…И я посмотрел на небо (СИ)

"Вы всё видели, народ! Именно этот учёный пытался продвинуть тот ужасный проект на недавней конференции! Мерзкий робофил хотел заменить космонавтов машинами, поручить им наши жизни!"
— Задание деликатное, но на вас я могу положиться! Мы должны продемонстрировать свой профессионализм в этом показательном задержании! Понятно?
"А теперь этот предатель показывается в парке, посреди обычных людей, с вот ЭТОЙ штукой! Вы же слышали, как и я! Жалобу я уже подала, но этого учёного более нельзя оставлять без внимания!" — в голосе Стрейны была целая буря эмоций.
— Теперь обязанности. "Ястреб" пойдёт со мной, он будет помогать мне защищать конфицера. Остальные должны оттеснить гражданских и держать для нас коридор. Вопросы есть?
— Кого мы задерживаем? — спросил Ястреб.
— По заданию вопросов нет? — Фаут сурово осмотрел отряд. — Это учёный, зовут Пи, над ним должен состояться суд! Если вас смутило его странное имя, не переживайте! Я сам всё никак не привыкну!
"Каким-то образом этот человек заслужил доверие конфицера, а рестенант даже слушать меня не захотел! Мы должны обратить внимание правительства на то, какую угрозу несёт этот проклятый учёный!"
Фаут снова уселся рядом и заглянул в мой экран:
— Учёный, учёный! На костре копчёный! — сказал он, и громко рассмеялся. — Ну прям про него, да?
— Мне сейчас не до шуток. — угрюмо ответил я, убирая планшет. — Гадкое предчувствие.
— Не время коленям дрожать! — огласил рестенант. — Мы прилетели!
Фургон приземлился недалеко от дома Пи. Двери раздвинулись, и кабину залило ярким светом. Отряд слаженным строем вышел на улицу.
— Ну что? Устроим шоу, сохраним мир? — воодушевлённо спросил Фаут.
— Сохраним голову Пи.
***
Его дом был совсем рядом. Довольно крупный особняк, с выходом на небольшую площадь. Ещё и напротив парка. Хорошее место, спокойное. Если бы не толпа.
В основном там были солиды. Как я так понял, единомышленники Стрейны. А к ним уже примкнули всякие зеваки: некоторые с видеокамерами, некоторые с плакатами. "Таким здесь не место!", "За решётку его!", "Слава нашему труду! Робофилов на е…" — неважно. Что-то такое я увидел на плакатах.
Отряд аккуратно оттеснил толпу, выставил ограждения, и начал удерживать периметр. Люди послушно давали проход, да ещё и с аплодисментами и словесной поддержкой. За мной следовали Фаут и Ястреб, мы вышли на площадь словно на сцену, окружённую людьми и деревьями.
Я предупредил Пи о готовящемся задержании, так что дверь он открыл сразу. В соответствии с правилами, мы все продемонстрировали личные планшеты.
— Клеменс!? А нахрена ты лично припёрся? — удивился Пи.
— Задницу твою отсюда вытащить! Нужно показать, что мы всерьёз взялись за дело. — я жестом указал на толпу.
— И что будет дальше? — осторожно спросил учёный из-за двери.
— Да это же простое недоразумение с нейропроцессором. Вернёшь его, и всё будет в порядке.
Внезапно Пи посмотрел на меня с какой-то злобой и ступил дальше за дверь:
— Я его не отдам.
Я медленно оглянулся, и ещё раз окинул взглядом толпу. Пара десятков людей: в руках плакаты, в головах гневные мысли… А потом, я снова посмотрел на своего друга. Прячется за дверью, и будто из вредности не хочет оттуда выходить.
— Так, Пи. Сейчас не время для твоих…
— Я уже кучу раз проверил симуляцию, Клеменс! Там есть жизнь, я уверен! — его глаза горели пуще прежнего.
— Уверен!? Да у тебя там пара цифр на экране! — я заметил, как Пи прижимает руку к карману своего халата. — Ты же сам говорил, что это всего лишь образ в голове.
— Но этот образ…
— Да господи! Мы на задержание пришли, а не на переговоры! Фаут!
Громила ловко вытянул учёного из-за двери и приставил к стене.
— Не тушуйся так, мы тебя просто отсюда вытащим. — сказал Фаут учёному. — А там уже обо всём договоритесь.
