"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

– Возможно. Мы будем разбираться. Так или иначе, Саша, я удивлен, что ты не проигнорировала этот факт.
Саша чуть пожимает плечами.
– И Вася и Женя были… просто детьми, и все. Я не чувствовала от них угрозы, да и на Изнанке было чисто. Поэтому и не придала значения.
– И тому, что кто-то, похитивший одного из твоих, как ты думала, ребят из отряда, может быть опасен? Неужели ты не понимала, что бежать за ним ничего никому не сказав – глупость, и глупость убийственная? – Михаил Ефимович говорил довольно спокойно, но в его словах Саша чувствовала укор. – Разве тебе не объясняли десятки раз, что самонадеянность в нашем мире может оказаться не просто опасной, а смертельно опасной?
– Объясняли, – щеки заливает краска. – Но… Женя мог погибнуть.
Маг качает головой.
– Глупость порой страшнее любого оружия. Глупость и наивность. Оставить невнятную записку и сбежать, не предупредив никого толком – очень и очень необдуманно. Благо, на Затронутых Вуаль действует медленнее, особенно на тех, кто знаком с жертвой, и само ее воздействие после набора хода можно отследить, так что тебе не придется заново знакомиться со здесь присутствующими. Но насчет остальных у меня нет уверенности.
– Меня могут…забыть?
– Дальние знакомые – возможно. Этого нельзя сказать наверняка.
Саша сглотнула. Ладно, у нее нет семьи, и не было, подруг особо не было, Анна… и к лучшему. А Боня? Он ее тоже забудет?
– На животных Вуаль не действует, – просто откликается Серафим на незаданный вопрос. – Да и была ты под ней недолго.
– А…остальные? О них вспомнят?
– Едва ли. Но мы сможем установить их личности теперь, когда скиа ушел и оставил тела без прикрытия. Ладно, я предлагаю всем адептам отправиться отдыхать. Александра – тебе в особенности. С тебя хватит испытаний на ближайшее время.
Саша кивает и на нетвердых ногах отправляется прочь от костра, рядом с которым остальные маги ведут тихий разговор и вторящий ему безмолвный обмен образами, значения которых понимаю только они сами.
– Это, Саш – Коля догоняет ее у самого входа в комнату – ты прости меня.
– За что?
– Дурак был. Нормальная ты, я просто… В общем, дурак был. Мне жаль, что все так закончилось.
– Все закончилось, – чуть улыбается Саша. – Все нормально. Я не держу обиды.
На деле сил на обиду нет. Ни на что нет. Она просто плюхается на кровать прямо в одежде и засыпает, словно проваливаясь в никуда. Но там хотя бы нет страха и голода, окружавших всеми забытого мальчика со всеми забытой станицы. Мальчика, просто хотевшего избавиться от одиночества. Считавшего, что от одиночества вообще можно избавиться.
  
Глава 16
 
– Плохо? – сочувственно осведомляется Серафим.
Саша вздрагивает, хотя и слышала приближающиеся шаги, и только выше натягивает плед.
– Муторно, – честно признается она.
 А еще больше всего я хочу забиться в угол и рыдать. И именно поэтому я пошла прочь из комнаты, – чтобы никто меня не видел.
Короткий сон принес мало облегчения, и Саша, пролежав в кровати почти час в надежде, что сможет вновь заснуть, с этой надеждой рассталось и отправилась сюда, в беседку, прихватив чай и вновь пожалев об отсутствии кофе. В четыре утра.
Наставник тоже пришел сюда в эту рань. Хотя он наверное и не ложился вовсе.
– Если ты хочешь – я уйду. Но некоторые вещи становиться легче пережить, если рассказать о них.
Саша неопределённо пожимает плечами, плотнее заворачиваясь в плед. Она не хотела рыдать при ком-то. Но с появлением наставника пришло тепло. И плед, кажется, стал греть в разы больше.
– Мне точно лучше, чем ему, – невесело усмехается она. Уточнять, о ком идет речь, не нужно.
Серафим, восприняв это как согласие на разговор, садится рядом. И протягивает ей чашку с ароматным кофе. И откуда?..
– Держи. Тот, кто был скиа, продолжил свой путь. Думаю, таков естественный порядок вещей – мы все когда-нибудь умираем. Обычно тени уходят в бою, развоплощенные Кругами или Конклавами. Но, как теперь ясно – есть и иной вариант. Более естественный, как мне кажется. То, что нам остается – оплакать мертвых и заботиться о живущих.
  
