Глаза и уши режима: государственный политический контроль в Советской России, 1917–1928

Прежде всего, можно выделить ежедневные сводки. Выше уже говорилось о ежедневных госинформсводках, рассылавшихся по 33–36 адресам. Всего за 1922 год было подготовлено 328 номеров  [621]. С мая 1922‑го в ИНФО стали одновременно готовить ежедневные спецсводки по конкретным вопросам в количестве не более восьми экземпляров. За весь год было подготовлено в общей сложности 1035 номеров, в том числе спецполитсводки — 200 номеров, продсводки — 200 номеров, промсводки (о работе промышленности и политико-экономическом состоянии рабочих) — 200 номеров, земсводки (вопросы сельского хозяйства, помощи голодающим) — 167 номеров, церковные сводки — 167 номеров и 7 номеров финансовых сводок. Начальник ИНФО В. Ф. Ашмарин назвал госинформсводки «в некотором роде секретной ежедневной газетой ГПУ»  [622].
Со 2 февраля 1923 года отдел готовил ежедневные спецсводки о состоянии советского аппарата и советских служащих. Было подготовлено шесть номеров, каждый в девяти экземплярах. Зато с 27 марта были отменены специальные церковные сводки. Проявлением опасений власти стала подготовленная 24 марта 1923 года спецсводка «Краткий доклад о впечатлении, произведенном на население РСФСР правительственным сообщением о болезни т. Ленина»  [623]. Имел место также выпуск так называемых «единовременных сводок», среди которых «наиглавнейшими» стали сводки по проблемам незаконных действий работников продаппарата и о политико-экономическом состоянии Закавказья  [624]. С 21 апреля были отменены трехдневные сводки при одновременном требовании улучшить присылку недельных сводок  [625].
Круг получавших местные сводки также постоянно уточнялся. 30 июля 1925 года зампред ОГПУ Г. Г. Ягода указал, что в губерниях информсводки направляются Информационному отделу ОГПУ, ответственному секретарю губернского или окружного комитета РКП(б), секретарю контрольной комиссии РКП(б), председателю губернского или окружного исполкома, губернскому прокурору  [626].
Но кроме этого готовились ежедневные сводки, «имеющие местный интерес». Они направлялись губкомам, губисполкомам, заведующим отделами губЧК, а также «нескольким самым ответственным товарищам»  [627]. Например, 2‑е отделение Петроградского ГПУ готовило ежедневно сводку «Об общем положении и экономическом состоянии города, губернии и Петрогарнизона» к 17 или 19 часам. Она направлялась начальнику горотдела ГПУ, начальникам Секретно-оперативной части и Экономического отдела, секретарю Петроградского комитета партии, председателям губисполкома и губпрофсовета  [628].
По объему эти сводки были небольшими, от одной до трех страниц. В них содержались сведения по отдельным предприятиям и учреждениям, о поведении и разговорах, ведущихся их персоналом. Так, сводка за 2 января 1924 года характеризовала положение на заводах «Вперед», «Красный путиловец», фабриках «Красное Знамя», 2‑й и 3‑й табачных, в трампарке имени Леонова, Электротехническом институте, на рабфаке Горного института  [629].
