Десять тысяч золотых (СИ)

Стоило ожидать, что наш шаман не поместится на обыкновенной лошади. Чего я не ожидал, так это того, что вместо этого он взвалит целую груженную мешками кобылу себе на плечи и вместе с ней будет передвигаться по округе.
— Конь нужен как транспорт для мешки, а Магарх будет транспорт для конь, — пояснил мне одноглазый. Да уж, не докопаешься.
Когда наши скакуны уже заржали в преддверии путешествия, я услышал чей-то язвительный, визгливый голос позади. Как ни странно, на этот раз это был не Аллар и не Юнона, а какой-то низенький, сутулый мужичок с густой бородой.
— Билл Гилтен! — Вскрикнул он, еле удерживая в руках меч, — у нас с тобой осталось нерешенное дельце! А ну-ка иди сюда и сразись со мной, как мужчина, а не как крыса!
— Мужик, ты кто? — С удивлением спросил его Варнир.
— Я тот, чью личность ты так топорно украл. Я Кирадар ужасный, лидер десятого отряда лиги металла!
— Ошибаешься, это я Курицар ужасающий, лидер какого-то там отряда лиги металла! — Возразил ему наш бородач.
— Люди! — Заорал карлик на всю округу, — эти пересмешники украли мою личность и скоро уйдут! Лидер гильдии металла щедро заплатит тому, кто принесет ему голову этого жалкого наемника на блюдечке. Помогите мне одолеть его, и я щедро расплачусь с вами!
На главной улице после этих слов собралось немало деревенских, все они смотрели на разворачивающиеся события с явным непониманием.
— Ну не, эта малявка врет вам, люди! — Вмешался наш «Кирадар», — на самом деле, он пытается сойти за меня, чтобы запутать вас. Лидер гильдии металла такое не прощает, и щедро заплатил бы, если бы…
— Да нам плевать!!! — Вдруг закричал пожилой эльф, до этого наблюдающий за нами из-за двери трактира, — вы уже несколько дней устраиваете в нашей деревне черт знает что. Сначала пришли наемники и оккупировали нас, потом этот мудак в золотом шлеме начал воду мутить. Постоянно какие-то стычки, погони, взрывы, я так больше не могу, ко мне люди каждый час с жалобами приходят!
Он прошел через толпу и продемонстрировал нам обильные мешки под глазами, а затем продолжил.
— Мы просто хотим спокойно жить дальше, как и раньше. Решайте свои проблемы самостоятельно, а нас оставьте в покое!
— Понял тебя, дедуля, хоть про мудака немного обидно, — ответил я утвердительным жестом, — мы уже уходим, так что сможешь наконец успокоиться.
— Что? Да ты видно свое место попутал, чернь! — Закричал карлик, — да я таких как ты…
Тут его слова превратились в гортанный вопль, так как мой скакун очень кстати лягнул его задними копытами прямо в голову. С глухим грохотом Кирадар завалился прямо на сельскую дорогу, а из его рта обильно потекла кровь. На всю улицу разнесся жалобный стон лидера отряда наемников, но никто из деревенских не захотел подойти и проверить его состояние. В принципе, их можно было понять.
— Ладно, спасибо этому дому, пойдем к…
— Да-да, идите уже, — перебил меня староста, устало махнув рукой.
— Хозяин-барин, мы и так уже задержались. По коням! Кроме Магарха, ты оставайся в том же положении. Думаю, так будет лучше. Вперед!
Наши задорные скакуны сорвались с места сразу же после команды, покрыв ближайшие дома и жителей облаком пыли от массивных копыт. Видавший виды сундук с грузом, обтянутый цепями и забитый гвоздями, я взвалил на коня рядом с собой. Чтобы там в лесу не происходило, нельзя было дать страху взять над собой верх. Я был в приподнятом настроении, да и команда тоже не унывала; хоть нам всем и было немного жаль расставаться с союзницами, но таковы правила: оставалось лишь бросить прошлое позади и двигаться к будущему, сияющему отблесками золотых монет. Хорошо, что мы запаслись лампами и факелами, поскольку путь наш обещал быть долгим и совсем не светлым.
  