— Да не договоримся мы ни о чём! Симуляцию просто в утиль отправят!
 
Учёный пытался вырваться, всячески изворачиваясь.
— Ну и тяжело же с тобой, Пи, — строго сказал вояка, заламывая ему руку. — Будешь тянуть время, твоя возлюбленная увидит тебя в таком неловком положении.
— Какая ещё вожлюбленная? — растерянно спросил учёный, скрепя зубами по стене.
— Которая собрала для тебя эту армию фанатов! — рявкнул Фаут. Он защёлкнул наручники и грубо оттащил учёного от стены. — "Предатель", "мерзкий робофил". Это были слова любви, не иначе. А теперь пасуй в фургон! — он пихнул Пи вперёд.
Учёный сделал шаг и понурил голову:
— А ты, Клеменс… — в отчаянии сказал он. — Ты помнишь слова, что сказал этой девушке?
Вместо ответа я намеренно отвернул взгляд.
— "Ты будешь в ответе за их жизни." Вот что ты ей сказал! И мы сейчас тоже в ответе, понимаешь? Возможно, за миллиарды жизней!
На это я не хотел отвечать, я хотел только уйти оттуда. "Преступника" мы задержали, осталось лишь увезти его в безопасное место. До фургона было всего-то метров пятнадцать, но… мы и половины пройти не успели.
— Прям как старые друзья! — раздался женский голос, он был громкий, но в нём слышались лёгкие помехи. — Сначала они защищают этого мерзкого робофила, а теперь ласково болтают с ним во время задержания! Возможно, не просто так подобные люди ходят под правительством!
Толпа тут же зашевелилась. Голос доносился с противоположной стороны площади — там на парковом дереве находилась Стрейна, держащая рупор. Забраться туда ей не помешала даже перебинтованная рука. Девушка стояла на ветке, вальяжно облокотившись о ствол.
— Эй, вы двое! — Фаут отдал команду жестом.
Два бойца отошли от периметра и бросились на задержание девушки-солида. Я в этот момент встал как вкопанный. Чем-то меня встревожил её взгляд. Этот взгляд был простой, будто беспечный — она лишь спокойно приподняла бровь. Но затем выронила рупор и стремительно спрыгнула с дерева.
Приземление она смягчила своей перебинтованной рукой. От удара над асфальтом поднялась пыль — будто уронили наковальню. Солиды не обратили на это внимания, но я сразу почуял неладное.
Стрейна нанесла удар своей замотанной конечностью — в этот момент я увидел, как из под бинтов блеснул металл. Бегущий впереди солид успел заблокировать атаку двумя руками, но это не помогло — удар был слишком сильным. боец пролетел несколько метров, а потом столько же проскользил по земле. Только броня защитила его от множественных травм.
Второй тут же потянулся за дубинкой, но Стрейна схватила его за запястье, а потом ударила в голову — тоже перемотанной рукой. Движение было невероятно быстрым, его сложно было даже заметить. Боец просто упал на месте.
Стрейна стянула болтающийся бинт и оголила протез. Он был похож на произведение искусства: полупрозрачное изделие с белыми вставками, а под слоем пластика был виден металлический скелет с поршнями и кабелями.
— Это вопрос безопасности всего нашего общества! Мы не согласны на полумеры! — крикнула девушка, указывая в нашу сторону пластиковым пальцем.
Народ тут же замолчал. Кто-то неуверенно отступил от заграждений, кто-то, с задних рядов, стремительно решил уйти. Но вместе с тем были заметны уверенные улыбки и одобрительный шёпот.
— Ах, какая. Девушка-ягодка… — сказал Фаут с мрачной улыбкой. Синхронно с Ястребом он выхватил дальнобойный шокер.
Девушка рванула в нашу сторону, и Фаут рукой отодвинул меня за спину. Я сразу почувствовал себя как за каменной стеной, однако забеспокоился о Пи.
Он стоял чуть поодаль от нас и даже не пытался сдвинуться с места. На лице застыла гримаса истерики, которую устроил перед нами. Руки были закованы в наручники, надетые Фаутом. Он застыл словно статуя.
Было понятно, что девушка бежит к нему. Фаут и Ястреб защищали меня, а выстрелить в Стрейну не могли — промах означал бы попадание в толпу. Бойцы же с периметра нерешительно наблюдали за происходящим, да и находились далеко. Стрейна уже замахнулась для удара.