Десять тысяч золотых (СИ)
— Аллар, мы просто думали, что тебе не составит труда выполнить этот ритуал, — сказал я спокойно, но солярист был слишком разгорячен и не думал останавливаться:
— Ты вообще молчи, сам же постоянно подкалывал меня насчет ритуалистики, а когда от нее стала зависеть твоя жизнь, тут же о ней вспомнил!
— Ну ты ж сам называл себя гением ритуалистики, — сказал ему наш друг в черных доспехах, — значит, должен соответствовать. А то что, выходит, ты почем зря нам эту лапшу на уши вешал?
Ситуация накалялась, только Катрана с Магархом спокойно стояли в стороне и не хотели лезть в эти разборки. Я же чувствовал, что нужно было что-то решать, ведь наши жизни висели на волоске. Увы, эмоции соляриста оказались сильнее моих переговорческих способностей.
— Все, мне надоело! — Заявил вдруг Аллар, несмотря на мои попытки разрядить обстановку, — ваши требования не имеют адекватных границ. Хотя что я вам объясняю, это как метать бисер перед свиньями!
Солярист вдруг сконцентрировался на круге и направил в него свою ману, заставив вспыхнуть и засиять, как минутой ранее. Я инстинктивно прикрыл глаза, также сделали и остальные. Рядом раздался шум быстро отдаляющихся шагов: воспользовавшись замешательством, Аллар прорвался сквозь кольцо сорняков и сбежал прочь из пещеры.
— Мне нужно отдышаться! — Бросил он вслед, пока ошарашенные сорняки смотрели на нас с жаждой пояснений.
— Ну… Ритуалистика тяжелая наука, сильно забирает энергию, вот наш товарищ и вспылил, — попытался пояснить я весь этот бедлам, — уверен, он отдохнет и вернется. Хотя скажу честно: лучше бы, чтобы мы пошли за ним и поддержали в эту трудную минуту!
К черту, если уж из всех возможных членов команды именно Аллар решил сваливать, то оставаться тут точно не было смысла.
— Нет уж! — Грибной грубо схватил меня за плащ и рывком подтянул к себе, а я еле удержался на ногах.
— Вы достаточно тестировали наше терпение. Теперь оно иссякло, и мы не будем больше ждать не секунды!
Травы вокруг зашелестели, зомби повскакивали со своих мест и медленно затопали к нам. Оружие, к слову, перед началом ритуала нас обязали сдать, так что методов защиты у нас практически не осталось. Оставалось лишь стиснуть зубы и надеяться на чудо... Или же устроить небольшой мозговой штурм и постараться вырулить из ситуации. Тут я глянул в сторону мертвой дриады и мне в голову пришла идея:
— Но… Послушайте, разве как служители Арборы вы не должны быть сострадательными и милосердными? — Начал я, — флоррениты вошли в историю не как кровожадные монстры, а как добрые растительные духи, всегда готовые защитить и придти на помощь. Что бы сказала ваша дриада, увидев вас теперь?
— Милосердие имеет границы, полукровка, — отрезал их государь и приказал своим соплеменникам приближаться, — а дриада не может встать из своей могилы из-за вашего подлого обмана!
— Но важным элементом служителей Арборы было еще и прощение, — вмешалась в разговор Катрана, видимо поняв мой настрой, — словно символ того, что природа всегда оправится и расцветет снова, и плохие поступки смертных могут смениться хорошими также, как холодные зимы сменяются жарким летом. Именно поэтому еще в древние времена дриады с флорренитами не проявляли только ярость к врагам, они также предлагали свою помощь путникам, давали возможность исцелиться и восстановить силы. Многие выжили благодаря их желанию и стремлению дать второй шанс и даже пожертвовать собой ради других.
— Такая полукровка как ты ничего не может знать про нашу богиню, — фыркнул грибной государь, но по его глазам было видно, что он стал задумываться над нашими красиво звучащими бреднями.
Мы с Катраной незаметно кивнули друг другу и принялись дальше заговаривать огромному сорняку зубы (или что у него там). Финалом стало то, что мы с полуэльфийкой смогли процитировать одно из высказываний Арборы на языке древних жителей этого мира; его мухоморство был крайне поражен нашими познаниями, даже не подозревая, что лично я все фразы якобы его богини просто выдумал на ходу. Всего лишь опирался на базовые знания древнего языка, полученные еще в академии. Нести такую околосицу было крайне опасно, но когда я понял, что древнего языка этот чудак не знал и в помине, то от сердца аж отлегло: в этом раунде мы его переиграли.