Глава 11: Побег из каземата
 
Катрана 
Я привыкла видеть во всем хорошее и не пенять на остальных, когда у меня что-либо шло не так. Я не обижалась на отца за то, что все привилегии получала моя младшая сестра только из-за цвета волос, который больше подходил для чистокровной солнечной эльфийки. Не ругала армию за то, что другие командиры получали важные задания и новые звания за их исполнение, а меня всегда держали в запасных, отправляя только на обычные лесные патрули. Даже на проблемы в королевстве я старалась особо не оглядываться, вместо этого делая свое дело. В конце концов, я считала свою позицию в обществе и в войсках Элринна весьма достойной. По крайней мере, до сегодня. Ведь узнав о моих успехах и победе над отрядами трех воровских гильдий, высшие чины Кароданского полуострова решили не наградить меня за проделанные труды, и даже не похвалить за выслугу перед государством, а лишить всех полномочий и запереть в местной темницу за то, что они назвали «сообщничеством с культистами».
 
Кто-то рассказал им о необычной посылке Билла, и, похоже, эта информация дошла до Церкви Разбитого Неба — главному религиозному органу в Элринне, который строго запрещал любую подозрительную магию (а магию кошмаров вдвойне). В результате, военные решили выслужиться перед своими религиозными повелителями и просто обвинили меня в предательстве без возможности объясниться. Поняв, что дело нечисто, я выпустила из клетки того самого голубя, которого принесла в лагерь к Гилтену, передала с запиской ему информацию о произошедшем и наворковала ему лететь в ту сторону, куда должны были направиться Билл с компанией (профессиональный навык лесного рейнджера). Это была последняя, отчаянная мера найти помощь… Но не думаю, что она имела хоть какой-то эффект. Наша сделка была совершена, никто никому не был ничего должен, и им не было причин возвращаться за мной.
В общем, сидя на холодном полу в крохотной комнатушке, до которой еле-еле доходил тусклый свет от факела в конце коридора, я стала невольно ставить под сомнение свое мировоззрение. Кароданский каземат был угрюмым местом, ничуть не похожим на наземную архитектуру солнечных эльфов. Почти все здесь было сделано из камня, проходы были узкими и замкнутыми, а в камерах едва ли можно было разогнуть спину. Темница располагалась под землей, дабы лишить узников солнечных лучей и оставить им лишь толику света от факелов. Говорят, это место было построено лояльными Вирайлону эльфийскими вассалами, дабы содержать эльфийских повстанцев вскоре после войны. Дабы избавиться от горьких воспоминаний о тех временах и очистить голову, я занялась растяжкой: теснота камеры сильно мешала проводить полноценные упражнения, но зато она была чем-то вроде вызова для моей гибкости. Эта практика явно привлекла внимание стоящего напротив стражника, который ради наблюдения даже прекратил ковыряться в носу. Еще бы, ведь перед заключением у меня конфисковали все вещи кроме исподнего, а фигурой природа меня совсем не обделила.
— …Хочешь быть в форме перед сегодняшней встречей? — Неловко поинтересовался он, а я едва удержалась, стоя на руках.
— К встрече с кем?
— А, тебя не предупредили?
— Где она? Покажите мне эту бунтарку, — донесся из дальнего коридора повелительный женский голос, за которым последовали быстрые, уверенные шаги.
— О нет, — машинально прошептала я, — а я уж решила, что все это не могло стать еще хуже.
Она зашла в комнату своей типичной надменной походкой, постукивая позолоченным посохом с артефактными драгоценными камнями. Длинные локоны ее серебристых волос оседали на плечи, покрытые бирюзовой колдовской мантией с древними эльфийскими рунами. Девушка медленно обвела все помещение взглядом, полным презрения, после чего нахмурено уставилась на меня. Именно такой все привыкли видеть Измаилу — архимага местной магической школы, которая по совместительству была моей младшей сестрой и практически невыносимой стервой.
 
— Ну привет, сестричка, — саркастично сказала я, поднявшись с пола и оттряхнув ноги от пыли.
— Здравствуй, если в таких условиях это вообще возможно, — произнесла она с поднятым до небес подбородком, — впрочем, тебе такое местечко как раз к лицу. Отражает твою низкую, предательскую сущность.