"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Вот я приняла чей-то удар на щит. Ударила сама — точно, сбивая чей-то флаг. Развернулась, едва не вывалившись из седла, и пропустила мимо чужую дубинку. Привстала в стременах — и сбила флаг щитом. Прикрыла свой, едва не лишившись его. Вновь развернулась, пытаясь достать какого-то незнакомого рыцаря. Ударила, защитилась, вновь ударила…
В один момент щит, и так не самый качественный, не выдержал и треснул, и я швырнула его бесполезные обломки в чью-то голову. Поймала рукой вражескую дубинку, ударила сама, но промазала, попав не в флаг, а ниже, в плечо. Неудачно попав. Или удачно… Дубинка сломалась с хрустом, а вот рыцарь, пытавшийся уйти от атаки, не удержался в седле и начал заваливаться в сторону. Немного помощи, благо руки свободны — и одним бойцом у врага стало меньше.
Я дернула за повод, заставляя Ингрид резко уйти в сторону, в желании увернуться от следующего удара… Но удара нет.
В шлеме почти ничего не видно — и я как слепой крот водила головой направо и налево, пытаясь понять, где все.
И тут обзор заслонил приближающийся конник в цветах Гослара. Ну кто бы сомневался…
Его флаг реял над шлемом. Черный флаг.
А у меня — ни оружия, ни щита.
Под первый удар я подставила руку, встав на стременах. Больно — но мой флаг в целости. Ингрид сделала широкий шаг, сблизившись с конем рыцаря, и я поймала ладонью кромку щита, вцепляясь в металл со всей силы. Второй рукой я попыталась дотянуться до флага. Андриан резко дернул щит — но мне удалось схватить его за шлем.
Один вдох — и щит из руки вырван. Но я все еще держала Адриана за шлем, пусть и теряя равновесие, да и он явно устал…
Мы вместе повалились на ристалище.
Чье-то копыто опустилось мне на ногу — и мир растворился в боли.
Впрочем, ненадолго.
Пришлая я в себя уже когда кто-то, — Ивер? — пытался оттащить меня прочь с места падения. С помощью Берта — даже почти успешно. И зачем только перед этим вы с меня шлем стянули?..
Стоило только покинуть ристалище, и оказаться вне круга заклятых камней, как я попросила рыцаря остановиться. Разожгла Огонь глубоко внутри и не то попросила, не то приказала ему стечь в раненную ногу, исцеляя плоть. Я прикрыла глаза, прислонившись спиной к дереву трибуны и ожидая, пока боль уменьшится до терпимых пределов.
— Сейчас я приведу лекаря, — начал взволнованный оруженосец, — и…
Я подняла руку, останавливая его от способной раскрыть меня глупости, и через десяток вдохов произнесла:
— Не нужно, — я не слишком резво, но все же поднялась на ноги, — я в порядке.
— Но как…
— Хороший вопрос, — раздался совсем рядом смутно знакомый голос.
Я повернулась, желая понять, кто говорит, и обнаружила, что сейчас здесь, за трибунами, где остальные рыцари окружены оруженосцами и челядью, рядом со мной, кроме Берта и Ивера, стоял еще один человек. Немолодой, лысый и полноватый, в роскошных одеждах в цветах Гослара. Изучающий меня насмешливым взглядом.
Я склонила голову. Даэдор Гослар — не мой сюзерен, но все же он — хозяин этих земель, и стоит проявить уважение.
— А я-то думал, кто эта бесстрашная дева с юга, что решила помериться силами с рыцарями Первой Земли, а все оказалось так просто. Идем, Служительница, есть разговор, — он поманил меня за собой.
Герцогам, даже маленьких городов, не отказывают, так что я похромала следом за мужчиной в сторону большого шатра, расшитого черным и зеленым, цветами Госларов. Внутри обнаружилось двое молодых рыцарей, которых властитель взмахом руки отослал прочь.
— Сними платок, — повелел герцог, отходя к дальнему сундуку в углу шатра и откидывая его крышку.
Он повернулся спиной ко мне с легкостью. Провоцировал? Проверял? Сейчас и узнаю.
Я стащила платок, пропитавшийся потом. Притворство никогда не было моей сильной стороной.
Герцог достал из сундука тубус, и повернулся ко мне с любопытством и живым интересом рассматривая лицо.
— А правду говорят, что над вами время не властно. Истинную правду. Я, кстати сказать, не разделяю убеждения своего отца о том, что ноги Служителя не должно быть в моем городе. Ты, уверен, знаешь о том, что случилось с моей дочерью. И пока не нашла никого среди доблестных рыцарей, кого можешь привлечь к ответу, не так ли?
  
