"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

И в его словах, каждый раз, когда речь заходила о шерифе, слышалась слабая горечь. Сожаление.
Если бы они оба знали, кто такой Дирет Нар — стали бы мстить культистам за его смерть? Хотя почему-то мне казалось, что если бы Лоак мог говорить, то он проскрипел что-то вроде:
«Какая разница?».
И в целом и правда — какая разница…
Тропинка заставила вспотеть — кое-где вверх приходилось лезть, цепляясь руками за стволы тонких деревьев и камни. Путь вниз тоже был не из лучших — мало куда можно поставить ногу, кое-где приходилось почти скатываться, стараясь не потерять ничего из снаряжения. Арджан позади грохотал доспехами так, что было слышно, кажется и на «Скате», чьи паруса можно было рассмотреть в просвете между скалами.
Внизу, на тонкой полоске «берега», а на деле на небольшом уступе, дальше которого явно была уже глубина, тянуло гнилью. Сверху она почти не ощущалась — или, скорее, я была занята другими чувствами. А вот здесь вонь стояла такая, что саблю я вытащила даже быстрее, чем сообразила, что делаю.
— Мы пришли, — лаконично заметила Альса.
На небольшом пятачке в три шага мы сгрудились вшестером. А дальше, в нескольких шагах вдоль скалы, зиял темный провал, из которого и несло гнилью. Немудрено что фронде не захотел сюда лезть. Ну и мерзость…
«Мерзость» меня явно почуяла. Пока я шла к пещере, оставив остальных позади, гниль шла навстречу.
Огонь вспыхнул сам собой. Я бросилась в сторону в тот же миг, когда из пещеры вылетел черный сгусток, попавший куда-то в камень. Рванулась вперед, разбивая вспыхнувшей на миг ярче солнца саблей барьер непроницаемой черноты, закрывавшей вход в пещеру. Пленка тьмы погасла. Она больше не скрывала существо, когда-то бывшее человеком, но теперь изменившееся, исказившееся, словно сросшееся с какими-то напластованиями красного янтаря. Ни Измененный, ни что-то иное…
Но опасный враг, из руки которого вылетели десятки осколков. Янтарь устремился ко мне, сдирая кожу с бедер, рук и ног. Впился в чешую, пытался оттолкнуть прочь…
Альса метнула в тварь нож, Витор — сгусток магии. Существо взревело — и вместо мелких крошек янтаря бросило крупный камень, «зачерпнув» уродливой ладонью кусок породы.
Щит, выставленный чародейкой, выдержал.
Я рванулась вперед, уходя от удара когтями. Еще один камень пролетел мимо, и позади что-то плюхнулось в воду с руганью и шипением. Плевать.
Маро попытался подобраться к твари, но его атака не принесла успеха. Существо же в ответ одним ударом сломало меч стражника и разорвало плоть на его руки. Оно отвлеклось на мгновение, но мне этого хватило чтобы направить свой удар. Сабля встретила не янтарь, а плоть.
Яркая вспышка. Крики боли.
Спустя мгновение Пламя прогорело, и тело узарца-заговорщика упало на камень, а вот то, что было в янтаре, с воем ликования черной тенью устремилось прочь.
Вспышка огня пролетела сквозь «нечто», не причинив вреда. Вот же… Черный силуэт удалялся.
Я обернулась и увидела, как Витор с помощью магии доставал из воды уже полностью скрывшегося в глубине Арджана. Мда, явно не до погони магическими средствами… Орденец выглядел так, словно сейчас в обморок свалится.
— Арджи, ты же плавать умеешь! — возмутилась Дианель, с беспокойством смотревшая на мокрого и отплевывающегося ящера.
— Умею. Но с таким количеством железа на себе — лишь до дна, — прорычал савр.
— Что это, улетевшее, было? — ни к кому не обращаясь спросила Альса.
— Понятия не имею, — честно ответила я.
Деймон — вряд ли, он бы нас уничтожил. Мятежный дух какого-то старого колдуна? Возможно. Надо узнать у фронде. Или у кого-то еще. Лоак мог бы сказать, кого мы выпустили… Но он молчит.
— Ладно, Итор мертв, — Маро зажимал окровавленную руку. — И это главное.
Я подошла к стражнику и принялась залечивать рваные раны, стараясь дышать ровно и не выдавать боли. И как Тоа умел это делать легко и просто…
— Мертв, — подтвердила Альса, — будет вам проход в город. Я договорюсь с господином Ротаром.
  
