Глаза и уши режима: государственный политический контроль в Советской России, 1917–1928

Свои сообщения политическому руководству страны в 1918 году направляли политические органы и других вооруженных формирований, не подчинявшихся РВСР: Продармии, корпуса войск ВЧК и т. д. Например, Информационный отдел, созданный при руководстве Продовольственной армии, регулярно, раз в несколько дней направлял сведения о своей деятельности, включавшие и информацию о положении на местах  [158].
В 1919 году появились еще бюллетени Центрального бюро информации и связи при Наркомвоене (3–4 страницы каждый), политические двухнедельные сводки осведомительного отдела Политико-просветительного управления, имевшего свою вертикальную структуру вплоть до уездов. В бюллетенях Политико-просветительного управления был специальный раздел «Политическое положение», в котором давалась характеристика «политической физиономии» красноармейцев и командного состава по губерниям и даже уездам, делались попытки политического анализа. Например, в сводке на 1 августа 1919 года отмечалось, что основными причинами дезертирства в губерниях Московского военного округа являются «необеспеченность семьи и заботы о ней, продовольственный кризис, полевые работы, недостаток рабочих рук, несознательность населения и усталость прежней войной»  [159]. Еженедельные сводки о «военно-хозяйственном, политическом и культурно-просветительном состоянии частей» подавал с августа 1919 года политотдел войск внутренней охраны Республики (ВОХР), созданных к июню 1919 года  [160].
Но основным органом военного ведомства, поставлявшим регулярную политическую информацию о настроениях в армии и среди населения, являлось Всероссийское бюро военных комиссаров, действовавшее с апреля 1918 года и впоследствии реорганизованное в Политуправление РВСР (апрель — май 1919 года). Информационный отдел Всероссийского бюро военных комиссаров докладывал, что «имеет целью освещать вопросы формирования и жизни армии в связи с общим настроением населения и другими обстоятельствами. Получаемые ежедневно телеграфные сводки от штабов армий, окружных и губернских военных комиссариатов служат материалом для бюллетеня отдела, которые рассылаются лицам, стоящим во главе армии, а также окружным и губернским комиссариатам»  [161].
В этом кратком ежедневном информационном бюллетене объемом 1–3 машинописных листа указывались источники поступивших сведений и их краткое изложение: положение с продовольствием, отношение населения к различным видам мобилизации (военнообязанных, лошадей и т. д.), поведение красноармейских частей и т. п. Так, в бюллетене № 264 за 24 декабря 1919 года имелась выписка из политсводки 13‑й армии от 16 декабря о том, что «военкомдив Бутнер просит принять меры против грабежей и насилия над гражданами, совершенных корпусом Буденного, особенно 11 кавалерийской дивизией»  [162]. Даже такой краткий бюллетень имел от 10 до 15 машинописных страниц.
Кроме того, Политуправление РВСР (ПУР) готовило гораздо более объемные двухнедельные и месячные бюллетени. Например, информационный бюллетень № 3 ПУРа за 1–15 июля 1919 года насчитывал 78 страниц. Он представлял собой достаточно подробную характеристику политического состояния Красной армии по двум основным разделам — «Тыл» и «Прифронтовая полоса». Раздел «Тыл» давал описание по военным округам и губерниям, а раздел «Прифронтовая полоса» — по фронтам, армиям и другим боевым единицам. Здесь же перечислялись и принятые в ряде случаев меры. Например, при описании настроений в Московском гарнизоне отмечалось, что во 2‑й караульной роте по охране Симоновских патронных складов «настроение удовлетворительное», однако «на столе в караульном помещении обнаружена надпись „Долой преступную агитацию большевиков, так как они погубили дело революции“». И далее: «…подозревается помощник писаря, за которым ячейкой установлен надзор». В 36‑м запасном полку «на собрании вынесена резолюция о прекращении „Гражданской войны в трехдневный срок“, выступавшие ораторы арестованы»  [163].