– Со мной все в порядке. Просто… Муторно. Словно гигантской мясорубкой пожевало. Знаю, что ему хуже пришлось, – чашка согревает руки.
– Это не имеет значения – кому хуже, а кому лучше. Нет смысла сравнивать себя с кем-то, все эти голодающие в Африке – только попытка обесценить собственные чувства, а делать это нет никакого смысла. Чувства-то от этого не исчезнут.
– Наверное, – Саша рискует глотнуть кофе. Теплый и вкусный, не приторный и даже не горький. – Прости.
– За что?
– Мне нужно было позвонить тебе. Или написать. Или связь использовать как-нибудь. Когда поняла, что Вася повинен в исчезновениях людей. Найти Катю или Колю, взять телефон. Известить тебя, а не бросаться вперед.
– Нужно было, – соглашается Серафим. – Но что сделано, то сделано.
– Ты не… сердишься? – выходит по детски, честно говоря. Саша и сама понимает. Но все равно хочет знать ответ. Почему-то сейчас это важно.
Наверное, она просто на деле все-таки не хочет быть одна. Сейчас. Слишком устала.
– Нет. Конечно, я хотел бы, чтобы ты обратилась ко мне. Но так же и понимаю, почему ты этого не сделала. Так что нет, не сержусь. Но надеюсь, что в следующий раз ты вспомнишь про меня. Вроде как на меня Вуаль Времени не набрасывали, – чуть шутливо заканчивает маг. – Хотя больше надеюсь, что «следующего раза» не будет. Но вероятности говорили, что и здесь не было для тебя опасности. И это оказалось совершенно не так.
– Я не думаю. На деле, несмотря ни на что – Вася не причинил бы мне вреда. Он был странным, имел большие сил, но оставался просто ребенком, тщетно надеявшимся, что кто-то сможет разделить его жизнь и его боль от начала и до конца. И только.
Именно поэтому она и не боялась. С самого начала – никаких дурных предчувствий.
– Мне бы твою уверенность.
Саша чуть пожимает плечами. Спорить нет желания.
– В любом случае – ты был где-то далеко и занимался важными делами.
– Был. И через неделю уеду опять, к сожалению. Меня и остальных вызвали для обучения нескольких групп магов. Ближе специалистов не было, а у нас соглашения. И, увы, отказаться нет возможности. Так что еще два месяца ты сможешь продолжать сеять хаос в городе к моему и Мишиному неудовольствию.
– Не буду. Мы вообще все зря сделали тогда. Катя с Колей если хотят пуская развлекаются, мне хватило. Это была длинная смена, и урок усвоен.
О том, что она вообще хоть раз в жизни еще раз напьется, Саша даже и не думала.
– Не стоит так сразу ставить на себе крест, еще успеешь, – усмехается маг. – Хотя, я надеюсь, остальное пройдет в рамках Закона. Но для начала тебе нужно отдохнуть. На деле ты отдала в этой истории сил куда больше, чем думаешь, и сейчас все кажется мрачным.
Саша фыркает.
– Все и есть. Просто… мы заигрались.
– Немного, – Серафим кивает. – Но это случается. Вы, по крайней мере, нос Сфинксу не отбивали.
– Что? Это…
– Нет, не я – усмехается наставник– но – да, молодые маги повеселились. Знатный скандал был, между прочим. Международный.
Саша фыркает. Она точно не будет делать ничего такого. Даже близко похожего.
– Расслабься, – Серафим треплет ее по плечу. – Все закончилось. Не требуй с себя ничего. Отдохни – и вновь развлекаться. Только аккуратнее.
Саша чуть улыбается. Грустно, на самом деле.
– Попробуй хотя бы. Никто не рассчитывает, что сегодня все будет как раньше, и ты будешь бодра, весела и готова к новым свершениям. И что вернувшись в город ты не завалишься на недельку на диван бездельничать.
– Вряд ли.
Она глаза закрывает и видит взрослого не по годам Василия. Чувствует его страх и его голод.
– Воспоминания не отпускают?
Саша чуть поджимает губы, не отвечая. Но ответ и не требуется.
– Я могу помочь. Это не больно.