"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
А…
Потом.
Я бросила взгляд вперед. Проход, по которому мы шли, упирал в более-менее уцелевший дом, около которого стояло пятеро… Созданий, пусть будет так. Из глаз, носа и ушей у них, кажется, капала кровь, а худые тела, одетые в одни порты, избороздили черные прожилки. Двигались они неестественно плавно, и, несмотря на полное отсутствие оружия, были явно опасны — длинные, искривленные пальцы заканчивались острыми даже на вид костяными наростами, вытянутыми на манер бритвы.
— Светлые Владыки, — пробормотал Мерде, — они совсем обратились. Костяк…
— Костяк? — не без осторожно опасения уточнил Витор.
— Те мужчины и немногие женщины, кто добровольно поддерживали Худа. Его приближенные. Я их почти не видел, но до того казалось, что у них, ну или в них, есть какая-то темнота. А теперь…
А теперь вот эти существа затронуты и Черным Огнем, и местной «отрицательно полярной», или как там ее, магией. Прекрасно.
Твари, — людьми этих созданий, не Перерожденных, но все равно искаженных, язык назвать не получался, — переглянулись между собой. Главарь, самый крупный и самый длинноволосый, что-то призывно прорычал — и вся пятерка бросилась вперед. И как…
Двое бежали вперед стелящимися скачками. Еще двое заходили с флангов, почти не отставая от своих товарищей. А последний вдруг одним прыжком взлетел на остатки крыши ближайшего здания и поскакал-побежал, перепрыгивая с камня на камень, с балки на балку.
— Следите за головами, — рявкнула я, бросаясь на тварей до того, как они возьмут нас в кольцо.
Ближайшее существо упало на спину от удара щитом и тут же вскочило, уходя от клинка. Взмахнуло когтями — я успела пригнуться, но и мой клинок нашел лишь пустоту. Еще один удар щита — тварь успела уйти в сторону. Мелькнули когти — и я едва успела подставить наруч. Кость скользнули по металлу, не причинив вреда, но рука дернулась в сторону — и вторая тварь избегла клинка. Совместная атака сразу двух существ, нападающих может и неумело, но быстро и яростно, и сразу с двух направлений каждая… Шаг назад — и все, идти некуда. Отбиваться, отбиваться, и…
И сгусток магии из-за плеча попал в левое существо, пронзительно завопившее. Мой окутанный пламенем меч снес голову замершей на миг твари.
Я краем глаза успела заметить, что Арджана, неуверенно двигающего правой окровавленной рукой, заметно теснят,
К Огню добавилась злость. Блок щитом, взмах меча, перерубленные когти — и голова второй твари отлетела прочь. Еще один сгусток магии, еще один вопль — и я успела перерубить на две части второго урода.
Последнего врага добил Арджан.
Пламя погасло. Я обернулась, пытаясь найти взглядом пятого измененного, и обнаружила его у ног Дианель, обугленным и смятый ее атакой. Милатиэль, чью руку сейчас обвивала невесть откуда взявшаяся лоза, медленно сматывал зеленый побег, до того оплетавший ноги уничтоженного магией неудачника.
Мда, эти уже явно не простые «встречающие».
— И много там, дальше, таких? — спросила я, пока эльф, успевший куда-то убрать лозу, заговаривал руку Арджана.
Мерде только плечами пожал.
— Вроде как десяток или больше. И еще столько же недобровольных последователей, они правда выглядеть должны нормально, ну или хотя бы не так… Не так, в общем. Ну и Обращенный. Ну и колдун, да.
Ладно. Прорвемся как-нибудь.
Меч и щит выпускать из рук не хотелось.
За зданием, из которого вышла пятерка, находился полуразобранный завал и дверь в строение куда большего размера. Кажется, это место когда-то было чем-то вроде очень большой мастерской не то алхимического, не то иного толка. И теперь именно его облюбовали суртополонники.
Узкое пустое строение, судя по сохранившимся барельефам, когда-то встречало гостей этого места, пусть мы и попали сюда через какой-то боковой вход. Просторный пустой зал, где и размещалась пятерка «дозорных», имел два выхода, куда больше и шире того, откуда мы попали сюда. Левый был завален, и завален явно очень давно, но тот, что справа, привел нас на отвратительного вида внутренний двор. Весь изрытый кострищами, он пропах дымом и вонью паленой плоти. В дальней же части слева в глубокой яме стояли клетки, содержались в которых явно не звери.
