"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Ты предлагаешь нам драться с Оставленным… — прищурился, повернувшись ко мне Витор, — с неизвестными шансами на успех. Хотя у нас совсем иное дело.
— Вам я ничего не предлагаю, — холодно заметила я, — я иду уничтожать поклонников Сурта, пусть и служат они ему под чужой личиной. Мерде идет со мной, потому что он знает, как в этом огромном городе их найти. А вы можете идти своим путем.
— Кинжал у тебя, — словно между делом заметила чародейка.
— Верно.
— И ты собираешься идти с ним против оравы людей и какой-то твари?
Я кивнула.
На ее месте я бы не пытался тебя отговорить. Все равно ведь не послушаешь. Хотя само стремление и сомнение разделяю.
Разделяй.
Но ты все равно полезешь на рожон, даже когда врагов в разы больше… Замечу, Феникс, только одно — я знал Тоа не один год. И он никогда не испытывал боли от своего Огня.
Я — не он.
И он никогда не пытался лезть в одиночку к десяткам врагов.
Он остановил…
Деймона, да. Там не было иного выхода. А ты без магиков и чешуйчатой машины для убийства вознамерилась лезть к культистам из чистого упрямства.
Я работаю…
Одна, да. Но против Оставленного? Погубишь и себя, но на себя тебе плевать, и мага этого, с такой болью спасенного.
Ах вот в чем дело…
И тебя погублю, верно?
Не без этого. Но, поверь, я искренне хочу чтобы у тебя все получилось.
Я оглядела сидящих у костра.
В последний раз я работала с кем-то действительно давно. И для «кого-то» все закончилось плохо. И сейчас может закончиться. Но мы зашли далеко — и все еще шли вместе. Несмотря на недоверие. Несмотря на то, что кроме задачи, за которую толком не платили, нас связывали, — не всех, — метки, ничего на самом деле не означавшие, и тайна, которую мы все, каждый по-своему, жаждали раскрыть.
И — да, вместе с тройкой магиков, пусть один из них — теоретик-Витор, и савром-убийцей шансы одолеть всех засевших в руинах и правда кратно повышались.
Я подбросила дров в костер.
— Даже если не брать мои стремления, — я старалась говорить так, как говорят послы с послами, — обманутые Эмиссаром и его последователем-проповедником люди, уже измененные Черным Огнем, и Оставленный вряд ли дадут нам сделать все, что задумано, у Врат и в доме Ордена. Нам придется ожидать удара в спину в любой момент. Да и к тому же все равно за день едва ли удастся зайти в руины, сделать все что нужно, и выйти из них. И придется ночевать там. И с суртопоклонниками под боком это точно не будет чем-то «безопасным». Возможно, придется задержаться тут. Да и не стоит сбрасывать со счетов тот факт, что они могут попросту попытаться ударить по нам, когда мы будем покидать город. Думаю, в наших же собственных интересах искоренить любую угрозу от этих людей. Вместе.
Наступила тишина, прерываемая треском костра.
Первой ее нарушила чародейка.
— Подожди, подожди, — голос ее был явно-издевательским, — я правильно понимаю, что могучая Служительница своей длинной речью просит нашей помощи?
Я возвела глаза к небу.
Фитай, дай мне сил. Душевных.
— Да.
Мне хотелось дополнить это чем-то весомым. О том, что суртопоклонники не должны жить. О том, что так будет лучше для всех. Еще о чем-нибудь… Но в целом — а какая разница? Все равно путь до Врат мы пройдем вместе, а потом будет каждый доказывать свою правоту.
— Удивительно. А я думала — мы, простые смертные, не нужны Служителю.
— Ди, остынь, — голос фронде был спокоен, но воинственности на лице чародейки поубавилось, — нам и правда не стоит оставлять за спиной тех, кто способен употреблять плоть себе подобных. Это нарушение всех законов, и людских, и природных. Каким бы не был мир вокруг, Равные — не дикое зверье, рвущее друг другу глотки ради мяса. Пусть мои силы в бою невелики, но я помогу расправиться с колдунами.
Дианель, кажется, немного обиженно надулась — но все же кивнула.
— Пусть так.
Витор несколько раз перпеводил взгляд с чародейки на меня, но все же кивнул.
— Ладно. Глупо идти в одиночестве по руинам, знаете ли. И глупо будет на тот свет всем вместе отправиться.