Кроме этого, готовились недельные или десятидневные информационные сводки «О политическом и экономическом состоянии губернии». Их объем составлял 8–10 страниц. Они имели несколько тематических разделов: по городу (предприятия), предприятия военного и морского ведомства, транспорт, вузы, крестьянство. Каждый из этих разделов, как правило, имел свои рубрики: рабочие (металлисты, текстильщики, пищевики, табачники и т. д.), вузы (профессура, студенчество), крестьянство (кооперация, сельскохозяйственный налог, быт деревни и т. д.). В некоторых случаях рубрики разбивались еще на подвопросы: антисоветские явления, отношения рабочих с администрацией, с партийно-общественными организациями; зарплата и расценки, сокращение рабочих; взаимоотношения профессуры со студенческими организациями, отношение к новым методам преподавания; антисоветские явления среди студенчества, работа партийных и общественных организаций, академическая жизнь, экономическое положение студенчества, «вычищенное студенчество», политическое настроение профессуры и т. д.  [630]
 
Здесь характеристика всех социальных групп давалась в более развернутом виде. При этом особое внимание уделялось причинам недовольства. Так, в ряде сводок по Петроградской губернии за 1923–1925 годы подчеркивалось воздействие на настроения рабочих положения с расценками, поведения администрации и общего экономического состояния предприятий. Эти сводки также фиксировали проявления недовольства властью в самых различных формах. Вот лишь некоторые примеры из недельных сводок «О политическом и экономическом состоянии Ленинградской губернии» за 1924 год: «К совхозам крестьянство не питает особой симпатии и относится к ним не сочувственно, считая их ненужными и бесхозяйственными объединениями»; на беспартийной крестьянской конференции Дновской волости «крестьянин хутора Погребец Иванов Василий сказал: „Пусть крестьянский голос будет слышен от Черного моря до Великой Сибири“»; табельщик станции Дно вел разговоры, что «коммунистам недолго царствовать и всех их ждет виселица»; «весовщик станции Сущево говорил с крестьянами о тяжести налогов»; в Горном институте студент Брандт «заявил, что кризисы промышленности возможны не только в капиталистическом обществе, но и у нас»; в Военно-медицинской академии «раздавались голоса о заслугах Троцкого и о желании ознакомиться с его книгой» (речь о книге Л. Д. Троцкого «Уроки Октября». — В. И.); на заводе «Красная Заря» «некоторые из партийных <…> замечены в защите линии Троцкого»; работающий на трамвайной подстанции «Пролетарской диктатуры» член партии рабочий Кузьмин «замечается как бы в соглашательской политике <…> указывает, что ответработники разъезжают на автомобилях на деньги рабочих и что он, Кузьмин, посещая партшколу, слышит одно, а на стороне видит другое»; «в типографии им. Соколовой отдельные лица из администрации и мастеров стараются критиковать распоряжения советской власти (нами берутся на учет)»; на заводе «Красный путиловец» рабочие столярной и вагоностроительной мастерских «Воробьев, Скворцов и Рудаков (состоят на учете как политически неблагонадежные), желая завоевать симпатии со стороны несознательных чернорабочих и возбудить в них негодование к Соввласти, отчислили в их пользу несколько % со своего заработка, <…> в вагоностроительной мастерской рабочие Петровский Григорий и Борисов Николай открыто высказываются за линию „Троцкизма“»; в Горном институте «проф. [С. О.] Майзель, читая „Оптику“, весьма язвительно отзывался о положении производительности труда, намекая на гибель этого дела, ввиду нашего невежества и нищеты»; «24/XI на квартире у студента Сперанского П. В. состоялось чтение-беседа по „Истории партии“ Зиновьева, <…> при разборе <…> (их было 6 чел.) <…> не было недостатка в нападках, шпильках по адресу Соввласти», «в институте восточных языков проф. [В. М.] Алексеев заявил, что или он или Дальтон-план» и т. д.  [631]
В ряде случаев сотрудники ОГПУ сообщали о принятых ими мерах для устранения недовольства имеющимися проблемами. Например, Петроградский окружной транспортный отдел ОГПУ (ПОКТО ОГПУ) информировал, что в конце 1923 года часть кондукторов, бывших в командировке, не успела получить деньги и явилась в Отделение железной дороги с жалобой. ОКТО ОГПУ обратился к начальнику счетно-финансовой части и «ликвидировал данный инцидент». Председатель месткома, член РКП Назаров на станции Колпино ежедневно появлялся на службе в нетрезвом виде. Были приняты меры к его отстранению. Из-за нераспорядительности администрации в 3‑м участке службы эксплуатации Северо-Западной железной дороги для тормозных кондукторов не хватило полушубков и тулупов. ОКТО произвел дознание.