Мерде прочитал тихую молитву.
— Тут обычно кто-то есть. Стерегут, работают, общаются. Хотя, наверное, сейчас все на проповеди… — пробормотал он.
Словно в ответ на его слова в дальнем здании, на котором сохранились барельефы котлов и зелий, и из которого вился темный дым не то огромного костра, не то какой-то алхимической печи, отворились широкие двустворчатые двери. Наружу вышли несколько десятков людей, одетых в рубища и с уже знакомыми тонкими темными прожилками на лицах. Эти еще не изменились — но лишь пока. Последним появился колдун — массивный, в красных и желтых одеждах, расшитых символами кузнечного дела и огня.
От последних по телу прошла дрожь. Да как он смеет осквернять Огонь тем, что творится здесь!
Толпа, не сразу, но поняв, что что-то не так, остановилась на ступеньках.
— Новая паства, — вкрадчиво проговорил колдун, обойдя толпу и приблизившись к нам, — пришедшая в нашу благословленную чтобы…
— Отправить тебя в Пламя, тварь! — я рванулась вперед.
Огонь опалял нутро. Огонь ярость и ненависти.
Стена черного пламени на мгновение скрыла колдуна. Я пересекла ее в один шаг — но суртопоклонника и след простыл. Все, что оставалось, так это слушать его пронзительный вопль из-за закрывающихся дверей:
— Убить их! Во имя Титара!
Трус!
Последователи Эмиссара Лжи не без колебаний, но все же устремились выполнять приказ. У кого-то на поясе были мясницкие ножи, у кого-то — оружие, найденное в руинах или отобранное у путников, у кого-то лишь доски с гвоздями. Мужчины и женщины, пошедшие за своим лидером в пасть Сурту. Впустившие в свои души Черный Огонь и этим подписавшие себе приговор. Совершавшие то, что запрещено всеми догматами и здравым смыслом. Был ли у них выбор? Сложно сказать.
И сейчас, когда они по приказу своего повелителя бегут вперед, размахивая зажатыми в почерневших пальцах орудиями убийства, не время и не место выяснять, так ли это.
Может быть кто-то из них сумеет сдаться на милость Фитая. А если нет… Они сделали выбор — прямо сейчас, вняв словам своего лидера и явно собираясь отправить нас на Путь. Совершенно искренне и с большим энтузиазмом
Фитай, будь милостив к заблудшим детям своим.
Вчерашние крестьяне, даже усиленные крохами Черного Пламени и безумием порченной ржи, не самые лучше бойцы против воинов в броне и магиков, способных сжигать плоть и душу. Слабый Огонь окутал меч. Колдун далеко, и это Пламя — для заблудших. Быть может, оно поможет им все же вернуться на Путь. По крайней мере, я хочу в это верить.
Я ударила мечом. Оттолкнула щитом и ударила вновь. Уклонилась от пары нелепых выпадов и приняла на доспехи еще один, не принесший урона, и вновь ударила. Кто-то кричал. Пахло горелой плотью — не той, что вспыхивает белым пламенем, а той, что сжигают силы чародейки. Рядом методично наносил удары Арджан, вертясь во все стороны со своими клинками как Мортис во плоти.
Слева!
В этом пропитанном отвратительной магией месте мое чутье почти не способно помочь, так что пришлось довериться Лоаку. Я отшвырнула со щита очередного безумца, повернулась — и заметила измененных тварей-охранников, приближающихся по стенам и крышам со всех сторон.
Крикнула, предупреждая, и бросилась в новый бой, оставляя Арджана добивать безумцев.
Измененные ловчее, сильнее и быстрее. Некоторые их удары доставали до цели, кое-где почти прорывают чешую. Они нападали резвее, злее, жестче, заставив уйти в оборону.
И замерли когда магики сотворили какие-то чары. Замерли ненадолго, всего на несколько мгновений, но мне этого времени хватило чтобы досать мечом сразу нескольких. Пламя теперь горело ярко и клинок с легкостью рассек плоть. Увы, магия не вечна, и инициатива быстро ушла из моих рук.