— Что же, так тому и быть! Только сбежать мы вам все не дадим, — покосился на нас грибной, — за вашим соратником пойдет лишь один из вас.
Разумеется, общим голосованием было решено отправить меня.
— Раз у тебя так хорошо подвешен язык, ты обязуешься уладить с ним все ваши распри и вернуться на место ритуала, дабы закончить начатое. Другие же останутся здесь, под присмотром моего племени, — добавил растительный вождь.
С этими словами, он сжал кулаки и топнул по земле так что, казалось, сейчас произойдет землетрясение. Однако вместо этого, из влажной почвы вдруг вырвалось несколько огромных корней, которые тотчас оплели троих моих соратников и полностью лишили их возможности двигаться, словно тяжелые цепи, коими сковывали опаснейших преступников в казематах. Даже Магарх упал на одно колено, не в силах пошевелить конечностями; с такой силой и правда шутки плохи. Я быстро откланялся и рванул прочь из пещеры, дабы найти этого своенравного соляриста и наконец поставить его мозги на место. Да уж, теперь плюсом к невыполнимому заданию человекоподобных сорняков-зомби добавилась еще и необходимость провести душевный разговор с Алларом. И черт его знает, что из этого хуже!
Глава 15: Гости грибного государя (2/2)
Дерево за деревом, кочка за кочкой, я продолжал искать Аллара среди этого крайне непритязательного болотного пейзажа. Разумеется, пару раз останавливался, дабы срезать некоторые интересные корешки или стебли, которые мог потом использовать в травничестве. Ну а что? Всегда нужно быть практичным, даже в такое время. Среди осточертевших мне еще несколько часов назад лиан и других растений, каждое из которых могло оказаться живым трупом в маскировке, я никак не находил нашего соляриста. Осложнялось все тем, что на землю уже спустилась ночь и я с трудом видел дальше своего носа. Решил зайти в палаточный лагерь, дабы наполнить водой свою флягу и начать поиски уже оттуда, как вдруг увидел солнечного эльфа, сидящего прямо у нашего костра. С поникшим взглядом и опущенной головой тот лениво двигал сухие ветви, поглощаемые огнем, и о чем-то тихо беседовал с Денном. В нежно-лиловых лучах фиолетовой луны я смог спрятаться за одной из палаток, а затем резко выскочил из листвы и напугал Аллара до чертиков.
— Что, сбежать удумал? Не выйдет! — Усмехнулся я, глядя на расстроенного соляриста.
— Ничего я не удумал. Правда решил передохнуть, а то ситуация слишком накалилась, — он подкинул в костер еще веток, — может быть, все дело в луне.
— В луне? — Переспросил я.
— Да. На небе сейчас светит фиолетовая луна Лейрона — бога лжи и обмана. Говорят, магов, которые пытаются колдовать под ее лучами, ждет безумие и слабоумие.
Язык норовил выдать что-то вроде «тебе это уже не страшно», но я усилием воли сдержал его: ситуация была не та.
— Это все суеверия трусливых магов для того, чтобы постоянно топтаться на одном месте в магических практиках и не познавать что-то новое, — я махнул рукой и уселся рядом с горе-соляристом, — мне кажется, если бы ты захотел, мог бы вполне колдовать и под этой луной. Ничего бы она тебе не сделала.
— Это, увы, зависит не от меня, — нетипично спокойно сказал Аллар.
— Знаешь, в чем твоя проблема, Аллар? — Я посмотрел ему прямо в глаза, — ты вечно винишь в своих неудачах кого-то другого. Конечно, мораль вопроса меня не интересует, но по-моему так ты вообще никогда не станешь гением ритуалистики, которым себя мнишь.
— Ты думаешь я об этом не знаю?! — Он повысил тон, но затем вновь успокоился, — просто… Сложно это все. Когда меня исключили из университета магических наук Элринна потому, что перестало хватать денег на обучение, я решил что там сидят одни самодуры и кретины. Думал, сам обучусь всему и еще покажу этим выскочкам. Только денег заработаю, параллельно ритуалистику потяну на практике, но…