"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— Ты можешь разделить со мной путь и знания и убедиться во всем сам, — чуть улыбнулся Маруэль. Обвел нас взглядом, почему-то на мгновение задержавшись на дальнем конце пирса, и продолжил: — как и все вы. Я вижу в этом некий символизм: нас было семеро когда мы решили что сумеем, объединившись, познать все тайны мироздания и сделать окружавший нас мир лучше. Сейчас здесь телесно лишь я, духовно — Лоак и Тоа, бессловесно запертый в камне души, — зато семеро вас, жителей нового мира. Мира, открытого и вопреки нашим стараниям, но и благодаря им.
Семеро? Я обвела глазами пирс, пожав плечами на удивленный взгляд фронде и чародейки…
И увидела на крыше дальнего склада сову, летучую мышь-переростка — и ястреба.
Маруэль заметил наше недоумение.
— Тот, кто скрывает себя — не ваш друг?
— Это интересный вопрос, — пространство на дальнем конце пирса пошло рябью и явило еще одного эльфа, на поясе у которого висело несколько метательных кинжалов. — С одной стороны друзья не пытаются убить друзей, с другой — совместное плаванье с обучением простейшим формулам, обмен ценной магической книги моего ученика на некоторую помощь с иллюзиями и, наконец, срыв схлопывания Анигиляционной Сферы можно засчитать по меньшей мере за нейтралитет. Ну или взаимный интерес, как считаете нужным.
Вот кто перерезал горло волшебнице в Немезе…
— Ты выдал себя за Новидера. Сменил личину, — я рассматривала наемника, — и пошел за нами. Зачем?
— Любопытство. Слишком пестрая вы компания для обычных головорезов. Да и мне было интересно, сумею ли скрыться от чутья Феникса. И к тому же тот, кто способен, находясь во внетелесной форме, призывать полноценного Воплощённого Элементаля точно знает больше меня.
— Знает, — кинжал, переместившийся на бок к Маруэлю, говорил едко, — но знаниями делиться не намерен. Пока убийство Сареха не отработаешь.
Блейдвинг немного насмешливо поклонился.
— Непременно.
— На эту «отработку» будет интересно посмотреть, — усмехнулась я. — Я отправляюсь с вами.
Кто-то должен стоять с занесенным мечом на тот случай, если Семерка все же решит завоевать мир.
— Как и я, — поддержал меня Витор, — кто-то должен будет убить вас, когда вы покажете свое настоящее лицо.
В тебе и Обманутом я ни на мгновение не сомневался.
Пошел вон из моей головы! Общайся со своим братом.
Одно другому не мешает.
Мастер смерти понимающе улыбнулся
— Эта история должна быть записана, — решительно заметил Мерде.
— Ну а я хочу узнать, что в вас такого могущественного, — Дианель с сомнением осмотрела мастера смерти.
— Одна не пойдешь, — тоном, не подразумевавшим спор, откликнулся Милатиэль, — или вернемся к отцу.
— Ну уж нет!
Арджан обвел взглядом всех собравшихся и тихо зашипел на саврском:
— Эльфы. Слишком много эльфов.
Судя по одновременным смешкам всех долгоживущих — язык ящеров пользовался популярностью.
Я поднялась на ноги, короткой мыслью осушив обувь.
— Как только мы уберемся с севера, я заеду в Гослар. У меня есть там одно дело.
Маруэль пожал плечами.
— Пусть так. Если я правильно понял, нам все придется много где побывать для того чтобы вернуть остальных.
Блейдвинг тяжело вздохнул.
Возможно, задаток за наши головы он уже потратил…
Эпилог
— Ну кто так верхнюю защиту берет! — с досадой, но тихо, чтобы никто не услышал, проворчал Берт.
Мы с ним сидели чуть поодаль от толпы, обступившей арену для поединков, на втором ряду сейчас полупустых трибун, находившихся во дворе нашей нынешней резиденции. Крепость, прозванная Эфкарией, была в свое время Лоаком выкуплена у прошлого владетеля почти за бесценок. Так себе место, зато — на берегу Первых Земель, да еще и с собственной пристанью. Лодочной, на корабли приходилось пересаживаться в море, но все же. Ну и вид вообще-то красивый.
