"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Там, на башне, я чувствовала это. Как и то, что дух в кинжале пытался помешать принцу выполнить задуманное, сражаясь с тьмой.
Расскажу. Положи меня на алтарь жрецов Старых Богов — тогда я смогу говорить со всеми.
Я бросила взгляд на фронде.
— Я не оскорблю тебя и сородичей, положив на рунический камень вместилище духа?
Эльф покачал головой.
Я поднялась, преодолевая протест до предела уставших мышц, и положила кинжал на рунический камень. Изрезанная знаками поверхность была теплой на ощупь, хотя и находилась в тени дуба.
— Я не могу говорить долго, — раздался голос из ниоткуда. — Проецирование звука тратит скудные силы моей души. Так что коротко — да, я — Лоак, один из Семерки Братьев и Сестер. Мы в прошлом мире создали многое, и в наивности своей верили, что делаем добро. Когда нашлись те, кто решил противостоять нам, мы защищали себя и свои заблуждения. Глупо, яростно и бессмысленно. Мы проиграли, оставили союзников, и бежали прочь, воспользовавшись собственным стабильным Проходом в этот мир. Увы, стабильным он был лишь в нашем воображении. Нас раскидало по временам, лишило сил. Мое тело и вовсе погибло при переходе, и я чудом успел перелить себя в кинжал какого-то племени ящеров, и лишь недавно все же попал из далеких джунглей в обитаемые земли. Я хотел привязать свой дух к вместилищу получше и потому сумел, влияя на южанина-торговца с нечистыми намереньями, попасть туда, где магов немного, чтобы мне никто не помешал — в этот городишко, где мы встретились. Мне нужен был союзник — и я попал в руки к Савве. Рассказал ему многое. Начал учить по его просьбе. К тому времени старый маг погиб, и пацан остался наедине со своими силами. Я написал письмо его руками Тоа, ощущая собрата и помня способы, которыми мое послание нашло бы адресата через любые расстояния. Мы с Тоа были близки и раньше, и его душа была ощутима мне — единственная из душ всех Братьев и Сестер. К тому же южане, что привезли меня сюда, явно что-то затевали вместе с наследником, и я надеялся, что Тоа поможет. Он лучше всех из нас боролся с колдунами и их происками. Но время шло, он не появлялся — а позже и огонь его души потух, пусть и не исчез насовсем. Надеяться было не на кого, колдун-южанин с принцем уже открыли Двери. Я усыпил ту, что должна была стать вместилищем Черного Огня. Множество смертей не то чтобы входили в мои планы. Я узнал, что в город прибыл в том числе и Феникс и решил ускорить подготовку к переселению, чтобы поговорить с ней и остальными в приличном облике. Марионетка лучше кинжала при достаточной маскировке. Но все пошло прахом, как вы и сами знаете. И — я отвечу тебе, Феникс, почему я не увел Савву и не уехал сам. Однажды мы уже покинули мир, спасая свои жизни. И — я об этом сожалею. У меня было много времени для размышлений. Очень много. Мы сбежали, наворотив дел — и это было ошибкой. Несмотря на чудовищную нестабильность портала мы волей богов и слепой судьбы все еще живы. Камни душ моих Братьев и Сестер еще горят, а один из них вы и вовсе носите с собой. И глупо повторять свои ошибки. Я немного узнал об этом мире из чужих мыслей, но то, что знаю, пугает. Врата, как мы и опасались, пали. Знания и силы утеряны, люди живут небольшими общинами у стен городов, разделенные милями пустынной земли, населенной тварями и нечистью. Культы властвуют повсеместно. Да, пусть однажды мы — я — ошибся, но мы, Семерка, все еще маги, способные дать этому миру множество знаний, вернуть утраченное и воссоздать забытое. Как умеем. Мое время разговора подходит к концу. Скажу всем: ваши знаки на руках — лишь символ того, что вы открыли вместилище с опасной магией. Саркофаг моего брата, чей дух в тот же миг переместился в кольцо. Я видел воспоминания. Сырая магия вырвалась в тот момент на свободу, и наши же чары, поставленные на такой случай, защитили вас. Вот и все. Это не метка врага. Да, в старых войнах многие из тех, кто желал нашей смерти, также вскрывали наши тайники и брали в руки наши артефакты, и получали такое клеймо, но и только. Вы — не враги нам. И я прошу помощи. Чутье Феникса никогда не показывала угрозы от меня или Тоа — а это хоть что-то да значит. Я хочу попасть к Вратам. Тем, что привели сюда людей. Не мы их разрушили. И там я смогу доказать это. И найти своих братьев. Точнее, одного из братьев, способного вернуть мне тело и вернуть в мир и Тоа, и Азара. Я, — дух на мгновение замялся, — я прошу помощи. У вас всех. Помощи — и прощения за прошлые ошибки. Мы не желали зла — но совершали его.
