Второй Шанс 2 (СИ)

У подъезда уже стояла «Волга» Бессоновых, а рядом с ней служебная машина отца Кати. Возле них суетились все члены семьи. Они грузили чемоданы, перебрасываясь неопределенными фразами. Саша подошел и со всеми поздоровался. Катя бросилась к нему. Они обнялись и поцеловались. На глазах девушки блестели слезы.
— Не нужно, Катенок. Все будет хорошо! — успокаивал ее Саша.
— Они сами льются. Опять ты остаешься совсем один!
— Ничего, человек приходит в это мир один и уходит тоже один! Я справлюсь!
— Жди меня. Я обязательно вернусь! — пообещала девушка, но в голосе ее не было обычной уверенности.
— Катя! Нам пора, — сказал ее отец. Молодые люди еще раз обнялись и поцеловались, и Катя села в авто. Обе машины тронулись с места и скрылись за поворотом. Во дворе остались дедушка Кати и Саша.
— До свидания, Сергей Порфирьевич! — с грустью произнес юноша. — Мне пора в школу.
— Нужна она тебе? — не удержался от ехидства старик.
— Мне нужен аттестат о среднем образовании, — ответил машинально Саша.
— Ну да, все остальное тебе Логосфера подскажет? Ведь так? — подколол его вредный дед. — Слезинки не проронил, когда Катя уехала, — чуть ли не с упреком добавил он.
— Мужчины не плачут на людях, — печально сказал Саша, — у меня сердце плачет. Прощайте, — и он твердым шагом направился в школу. Очередной этап его новой жизни, в новом теле, завершился. Вереди снова ждала неизвестность.
Выйдя на проспект, он увидел огромное количество народу спешащего на работу и учебу. Влившись в этот поток, он продолжал думать о произошедших событиях. Что же хорошего было в отъезде Кати за границу? И он понял. Время. После ее исчезновения из его жизни, у него, вдруг, образовалось большое количество свободного времени, которое раньше было занято общением с ней. Это времяпрепровождение было очень приятным. Но!
Это время было отнято от его работы. От его дел. Именно сейчас, вспомнилась книга Ивана Ефремова «Таис Афинская», которую он прочел еще в детстве. Там описан эпизод, когда Александр Македонский, в покорённом им Вавилоне, два дня, предавался утехам с гетерой Таис. Ему было очень хорошо с ней, но после этого праздника плоти он ей сказал, что больше они встречаться не будут.
— Почему? — спросила она.
— Потому что-то время, которое я так хорошо провел с тобой, я украл у времени необходимого для управления моим царством. А это непозволительная роскошь для настоящего правителя.
Для мужчины, в этой жизни, важнее всего ни его женщина, ни семья, ни даже дети. Главное в его жизни — это его «Дело», его предназначение. То, для чего он пришел на эту землю. И речь не о банальной и затёртой фразе: построить дом, посадить дерево и вырастить сына. Нет. Есть более глубинный смысл бытия. Без своего внутреннего Я, у которого есть амбиции, цели и возможности их достижения, не существует самодостаточной личности — настоящего мужчины.
Саша улыбнулся, вспомнив как перестроили эту фразу шутники. Настоящий мужчина должен: «Построить жену, посадить печень и отрастить живот». К слову сказать, именно по такому принципу многие и живут. Но не он. Алкоголь он не употребляет совсем. Даже пивом не балуется. Едой не злоупотребляет. Все в меру. Ну а женщин… женщин он уважает.
Так вот, о трудовых буднях. Если у мужчины нет такого «Дела», составляющего смысл его жизни, то и все остальное не принесет радости. Служение одной женщине — быстро превратит его в подкаблучника, которого не будет уважать даже сама эта женщина. Кроме этого, женщины часто уходят к другим мужчинам и есть риск остаться одному. Стоит ли становится их рабами?
Служение только семье — превратит членов этой семьи в иждивенцев, которые будут воспринимать все его служение, как само собой разумеющуюся данность, не испытывая в ответ, в большинстве своем — ни благодарности, ни уважения. Более того, только предъявляя все более возрастающие требования. Примеров таких миллион.
