"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
Идиотка! Теперь вызванную силу ничего не сдерживает!
Открытая Андрианом Дверь там, в высоте над нами, захлопнулась.
А вот то, что через нее проникло в наш мир, никуда не делось. Принц, жалко булькающий у моих ног, больше не контролировал призванный им Черный Огонь, и тот с новой молнией устремился к тому вместилищу, в который его призывали месяцы назад — к телу принцессы.
Я шагнула к ней, пытаясь лишить головы и шанса силе Сурта закрепиться внутри… Но поздно. Молния всегда быстрее человеческой руки.
На миг юное, красивое женское тело осветилось изнутри ярким белым светом… Который тут же сменился чернотой. Еще миг — и во все стороны от Селены рванулся ветер, сбивая с ног и отбрасывая прочь.
Меня впечатало в камень. В голове помутилось, но прокатившийся по черепу жар вернул в реальность.
Площадку сотряс раскат грома, и тут же за ним хлынул ливень. Вода обступила стеной, со всех сторон, словно кто-то разом опрокидывал с небес бочку за бочкой и не намеревался останавливаться.
Штаны промокли в мгновение. Все, что могло промокнуть — промокло в мгновение. Я поднялась на ноги, влажными руками с трудом стаскивая шлем, в котором ничего толком не видела из-за потоков водя вокруг.
Раздался вой. Не вой — вопль.
Еще одна вспышка молнии — и тело принцессы, гротескно изменившееся, раздувшееся и исказившееся, поднялось на неестественно тонкие ноги, возвышаясь над нами. Селена, наследная правительница Гослара, стала отвратительным, разбухшим от черной силы созданием, мерзкой тварью Сурта, лишившейся разума и человеческого тела.
Существо завыло — и хлопнуло в ладоши черными руками с пальцами-крючьями. Звук от хлопка словно бы на миг собрался перед Перерожденной в тугой шар — и распрямился, разлетелся вокруг, ударяя по ушам, оглушая, заставляя на миг замереть.
Лишь на миг.
Я рванулась вперед, прикрываясь щитом. Плевать что за спиной, плевать что еще где-то. Плевать на дождь, плевать на все.
Фитай, дай мне сил. Направь мой клинок.
Угли могут стать пламенем. Достаточно скормить им себя.
Новый хлопок. Вторая волна звука столкнулась с Огнем, окутавшим щит, и ушла прочь. С грохотом полетели камни с краев площадки. Кто-то упал позади.
Еще два шага — и клинок взметнулся, целясь в ногу чудищу. Рядом из стены дождя вынырнул Арджан, крича что-то на саврском. Мимо плеча пролетела вспышка магии откуда-то из-за спины.
Существо передо мной вновь заревело.
Все смешалось в рваные обрывки, куски образов, выхваченные из дождя, вони и рева.
Удар. Отскок. Блок щитом — и треск дерева, пробитого огромными когтями чудовища. Еще удар по крепкой плоти. Вопль твари, разорвавший мир вокруг в миг, когда клинок савра врезался ей в ногу. Вспышка черной молнии, устремившаяся куда-то мимо меня. Раскат грома, сильный и резкий… И словно бы объямный, реальный, способный сбить с ног. Сбить с ног даже меня.
Мгновение полета — и я врезалась спиной во что-то. В груду камней. Кажется, такие валялись у самого края площадки. Не будь их… Лететь далеко, да.
Я во второй раз подняла на ноги. Отбросила теперь бесполезный щит, перехватив поудобнее меч, шагнула к твари.
Та не видела меня. Следующая молния полетела в магиков, но ее поглотила вспышка чародейского щита.
Перерожденная негодующе взвыла, и вой превратился в гром, разлетевшийся упругой волной во все стороны. Я устояла, а вот Витор, в паре шагов от меня творивший какие-то чары, не удержался на ногах. Попятился, пытаясь сохранить равновесие, но тщетно… Тело мага изогнулось, устремляясь назад, туда, где в каменном парапете башни дыр уже больше, чем целых камней.
Я бросилась к нему быстрее, чем сообразила, что делаю. Успела хватить за руку — и сама не удержала на ногах, поскользнувшись на мокрых камнях. Кисть, столкнувшуюся с камнем, прошила боль, и меч выпал. К счастью — Витор был тяжел, и увлек меня за собой прочь от любой опоры, но освободившейся теперь рукой я успела ухватиться за край парапета.