  
Кинжал, до того слабо светившийся, словно бы погас.
Витор с мрачным выражением сверлил взглядом вместилище духа.
— И вы готовы поверить этому бреду? Колдун в наших руках, и он расскажет все что угодно чтобы спасти себя!
— Возможно, — спорить с магом было глупо. — Но я лично хочу узнать иную сторону правды. Одну ты показал нам, как тебе показала твоя семья. Я хочу знать и вторую.
— И ты готова пойти за ним?
— Да, — признание вышло легко. — Хотя бы потому что не сделаю этого я — он найдет другого. А я хотя бы смогу уничтожить духа, если понадобится.
Я смогу защитить мир от Лоака.
Но это лишь отговорки.
На самом деле я хочу узнать как тот, кто совершал преступления, а совершенное зло признает и Лоак, сумел многие столетия жить в Узаре, иметь ребенка и занимать должность шерифа. Не звал ли его Огонь куда-то в странствия? Или звал — но Тоа не пошел, и при том остался жив и с Пламенем?
Как вообще Огонь остался у него несмотря на прошлое… Каким бы оно ни было?
— Ты выпустишь в мир зло, хуже которого нет! Ты обманута. Даже без магии. Обманута речами этого ублюдка, искажающего все в свою пользу!
И ведь даже у меня особо и нет сил чтобы спорить так громко. А у Витора — есть.
Я склонила голову, рассматривая мага, чьи рыжие волосы, казалось, должны были вспыхнуть в любое мгновение.
— Тебе незнакома идея второго шанса?
— Нет никаких вторых шансов для проклятых колдунов! Они недостойны жить! Никогда, не для кого, и… — с пальцев мага сорвалась вспышка.
Полетела в сторону кинжала — но я лишь вытянула руку, и легкий всполох пламени поглотил магию.
Пламени, что пробудилось, накормленное гневом.
Я поймала взгляд умолкшего на полуслове Витора. По телу проходили вспышки пламени, и я огромным усилием воли сдерживалась от того чтобы вытянуть руку — и обратить щенка в прах.
Фитай бы позволил. Я чувствовала это. Не знаю почему — но позволил.
— Один из проклятых колдунов, недостойных жить, спас тебе сегодня жизнь, орденец, — я говорила четко и тихо. — Один из проклятых колдунов спас твою возлюбленную в болотах. Один из проклятых колдунов, убивавший во имя Черного Пламени, лгавший, очаровывавший и предававший сражался с тобой плечом к плечу и ел из одного котла на привалах. Один из проклятых колдунов говорит тебе все это. Фитай дал мне второй шанс, и милостью его я иду ныне иным путем. И я никто, лишь пыль на одеждах Владыки, но не мне отбирать этот шанс у другого. Завтрашним утром я выдвинусь к Первому городу за ответами и доказательствами. Любой из вас может пойти со мной — или пойти иным путем. Но если я разделю путь Семерки, а вы решите его прервать — то разговор поведут клинки. Выбирай, Витор, что для тебя важнее — догматы старых книг, из которых мало что сохранилось, или шанс узнать истину.
Я поднялась на ноги и забрала кинжал, вернув его в ножны. Подхватила свой спальный коврик и ушла прочь от костра, под сень деревьев. Вечерело, и сонливость навалилась с огромной силой.
Плевать что они решат.
Меч я положила рядом. Случалось спать и в худших обстоятельствах, и сейчас круг камней фронде, защищавший от бродящих в чаще созданий, казался неплохой границей. Пусть рядом со мной и был желающий уничтожить духа маг, его возлюбленная чародейка с телохранителем и ее брат-эльф.
Усталость была слишком велика.
Я разбужу если что. Никто из них не сможет усыпить меня или обмануть.
Ну хоть какая-то от тебя польза.