  
— А ты полон надежд. Завтра с утра и отправимся, — я обратилась к Мерде: — я так понимаю, идти не слишком далеко? Ты ведь со сломанной ногой пришел сюда.
Тайовин кивнул.
— Через западные врата, ближайшие к нам, есть прямой проход до убежищ поселенцев. Вы правда хотите?..
— А ты не хочешь отомстить за плен? И книгу заодно вернуть.
При слове «книга» маг, до того явно не в восторге от перспективы идти туда, где чуть не умер, немного воспрянул духом. Потом правда взгляд его вновь потух.
— Хаг наверняка осквернил ее своими руками. Я уверен, меня не… употребили только потому, что он надеялся, что сможет понять как использовать силы мага.
Витор хмыкнул.
— Недалекий.
— Совершенно согласен. Думаю, я смогу показать нужное заклинание. Правда, оно идет через третий принцип Ловесаля-Мирна, я и не уверен…
— Знаю я и принцип и исключение, — решительно заявил Витор, — давай мне общую схему сначала.
— Ладно, я иду спать, — Арджан поднялся и потянулся, — ваши мажеские дела меня не касаются.
Савр ушел на свою циновку. Мне мажеские дела тоже не были интересны, а смена была под утро, так что я последовала примеру ящера. У нас вегда говорили: «Утро яснее вечера». Вот и проверим так ли это в нынешний раз.
В нынешний раз «яснее» было только в мыслях. Небо заволокли тучи, и отправлялись мы в путь к гигантским серым стенам под моросящим дождем.
Я посматривала на идущую на поводу Ингрид. Милатиэль обещал договориться с животинами, чтобы их не пришлось ловить по всему Протиполу, но все же не хотелось бы остаться без припасов и вещей. Надеюсь, не очень бодро, но все же ковылявший рядом с нами Мерде не решит увести кого-то из скакунов. Ингрид конечно его сбросит без сомнений, конь савра тоже, что-то мне подсказывало, а вот насчет Гензеля и Гретель у меня не было уверенности.
С другой стороны — лошади-то не мои.
Я присмотрю.
Лучше за спиной следи.
И это тоже.
И почему как я не облачаюсь в полную броню, вечно дождь идет? Испытание Фитая? Происки Сурта?
Или тот простой факт, что над Первой Землей вообще дожди — не редкость.
Уймись, дух.
Вблизи Первый Город не просто огромен — он подавляет Внешние стены выдержали Падение Врат и даже сейчас, спустя века медленного разрушения, все еще величественны и неприступны. Стены в круг опоясывает порядком пересохший, но еще не совсем исчезнувший канал с мутной водой, каменный мост через который, с несколькими арками и гранитными периллами, сохранил даже скульптурных львов по обе стороны почти в неприкосновенности.
Единственное, что портит общую картину — тишина. Давящая на уши тишина, какой не бывает ни в селениях, ни за их пределами. Ни отдаленных птичьих трелей, ни стрекота насекомых, ни шелеста травы, задетой ежом или мышью, ни осторожного, целеустремленного, почти неслышного движения хищника, уловить которое может лишь чуткое ухо.
Поля, на которых росла пусть и порченная, но рожь, остались позади, и вокруг безмолвного каменного города насколько хватало глаз расстилалась голая земля без намека на хоть какую-то растительность. Все, что могло выжить тут — пара видов сорняков, кое-как выдерживающие бьющий в нос терпкий запах, теперь раздражающе неприятный.
Серый город, окруженный стенами и полосой пустошей, колыбель человечества, была безжизненным памятником давно похороненному прошлому.
В котором вдруг завелись желающие оживить то, что давно мертво.
Я чувствовала тонкие нотки отвратительной гнили, доносящиеся из-за громадной входной арки, двери в которой давно уже сгнили, упав с петель.
— Нас встречают, — бросила я.
Фронде кивнул, и, что-то прошептав на незнакомом языке, забрал повод от Ингрид. Пока было решено, что первыми идем мы с савром, за нами — Дианель, а остальные магики, более слабые в бою грудь на грудь — в конце. К тому же Витор и Тайовин обещали если получится ударить по Оставленному своими вроде как болезненными для него чарами, которые готовить надо было долго, и при том не получить по голове чем-нибудь тяжелым.