Плечо полыхнуло болью в тот миг, когда наше с магом движение остановилось. Кто-то что-то закричал, но слышен лишь ветер — и дождь.
Падать далеко. Но камень мокрый, и даже тот бугорок, за который я держусь, выскальзывает из пальцев.
Еще одна вспышка молнии. Еще один порыв ветра, грозящий сбросить вниз быстрее, чем подведет тело.
Сбрось его! Спасай себя!
Да пошел ты, дух.
Пошли вы все.
Ярость застилает разум. Я не хочу умирать. Я умерла раз — и этого достаточно. И убивала я уже достаточно, чтобы убить еще раз невиновного.
Я убиваю лишь колдунов и ублюдков. И я убью ту тварь, что возжелала власти и превратила себя в чудовище. Убью. Сейчас. И — только ее.
Ярость дала сил. Ярость вскормила яркий, безумно ярки Огонь, наполнивший силой уставшее тело.
Я со всей силы потянула мага к площадке. Тот что-то выкрикнул — и в тот же миг нас обоих окутали пряные чары, и и мои руки и ноги словно бы приросли к камню. Ничего не выскальзывает из ладони.
Одно движение, другое, третье… И ярость, Огонь и магия вытаскивают нас с края.
Я поднялась на ноги в третий раз. Да сколько уже можно⁈
Дождь и не думал прекращаться. Впереди савр сражался с тварью в свете молний, а Дианель с фронде что-то пели в унисон. Витор за спиной пытался отдышаться.
А Перерожденная смотрела на все это — и ее смех пробивался даже через шум дождя.
Недолго тебе смеяться осталось, тварь. Я отыскала глазами выпавший из руки, но не свалившийся вниз меч. Пальцы сомкнулись на знакомой рукояти. По телу пробежал знакомый жар, охватив и руку, и клинок. Огонь горел ровно и ярко, и никаким черным чарам и нашептыванием слабаков его не сломить.
Я — слуга Фитая. Я — защитник людей.
А впереди — тварь, которой не должно быть.
Которой и не будет.
Савр почти отрубил одну ногу Перерожденной, но той, кажется, на это было глубоко плевать. Она нашла меня взглядом — и черная молния ринулась в атаку. Плевать. Огонь хранит мое тело и разум. Пламя, стекшее с клинка и охватившее тело, без труда поглотило и это молнию, и следующую, и поры ветра, пытавшийся сбросить вниз.
Один шаг. Другой, третий, пятый.
Я опустила объятый пламенем меч на измененную плоть.
Истинное Пламя против Черного Огня. Они на миг встретились, уравновешивая друг друга. Равные силы… Равные. Но ненадолго равные. Огромная масса камней, запущенная фронде и чародейкой, влетела прямо в грудь твари.
Тварь дернулась, словно чувствуя, что ее Черный Огонь больше не способен противостоять пламени правосудия. Белому Пламени, окутавшим все тело бывшей принцессы Селены, от которой новый удар Арджана отрезал тонкую искаженную конечность. Вторая нога Перерожденная подломилось под весом измененного тела, и она с громким, закладывающим уши воем упала на камни.
Пряная сила магии Витора сбросила поверженное горящее тело с башни прочь, в ночную темноту. Вой перешел в визг, и меньше чем через вдох визг сменился мерзким хрустом. Призванная покойным Адрианом черная сила покинула свое искореженное, ни на что не годное вместилище, расползаясь по округе тонкими, безвредными струйками.
Почти тут же дождь, до того и не собиравшийся останавливаться, начинал замедляться все больше и больше, словно где-то там, наверху, закончились бочки с водой, которые нужно было перевернуть на наши головы.
Я успела только поднять шлем и пристроить на спине разбитый щит до того момента, когда неестественные, чернильные тучи стали просто облаками, а кое-где и разошлись, обнажая край полной луны и едва видимые около нее звезды.
— Думаю, нам пора убираться отсюда, — фронде, сама невозмутимость, указал рукой в сторону хорошо видного с такой высоты города, который для столь позднего часа был подозрительно хорошо освещен.
Кажется, всадники с факелами уже на мосту через реку.
А ведь тут неплохой вид… Я бросила взгляд на мертвого принца. Хорошое место он выбрал. Красивое… Если в смерти вообще может быть красота.