Строго говоря, наблюдать за экзаменационными поединками не было необходимостью ни для меня, ни для Берта. Но я, после учреждения этого формального экзамена, все присутствовала здесь, когда могла. Просто чтобы поддержать традицию.
Я и так видела всех кандидатов в деле, смотрела в их лица на арене и лично подписала каждому право вступить в «Братство Семерых». Правда, в «Братстве» нас давно было уже не семеро, да и название это как-то не особо мне нравилось, да и не только мне. Но Лоак здраво рассудили, что если появится именование получше, то оно просто заметит это в народной молве, и все пойдет своим чередом.
Нынешний прием в «Братство» был формальностью. Все, кто сейчас сдавал свой последний экзамен, и так уже проявили себя в борьбе с колдунами, нежитью и прочими враждебными разумным существами. Вон например массивный пайди по имени Комак, ждущий своей очереди выйти на ристалище, уничтожил трех затронутых Ветром опасных зверей на севере. Дига, молодая южанка, сумела сорвать ритуал вызова опасного и неподконтрольного демона из тех, кого запрещено призывать даже на землях Союза. Стоящий поодаль Альг, из семьи рыцарей, уничтожил тролля в одиночку…
— Ну кто так клинок подставляет… Не тому я учил, не тому!
За те два десятка лет, что мы провели вместе, Берт окончательно поседел. Время не пощадило его, и старый воин чаще занимался припасами и надзирал за хозяйством в нашей небольшой крепости, выкупленной на средства мастеров, чем тренировал молодняк. Но это не мешало ему активно критиковать собственного воспитанника, сейчас ведущего поединки с новичками.
Ивер уже давно и без своего могущественного клинка стал грозным противником. А как не стать после того, как кроме иногда перегибающего с критикой Берта за него взялась и я, и Арджан, и маги, учившие с себе подобными сражаться? Но все равно… Казалось, не так давно он выходил на ристалище еще даже не в Эфкарии как претендент на вступление в «Братство», а теперь вон молодежь сам учит и «Экзамен Меча» принимает.
— Вот попросит он у меня еще что показать… — пробормотал Берт.
— Ты покажешь.
— Покажу, — признал старый рыцарь. — Но пока не отработает верхнюю защиту нормально — отдыхать не отпущу, если надо — заночую на арене.
Я не успела ответить, как рядом на лавку спланировала здоровенная летучая мышь с ехидным прищуром. Спланировала — и заговорила голосом Витора:
— Лекса, на Железную Гавань идет кем-то призванный искусственный Ветер. От наших там мало вестей, и Тоа собирает всех на корабли. Следящие артефакты Имдира сбоят, так что бери всех кто захочет, намечается что-то очень крупное. Остальная старая команда в курсе. Жду на пристани. А, и да, нам нужен Лоак. И Блейд очень, очень просил именно тебя с ним поговорить. Кажется, они опять поссорились.
Я возвела глаза к небу. За два десятка лет знакомства эти двое, кажется, успели поссориться и помириться уже под сотню раз. И каждый раз я оказывалась крайней, будто ладила с Мастером Духов лучше остальных. Словно заняться больше нечем…
Я поднялась на ноги и подошла к ристалищу, взмахом руки остановив очередной бой.
— Господа и дамы, прошу внимания. Кто успел проявить себя — молодцы, кто нет — вы сможете сдать экзамен по возвращении в крепость, а пока считайте себя досрочно принятыми в Братство. Все, кто сейчас готов доказать верность желанию защищать мир от порождений тьмы внешней и внутренней — собирайте вещи, мы немедленно отплываем. Сбор на пристани через два часа. Берт выберет из вас тех, кто в наше отсутствие будет заниматься текущими делами и защитой нашего дома. Это не менее почетно, чем отправиться в плаванье. Все свободны.
Началась почти ожидаемая суета. Я успела ответить на две с лишним дюжины вопросов и с трудом отвертеться от третьей дюжины, почти сбежав к входу в крепость.
— О, ты уже в курсе, — из дверей вышел прихрамывающий после одной из давних заварушек на юге Арджан. Его чешуя немного потускнела со времен нашего первого знакомства, но доспехи блестели по-прежнему, а руки были все также сильны. — Зря значит спешили.