Я кивнула, продолжая вопросительно смотреть на герцога. Горячка боя ушла еще в тот момент, когда меня тащили с ристалища прочь, Теперь осталась только ноющая нога и слабый интерес к происходящему.
— Я был бы плохим сыном, если бы не уважал волю отца. И плохим отцом, если бы не искал любого спасения для дочери. Потому я могу отменить запрет на твое пребывание в Госларе. Даже убийца может претендовать на милость герцога. Но наши законы таковы, что сделать это можно лишь для того, кто совершит подвиг. Например, избавит старую дорогу на Ольслар от тролля, который отваживает караваны.
Тролль, отваживающий караваны? Это что-то новенькое.
Герцог протянул мне тубус.
— Карта. Голова тролля в обмен на пропуск в город. Иначе придется тебе свою службу за решеткой заканчивать. Вечное Изгнание отменить не так уж и просто. Свободна.
Испытывать судьбу и дальше находясь рядом с герцогом желания не было, и я направилась к палатке Витора. Вот и закончился турнир. Теперь нужно вернуть кузнецу одолженные элементы снаряжения и узнать у Берта где именно находится старая дорога и как лучше к ней проехать в настоящем, а не нарисованном мире.
Рыцарь нашелся неподалеку, разоблачаясь с помощью Ивера. Рядом был и фронде, залечивающий какой-то мазью длинную царапину на бедре своей лошади. Моему вопросу Берт почти не удивился. Он предпочел ничего не спрашивать и просто пояснил, водя пальцам по карте:
— Мост недалече, вот здесь направо сворачиваете, а здесь — налево, и прямо вдоль реки. Да, не ходят там караваны наверное уже с полгода как. И раньше дорога не в лучшем состоянии была, а теперь совсем, говорят, развалилась. А еще и тролль…
— Тролли — не разбойники. Они не нападают на караваны забавы ради, — нахмурился фронде.
Берт пожал плечами. Выглядел он уставшим и помятым.
Да, тролли не нападают на караваны. Они вообще редко выходят из лесов. Но зато эти недалекие создания легко подчиняются суртопоклонниками.
Очень легко. Поэтому надо ехать и выяснить, что там за тролль и почему он вышел к дороге. Не удивлюсь если и там замешан кусок черного горного хрусталя и какой-то непонятный ритуал.
  
Глава 19
 
Леса у Гослара. Тролли
 
Речь герцога после меле сводилась к тому, что десятка самых лучших бойцов на турнире должна была отправиться в лесную глушь и поохотится там на оборотней, чьи семьи начали докучать местным жителям. Те, кто сумеет принести под ворота Гослара голову волколака, и получат пропуск в город, где будут бороться с «темными силами в сердце моей наследницы».
На этом фоне тролли выглядели предпочтительнее — ловить волколаков в лесу так же легко, как ветер в поле. А если это еще и их лес… К тому же не удивлюсь, если выяснится, что за несчастными оборотнями устремится половина всех этих важных рыцарей. А там, глядишь, и каких-нибудь еще тварей распугают…
Впрочем, местных вояк, кажется, не смущал тот факт, что из всех призов, помимо, собственно, похода в лес к оборотням, были только небольшие мешочки с монетами да выкованные с большим изяществом шпоры «лучшего рыцаря», доставшиеся, разумеется, Адриану. Дали возможность себя показать, эль и яства на стол ставили — и ладно.
Мы решили выехать к Старой Дороге сразу после того, как герцог закончил свою речь. Для всех участников полагался пир горой, но присутствовать на нем ни у кого желания не было. Берт с Ивером остались вкушать обещаные явства, что, впрочем, меня сейчас только радовало. Неожиданно остался и фронде, сказав, что у него есть дела в лагере. Дела — так дела. Справимся без него.
— А неплохо госларцы устроились с этими турнирами. И денег подзаработали, и нечисть лесную им распугают, — протянула чародейка, успевшая за пару суток и себе, и Витору добыть по лошади. Не самых ухоженных и породистых, но вполне крепких. — И хватит пялиться на Грензеля, я его выкупила честно, между прочим.