Дети, которым отдаешь все, не видя в отце творца, быстро начинают видеть в нем только источник денег и других материальных благ. Такие приспособленцы вырастают неблагодарными эгоистами. Но если даже этого не случится, они, рано или поздно, вырастут и у них будет уже своя отдельная жизнь.
  
И что тогда остается у мужчины? Правильно! Только его «Дело». Именно оно создает в его душе тот стрежень, который позволяет ему не прогибаться перед различными жизненными трудностями и препятствиями.
«Вот взять, к примеру, ситуацию с Катей! — продолжал он размышлять, приближаясь к школе. — Она уехала. А что, если бы вся моя жизнь заключался только в ней? Эта жизнь потеряла бы всякий смысл. Не в этом ли кроются попытки суицида у подростков от несчастной любви? В таком юном возрасте, именно любовь к лицу противоположного пола, заполняет подростка целиком. И кроме нее ничего больше нет. Уходит человек — уходит и смысл жизни. А с возрастом, начинаешь понимать, что это, хоть и очень важная часть жизни, но не единственная и не самая главная. А в чем мое „Дело“ в этой — второй жизни?»
Так он подошел к своей школе, в которой ему предстояло проучиться еще год. В воротах он столкнулся с Ниной.
— А где же твоя королева, Иванов? — ехидно спросила его бывшая подружка. — Неужели ты ее не сопровождаешь, как верный портфеленосец?
— Не знаю, — спокойно ответил Саша, не желая, чтобы информация об отъезде семьи Бессоновых за границу, исходила от него. — Может быть заболела.
— А, так ты не знаешь⁈ — театрально всплеснула руками девушка.
— Отцепись от меня и дай пройти, — отрезал юноша. — Скоро звонок, — и он, пройдя двор, вошел в школьный вестибюль. Там уже сновали ученики различных классов, сопровождаемые шумом и гомоном. Зазевавшиеся школяры с удивлением смотрели на его рюкзак.
Саша поднялся на третий этаж и нашел дверь в свой класс. В школе существовала классная система. Каждый класс, все время школьного дня, занимал одну и ту же классную комнату, куда приходили учителя по разным предметам, принося с собой различные дидактические и демонстрационные материалы.
Войдя в класс, он поздоровался со всеми. Все недружно ответили с любопытством разглядывая своего преобразившегося одноклассника.
«Катя говорила, что сидит за третьей партой в ряду у окна, и держала там место для меня», — вспомнил юноша, и, подойдя к ней, сел на стул возле окна. Поставил свой рюкзак на стул рядом и вытащил учебник с тетрадью по физике. Она была первым уроком и вела ее классная руководительница — Софья Исаковна.
В это время, к парте подошел здоровенный мордатый парень с наглой ухмылкой на лице. Саша бросил на него быстрый взгляд.
«Данилов Анатолий», — вспомнил он лицо на виньетке. Тот подошёл к столу и уставился на Сашу — бесцеремонно его разглядывая.
— Слышь, Дрыщ, — обратился он к юноше, — говорят ты башкой саданулся об столб и тебе мозги отшибло? Твоего старшего братца в школе больше нет. Теперь тебя некому защитить. И, кстати, ты мне червонец должен. Давай, гони быстро.
В классе повисла мертвая тишина. Все, с любопытством: кто открыто, а кто тайком, наблюдали за развитием ситуации. А вот Нина смотрела на все с явным злорадством.
— Ты кого, Жиробас, дрыщом назвал? — спокойно ответил юноша, понимая, что вот и начались приветы из прошлого, и киксануть сейчас никак нельзя, а главное оружие против такого быка, это смех и ирония. — Я и без брата с тобой разберусь. У меня действительно частично пропала память, но это лучше, чем вообще не иметь мозгов. Правда, Жиробас! У такого босяка как ты, больше рубля в кармане отродясь не было. Откуда у тебя взялся червонец, чтобы мне одолжить?
По классу прокатилась волна смешков и хихиканья. Даже Нина прыснула от смеха. Лицо Данилова налилось кровью, и он стал красным как рак. Было видно, что такого ответа он не ожидал. Он протянул руку к лацкану школьного пиджака Саши со словами:
— Ты кого жиробасом назвал? Ты как башкой стукнулся, так совсем страх потерял? Так я сейчас тебе память верну!