Дочка от отца бывшего (СИ)

Кажется, мы уже прорву времени одни. Скоро укладывать Дусю спать, а гостья так и не уехала. Да, я следила за двором краем глаза… Хоть это, в конце концов, не мое дело.
Я уже себя не ругаю, собираюсь искупать дочку. И только мы с ней выбираем полотенце с заячьими ушками, как за дверью раздаются шаги. Потом негромкий стук.
- Да! - громко даю понять, что мы еще не улеглись.
Платон входит в комнату. Бегло ее оглядывает, чуть задерживается на копошащейся в игрушках Дуне. Потом его глаза впиваются в мои.
- Мирослава уехала.
Слава богу - хочется сказать мне. Вот, я опять нелогично злюсь.
- Понятно, - жму плечами.
Опускаю белое пушистое полотенце на свою кровать. Отхожу к окну. Там еще не темно, но солнце явно сбавило свет. Двор накрывают сумерки.
- Как я и думал, ее прислал Игорь, - зачем-то поясняет мне Платон, - он руководит ею по жизни, иногда это отражается на работе.
- Это в любом случае мило с их стороны, - отдаю должное.
- Да, но надеюсь, ты не обидишься, что я отказался от помощи.
Пока мы говорили, Платон тоже встал у окна рядом со мной. Между нашими плечами сантиметров двадцать. Мы оба разглядывали территорию особняка, как будто там есть что-то важное. Но теперь я поворачиваюсь к мужчине.
- Отказался?!
Ух, не слишком ли много облегчения в моем голосе…
- Да, - кивает Платон, все также глядя за стекло, - решил, мы справимся сами.
Мы. Теперь я делаю вдох с трудом.
- Мм… Я полностью с тобой согласна. Какие обиды?
Филатов хмыкает.
- У тебя маленький ребенок, а тут еще уход за больным.
- Платон!
Хихикаю. Закрываю лицо ладошками на секунду, а когда убираю их, взгляд упирается в хорошо знакомый подбородок. Платон тоже ко мне развернулся.
Поднимаю к нему лицо, чтобы видеть его глаза. Вроде и сказать больше нечего, вопрос исчерпан. А мы в каком-то ожидании смотрим друг на друга. И Дунечка занята сама с собой, катает в паровозе игрушки.
- Я думаю, мы справимся, - решаю подвести итог.
Пусть тема Мирославы в этом доме окончательно закроется.
- Я понял, что на тебя можно положиться.
Платон улыбается. Не понимаю, в шутку он так сказал или всерьез. Но уже скоро становится все равно. Он вдруг скользит здоровой рукой к моей спине, притягивает к себе. Я на инстинкте запрокидываю голову. И вот уже чувствую вкус его дыхания. И вкус его губ.
Поцелуй совсем другой. Не тот на чистой страсти, почти безумный. Хотя и сейчас он обжигает. Но мы как будто оба отдаем себе отчет. И хотим этого.
Платон врывается в меня с решительным напором. Его ласка грубоватая, но такая искренняя и горячая. И я так же откровенно и без всякого стеснения хочу напитаться им. С другими мне казалось, что поцелуи - просто одна из традиций в любовных отношениях. С Платоном они превращаются в потребность.
Наши губы вминаются друг в друга, тела прямо через одежду передают друг другу тепло. Мне кажется, никто из нас не пожалеет об этом. Потому что о таких минутах противозаконно жалеть. Или я думаю слишком наивно…
Мы отрываемся друг от друга, шумно дышим. Смотрю, как там дочка - она улеглась сверху на большого мягкого кота и, кажется, задремала. Кстати, нужно не забыть о живом котофее. У него автоматические кормилки-поилки, но все равно надо проверить, все ли там в порядке.
Думаю об этих мелочах, наверное, чтобы не предполагать, что же будет сейчас. Уже собираюсь отстраниться от Платона. Но он не отпускает.
- Подожди, Дуся же спокойна.
Платон сгребает меня в теплый кокон объятий. Помогает себе и поврежденной рукой. Сдаюсь и укладываюсь щекой на его грудь. Слышу, как в груди мужчины колотится.
- Моему сыну повезло, - начинает он странно, - потому что я рад, что вы меня обманули.
Смеюсь, спрятав лицо.
- Ты не злишься на него?
Платон выдыхает.
- Этот поступок я, конечно, не одобряю. Но лучше так.
- Вы же помиритесь?
- Будем разбираться.
Я легонько ежусь, устраиваясь поудобнее.
- Ирина предположила, что Дуся - дочка Даниила, - вылетает у меня, - это неправда.
Руки Платона напрягаются.
 