Глава 13
   
Хусат. Отдых?
 
Альса сдержала свое слово. По дороге в Хусат мы свернули на тонкую тропинку и вышли к пресному источнику, который вырывался из тонкой расселины и небольшим водопадиком спускался вниз, в каменную чашу, в которой при желании можно было освежиться.
Желание было.
В столь прекрасное место нас привел Маро. Альса отправилась в Хусат — договариваться с нужными людьми, как она выразилась. Выглядела дочь Тоа немного пьяной той самой радостью, что возникала от на совесть сделанного дела. Особенно если это дело включало чью-то безвременную кончину. Дочь Тоа, кажется, улетевшее «нечто», которое давало ныне мертвому колдуну власть над янтарем, мало волновало. Впрочем, Альса пришла сюда за местью, и месть свершилась. Остальное, наверное, ее мало волновало.
Волновало меня. Но сделать с отлетевшим духом я ничего не могла — его запах развеялся почти сразу. Возможно, если получится как-то пробудить к жизни Лоака, он расскажет, что это было. Он же вроде как «Мастер духа».
Помыться в холодной воде было приятно. Здесь, вроде бы совсем недалеко от Хусата, порт которого стало пристанищем для беженцев, живших в отвратительных условиях, не было и следа равных. Неужели никто нет желающих здесь мыться иногда?
— Почему тут никого нет? — полюбопытствовала я у Маро, который, изображая хорошие манеры, сидел спиной к купальне.
Кровь с руки он смыл одним из первых, и теперь с некоторым удивлением рассматривал гладкую кожу с тонкими полосками шрамов.
— Местных?
— Ага.
— Боятся, — с усмешкой ответил стражник.
— Воды?
Огонь сейчас слабо тлел внутри. Будь вода ядовита — он бы защитил меня. Наверняка.
Надеюсь.
— Нет, — отмахнулся Маро. — Чудовища.
— То есть тут есть чудовище? А мы что — ему корм?
— Да нет, как тебе это в голову пришло? Как и не было ничего… — Маро сжал и разжал руку, с заметным восхищением проводя по гладкой коже. — Нету на деле тут никого.
— Откуда ты знаешь?
— Ваш друг рассказал, — просто отозвался узарец, — он, как про чудовище услышал в лесу, сразу заинтересовался. Тем более что сам же исцелил пару охотников из местных юношей, решивших за золото одному толстосуму добыть тушу этого самого могстра, вроде как в подарок на чучело. Олень какой-то древний и магический, или лось, или баран… Я в подробности не вдавался. Ну, в общем, пошли сюда эти неслухи, да не по их силам зверь оказался, с трудом сбежали, и то зверь обоих подрал. Ну так как о том узнал друг ваш, Милати…Млитаи… долгоживущий, в общем, сам отправился в лес ночью. Вернулся на следующий день спокойный, даже радостный почти. Ну и сказал что договорился с Древним, и он нас, равных, трогать не будет. Ну если и мы его трогать не будем, конечно. Вроде как зверь этот ушел в леса северней… Портовые не могу сказать, что во все это прям поверили на слово. Они эльфу-то не очень верят — пришлый, странный. Вслух не говорят ничего, пока лечит, но все равно пока не рискуют сюда соваться. А мы сходили уже пару раз — и ничего. И хоть помыться можно где, а то весь выбор — или порт, или та мелкая речушка с краю Хусата, в которую весь город сливает дрянь всякую. Думаю, рано или поздно и остальные сюда подтянутся, но пока — тишина и покой.
Позади потянуло магией — и послышался плеск.
Я обернулась.
Дианель и Витор, оба почти полностью промокшие, пытались облить друг друга водой не прикасаясь к ней руками, с помощью одной магии. Орденец проигрывал вчистую, но сдаваться пока не собирался. Савр, промывающий чуть ниже по течению вещи от соленой воды, что-то сам с собой шипел.
И вот из так людей и полулюдей получаются же колдуны и безумцы, уничтожающие все на своем пути из одной порочной любви к власти. Хотя — из таких ли?..
Я кинула взгляд на Маро.
— Ты приехал через полмира сюда чтобы отомстить за шерифа?
Главное «Тоа» этого шерифа не назвать, а то глупо получится.