. Ладно, идем. Знаю я лавку с хорошей одежкой. Такую даже воды Чуди не возьмут.
- Ну-ну, рассказывай…
И вместе они направились вниз по мощеной улице. Забава с внимательным интересом разглядывала дома и людей, ведь погулять ей по Сварг-граду еще не доводилось. Все же хорошо, что князь не слишком-то строг с наложницами. Конечно, стража около них ходила, однако девушкам дозволялось посещать ярмарку в праздничные дни.
Интересно тут было! И красиво, хоть вид портили иссохшие деревья и набившийся в переулках пепел. А еще изрезанные ядовитым дождем ставни, порыжевшие столбы ворот, но пуще того - бледные лица жителей… Ах, вернуть бы всему этому былые краски!
До чего славно было бы любоваться цветущими садами, слышать детский смех и видеть блестящие счастьем глаза.
Но некогда богиня жизни Лада теперь стала мертвой. И земли Северного царства оскудели. Поговаривают, что теперь пустыни Южных земель и те плодороднее.
А каблучки сапог застучали по доскам.
- На мосту не зевай, - дернула за рукав Ирья, привлекая к себе внимание. – Он хоть и крепкий, но каждый год вниз кто-то валится.
- А раньше дети на нем рыбачили и купались, - с сожалением добавил Ждан.
- Теперь уж этого не сделать, - вздохнула Ирья. – А иначе живо без кожи останешься.
Свят выразительно кивнул.
Он как мог участвовал в разговоре, стараясь привлечь внимание.
Это тоже смущало. Ждан хотя бы выглядел ей отцом, а вот молодой воин был хоть и без голоса, но хорош собой. Высок, статен, лицо благородное… Проходящие мимо девушки не оставляли это без внимания, перешептывались и замедляли шаг.
Забава же старалась держаться спокойно и лишний раз не глядела.
Все равно она пока во власти князя. Особенно ночью. По коже пронеслись мурашки, вынуждая крепче закутаться в шерстяной платок. Сегодня ей тоже не избежать близости. Вот только Забава и помыслить не могла, что вместо криков боли она будет стонать от наслаждения.
Неправильно это!
Но, может, лучше так? Кажется, и Властимиру понравилось… Нет! Лучше не думать. Да и не поможет это ничем.
- Рыбка сушеная, в соли вымоченная! – коснулись слуха первые выкрики торговца.
- Ягоды заморские!
- Сладости! Орехи!
Ирья же взяла ее под руку.
- Держись ко мне ближе, Забава, - шепнула тихонечко. – Разные тут ходят…
- Меченная! – взвизгнули вдруг рядом.
И на них с Ирьей полилась ядовитая вода.
  
Глава 13
 
- Мальчишку пока оставить в застенках. Утром разберемся. Лекарь пусть новые мази сварит… да поживее!
Голос Властимира пробивался даже сквозь толстые стены комнат.
Забава сидела ни жива ни мертва, забыв, что лицо и руки горят огнем.
 
Слишком злы темные воды Чуди. А ежели их вскипятить несколько раз, то и вовсе настоящая отрава. Хорошо, что Свят не растерялся. Едва несмышленое дитя опрокинуло на них с Ирьей ковшик, парень схватил стоящую недалече бадью с медовой брагой и смыл яд. На коже остались лишь розоватые зудящие пятна. Болезненно, однако терпеть можно. Вот Забава и терпела… А еще готовилась просить за глупого мальчишку, который действовал не своим умом – это ведь каждому ясно!
Дверь в горницу хлопнула так, что Забава подпрыгнула на лавке.
- Князь! – воскликнула, прижимая руки к груди.
Но Властимир оборвал ее строгим:
- Не начинай даже.
Забава до боли прикусила губу.
Ну почему он такой… каменный! Неужто не дрогнуло сердце, глядя, как дитя обливается слезами?
«Тут просто крашенная вода была! – кричал надрывно. – Я точно знаю!»
А Властимир между тем прошелся к окну и встал, заложив руки за спину. Могучие плечи напряжены так, что рубаха трещит, брови грозно нахмурены. К такому умная наложница не сунулась бы!
Но Забава не была умной. Перед глазами мелькало искаженное ужасом лицо мальчика. А значит…
Пол под ногами танцевал, когда она сделала первый робкий шаг. И превратился в трясину, стоило князю бросить угрожающее:
- Наказана будешь.
Пусть так! Лучше она получит плетей, чем будет мучиться чувством вины. Мужчина резко обернулся, пронзая таким взглядом, что ее бросило в пот и озноб сразу.
И все же Забава нашла сил говорить:
- Н-накажи меня, князь, - прошелестела, смиренно опуская голову. – Только… ох!
Из груди дух вышибло, когда Властимир в одно движение толкнул ее к стенке, а сам навис сверху. Подбородок попал в капкан мужских пальцев. Больно! Но Забава безропотно подняла лицо. И чуть не сомлела, столкнувшись взглядом с потемневшими грозовыми очами.
Какая буря в них кипела! Живое пламя, черное… Аж сердце заходилось! От страха, а может, восхищения – сама понять не могла.
- Гляжу, смелая ты стала… - зарычал князь.
И по коже хлынула волна мурашек. Забава до боли вжалась в бревенчатую стену, но взгляд не отвела. Сил не было! Как и ответить князю… Пропал голос, оставляя взамен лишь сбитое дыхание.
- …Забыла, кому принадлежишь…
О нет, она помнила! Князь владел ею без остатка. Мог заставить кричать от боли, или… от удовольствия. Как прошлой ночью.
Перед внутренним взором мелькнули связанные жемчужными бусами руки, а в ушах зазвучали стоны. Ее… и его! Ох, как приятно было чувствовать мужское наслаждение! Принимать горячность мужчины и позволять делать с собой, что хочется.
На щеках расцвел яркий румянец, а бедра сжались крепче, будто Властимир уже пробовал устроиться между ними.
И мужской взгляд изменился! В нем появилось удивление и цепкий интерес.
Ни слова не говоря, Властимир смял ее бедро, бессовестно задирая подол.
- Князь! – ахнула Забава.
- Молчи! – оборвал тут же.
И она замолчала.
Но ровно до тех пор, пока мужские пальцы не коснулись обнаженной кожи. Испуганный крик вырвался из горла, но почему-то превратился в стон. А Властимир двинулся выше, ныряя ладонью под юбки исподнего. Уверенно и сильно надавил между стиснутых ног, пробираясь к беззащитному лону. А потом снова толкнулся пальцами.
- Да ты уже мокрая! – оскалился хищно.
И, отпустив на мгновение, принялся раздирать шнуровку на ее груди.
***
Властимир
Вот тебе и скромница! Губы от смущения кусает, вся колотится. А лоно уже течет от желания принять его плоть. Когда понял это – остатки гнева сменились желанием. Таким горячим, что голову повело. Возьмет прямо сейчас!
Но Забавушка вдруг снова трепыхнулась.
- Г-господин… князь… н-не надо!
Врет, паршивка! Он ведь не слепой и видит, как потемнели лазурные глаза. Через край в них топкой похоти!