- С чего она взяла?
- Ну мы же были в отношениях… И потом ей что-то там показалось.
Грудь мужчины поднимается от вдоха и выдоха.
- А еще с кем-то ты была в отношениях? - задает он странный вопрос.
Думаю, про себя он и так знает.
- В школе считается? - уточняю я.
Платон смеется.
- А позже?
Прикусываю свою многострадальную губу. Филатов не дожидается ответа.
- А еще больше я рад, что ты сказала мне правду, - признается он, - надеюсь, ты будешь открываться мне и дальше.
Мое сердце пропускает удар.
- А если… Тебе не понравятся эти открытия? Если там что-то… несовместимое с тобой и твоей жизнью?
- Моя жизнь начала меняться.
Он глядит на Дуню. Но дочка уснула крепко, да и не поняла бы наших разговоров. Даже я Платона не до конца поняла. Но мне показалось, он намекает на дочку. Если он догадывается и уже внутренне ее принял, я буду самой счастливой.
  
Глава 17
 
В следующие дни между нами устанавливается что-то вроде невысказанного начала отношений. Я, как и обещала, ухаживаю за Платоном. А он не упускает случай меня приобнять, увлечь в поцелуй.
Мне доставляют любимые розовые розы в один из вечеров. А в другой мы всей компанией вместе с Дуней валяемся в домашнем кинотеатре.
Мы с Филатовым на этот раз медленно, но как будто верно шагаем навстречу друг другу. И я уже созрела для важного разговора, который расставит окончательные точки… Но однажды Платон не возвращается вечером домой, а только звонит.
- Кать, меня не будет несколько дней. По всем вопросам обращайся на пульт охраны поселка, я тоже останусь на связи.
Он говорит быстро и как будто самое важное. Да, я тоже понимаю значимость этих бытовых деталей. Но главное для меня другое.
- А где ты… будешь?
Я не считаю, что он должен передо мной отчитываться. Но мне очень хочется знать. Мужчина шумно выдыхает.
- Ох, совсем забыл сказать, - он смеется, - я с ведущими менеджерами лечу на форум в Казань. Это по теме недвижимости. Профессионалы в этой сфере любят собираться вместе, обмениваться опытом и накапливать связи. Полезно, в общем.
Да, логично. Но я все же не сдерживаю вздох досады.
- Так внезапно.
Или он давно собирался, но просто не сказал?..
- Да, Игорь предложил только сегодня, а вечером уже общий сбор. Ведите там себя хорошо с малышкой. Я… буду скучать.
Мне становится жарковато от его признания. Даже неприятные ощущения отступают.
- Мы тоже будем, - улыбаюсь, - возвращайся скорее.
- Постараюсь, - Платон обещает от души, - ладно, Катюш, мне тут еще нужно кое-что подготовить.
- Сообщи, как долетишь, - успеваю попросить.
- Хорошо, пока.
- Целую.
Я не совсем раскована в ласковых словах. Но почему-то сейчас так хочу дать ему понять, что он для меня важен. Будто счастье последних дней может как вода ускользнуть меж моих пальцев.
- Я тоже тебя! И Дуську!
Мужчина и правда очень занят. Ему нужно было подготовиться к поездке. Я это понимаю, потому что уже скоро он пишет из аэропорта. Говорит, что вылетает. А сразу за этим мне приходит смс о денежном переводе от него. Через номер телефона он нас с Дуськой подстраховал.
Деньги у меня были, недавно пришло пособие. А тратиться пока некуда. Но все равно его забота согревает.
И не нужно думать о глупостях! Хотя я так и перекатываю внутри колючую мысль о том, что в командировке будет Мирослава… Девушка мила, но она с восхищением смотрит на Платона.
Интересно, есть ли у нее на него конкретные планы? И в курсе ли их ее брат? Вместе они могут придумать, как Мире сблизиться с Филатовым. В этом даже нет ничего плохого, ведь бизнесмен не женат. Ужасно только для меня.
Ух, в конце концов, Платон - не телок на веревочке! И не студент, которого легко соблазнить. Если он что-то чувствует ко мне и тем более догадывается о Дусе… Он вернется к нам вполне благополучно.