 
Еще более внушительным был информационный бюллетень ПУРа № 4 за период с 15 июля по 15 августа 1919 года, насчитывавший 123 машинописные страницы  [164]. Вся эта работа требовала, конечно, мощного бюрократического аппарата. В конце 1919 года ПУР РВСР докладывал в ЦК РКП(б) о том, что в настоящее время в его штате имеется до 600 сотрудников, а в каждом из политуправлений округов и политотделов армий около 100 человек, ибо «привлечение военных специалистов в Красную Армию с первых же дней породило необходимость создания Политического Контроля (так в тексте. — В. И.) над их деятельностью»  [165].
Сводки убедительно показывают, что политический контроль был установлен не только и не столько над «военспецами», сколько над всей массой военнослужащих и местного населения. Поэтому в проекте штатного расписания всех крупных военных структур предусматривались соответствующие подразделения. В тылу — «политическо-осведомительный отдел политико-осведомительного управления военного округа», «политико-осведомительное отделение политико-просветительного отдела губернского военного комиссариата». Любопытно, что при правке этого проекта в ЦК партии название «политическо-осведомительное» было везде заменено на «организационно-осведомительное». Возможно, первый вариант слишком резал слух недавних подпольщиков и борцов с охранкой. В задачу этих органов входили сбор и обработка «всех сведений, необходимых для оценки политического и культурного настроения в войсках и учреждениях губернии в целях надлежащего руководства»  [166].
В политотделах дивизий полагалось иметь «организационно-осведомительное отделение», в политотделах армий — «информационное отделение», а в политотделах фронтов — «организационно-осведомительную часть». Информационный стол организационно-осведомительного отделения политотдела дивизии должен был представлять еженедельные доклады и ежедневные телеграфные политические сводки. Хотя предлагалось составлять ежедневные сводки «возможно сжато, кратко и деловито», но при этом требовалось включать следующие сведения: «настроение частей и наиболее характерные случаи проявления этого настроения как положительно, так и отрицательно, отношение красноармейцев к местному населению и обратно, отношение красноармейцев к командному составу и обратно» и т. д., всего по 12 пунктам  [167].
Вся огромная масса получаемого с мест информационного материала в кабинетах ПУРа в 1919–1920 годах сводилась еще, кроме бюллетеней и сводок, в специальные таблицы о боеспособности, настроении и дисциплине в частях действующей армии. В этих двухнедельных таблицах имелись следующие графы: «Настроение» (с подпунктами: «плохое, удовлетворительное, хорошее»), «Уровень сознательности» с делением «высокий уровень» и «низкий уровень», «Отношение к Советской власти», «Отношение к коммунистам» и т. д. Все это выражалось в цифрах и направлялось руководству, в том числе В. И. Ленину, для ознакомления  [168].
Вполне понятно, что требования сверху о политическом контроле, о налаживании информационной службы вызывали и приступы бюрократической инициативы у отдельных работников на местах. Политико-просветительное управление Приуральского военного округа в докладе за сентябрь 1920 года, характеризуя работу своего осведомительного отделения, отмечало проведение специального «съезда информаторов», разработку схемы ежедневной политсводки и инструкции по ее составлению, упорядочение форм информационных отчетов. В частности, обращалось внимание начальства, что съезд информаторов, где все делегаты, за исключением одного, «были „коммунисты и кандидаты“», призвал создать информационные аппараты в политотделах гарнизонов, увеличить штаты информационных секций, проводить губернские курсы-съезды информаторов и «недели информации». В инструкции по составлению оперативной телеграфной ежедневной политсводки подчеркивалось, что она должна подаваться «всеми частями как крупными, так и мелкими: отдельными взводами, ротами, командами, батареями, полками и т. п.» не позже 10 часов следующего дня, не позже 12 часов из отдельных частей в гарнизонный политотдел и не позднее 15 часов в политотдел губвоенкомата, а оттуда уже в Политуправление округа. При этом указывалось, что «в крупных частях сводка составляется в каждой роте и команде секретарем или председателем ячейки совместно с политруком и поступает к военкому полка» и т. д.  [169]