"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Офигеть! — вытаращилась на неё Катя. — Ну ты вообще бесстрашная.
— Терпеть ненавижу этих самодовольных мужиков, которые считают, что место женщины на кухне или типа того, — фыркнула Кира. — Или что симпатичная девушка по определению тупая.
— Да уж… Чего и взъелся на тебя? — хмыкнула Катя. — Обычно ты всем преподам нравишься.
— Он был влюблён в девочку, внешне похожую на меня, — ответила Кира. — Но она его, конечно же, жёстко отшила, вот и решил отыграться на мне.
— О! Откуда ты знаешь? — удивилась Катя.
— Просто догадка. Слишком много личного, знаете… — пожала плечами Кира. — Упирал мне на внешность и пытался оскорбить и обидеть. Ну и… Вы ж его видели, а самомнения вагон и маленькая тележка.
— Ну да… — кивнула Катя. — Ладно, пойдём мы ещё к Свете, спросим про флажки. Ждём на празднике.
— Ага, до завтра, — улыбнулась Кира.
  
Глава 17
 
Экватор
 
— А вот этого будешь целовать? — спросила Кира отвернувшегося ото всех Вову Козлова, показывая на Катю Лузгину.
— Н-ну… Ладно. Да, — согласился Вова под хихиканье девчонок. Вова перед этим отказался от Маши и Тани.
— Вот сюда будешь целовать? — Кира показала на щёку.
— Нет.
— Вот сюда будешь целовать? — сыграла голосом Кира, показав на лоб.
— Нет.
— Вот сюда будешь целовать? — показала Кира на кончик носа.
— Да.
— Вот столько раз поцелуешь? — Кира показала один палец.
— Нет.
— Вот столько поцелуешь? — прибавив удивления показала Кира пять пальцев.
— Да.
— Тогда целуй!
Вова развернулся ко всем, и Кира показала на Катю.
— Целуешь Катю в кончик носа пять раз.
«У-у-у!» — радостно взвыла группа, пока Вова, склонившись чуть не пополам, чмокал невысокую Катю.
На экватор собралось девятнадцать человек из тридцати одного. Катя сказала, что они хотели позвать и некоторых общаговских вроде Коли Любимых и Серёжи Пятилетова, но они, как оказалось, жили с Женей Абросовым, а его девчонки звать не хотели: был он каким-то противным. Кира о существовании Абросова узнала, когда тот написал гадостей про неё в курсовой по психологии на втором курсе, так что поверила на слово.
Вову Семикрылова не позвали из-за Васи Пушкина; в общем, у девчонок была своя «политика партии» и Кира просто её приняла. По большому счёту, ей было всё равно, кто будет, а кого не будет, и уж точно она не собиралась приглашать Домнина или выговаривать девчонкам, что его не позвали, вроде как староста. Позабавило лишь то, что позвали Женю Ощепкова, на которого до этого не обращали внимания. Поговорить с Женей было очень сложно из-за его заикания, да он был маленьким, рыжим и стеснительным и всегда наособицу. Хотя Кира никогда не чувствовала от него какой-то агрессии или ненависти к другим, как это иногда бывает у некоторых одиночек или изгоев.
Когда все пришли Кира даже толком не могла сказать, кого нет, так как весь основной костяк, кто ходил на лекции и сидел на первых-вторых-третьих партах, кроме Домнина, вроде бы был.
В основном, вся еда была закуской или бутербродами. Как поняла Кира, на то, что скинулись, купили пару бутылок водки, пару полторашек апельсиновой газировки, чтобы разбавлять выпивку, а на остальное колбасу, хлеб, майонез, горошек, рыбных консервов. Накрошили что-то типа оливье и сделали «мимозу», а так все тарелки были заняты просто бутербродами с тонко нарезанной колбасой. Ещё одна тарелка была с нарезанным апельсином и яблоком.
Кира вдобавок принесла с собой пакет кексов, которые ей сложила мама: так как Кирилла не было, есть их всё равно некому. И у них появилось «что-то к чаю».
На штору повесили жёлтые «флажки» с буквами, составляющими надпись «Февраль 2003 г. У нас экватор», Кира старалась, чтобы большинство фотографий вышло как раз на их фоне — хотя бы понятно будет потом, что это было за сборище и когда.
Так как парней было не намного больше, чем девушек, то конкурсы пошли на ура, хотя и пришлось всех пересаживать и рассаживать, чтобы не кучковались мальчики справа, девочки слева. Кира принесла свои маски, которые делала для дня рождения, и они зашли на «ура». Народ ржал как дикий. А когда Вове Козлову достался горный козлик на камешке, попадали все. Хотя стоило отметить, что первые две маски попросту «слили», начиная сами их «угадывать», прежде, чем разобрались в правилах.
  
Сушку спичками передавали по кругу несколько раз, и когда это были соседи-парни, все тоже ржали.
В общем-то, особо пить и не успевали, да и водки вроде бы было всего две бутылки по «ноль семь». Кира считала, что это всегда успеется. Лучше сделать хорошие фотки в начале и поиграть, чтобы в памяти что-то хорошее осталось, а не тупо накидаться, чтобы с трудом вспоминать, что вообще было.
Ещё они играли в «статую любви», это тоже в основном было для фоток. И по жребию провели «Камасутру» с девчонками. Кира постаралась, чтобы жребий выпал с самыми прикольными парнями, а Катя была с Игорем. Тут тоже все ржали и радовались, болея за понравившиеся пары.
Кира провела разные застольные викторины. Особенно всем понравилось про рекламу — когда говоришь слоган и отгадывается, что за фирма или бренд. Большинство угадывали хорошо, особенно городские, у кого были телики.
Около девяти часов, когда у Киры уже закончились конкурсы и она раздумывала, как бы по-тихому уйти, не вызывая лишних разговоров, в комнату громко постучались.
Девчонки даже заставили всех притихнуть, так как испугались, что кто-то пожаловался охране на шум.
Катя вышла в коридор, а потом, вернувшись, объявила, что пришли за Кирой.
— Там твой парень в коридоре одетый и с лыжами стоит. Сказал, что с соревнований из Питера приехал.
— А… О, ну ладно, тогда я пойду, — радуясь настолько благовидному предлогу свалить, улыбнулась Кира.
Кирилл действительно ждал её, одетый в дублёнку, с длинным лыжным чехлом и круглой мягкой игрушкой в руках. И даже сразу накинулся с поцелуями.
* * *
Внешне санаторий «Энергетик» не особо изменился, но внутри точно сделали свежий ремонт.
Игры должны были начаться в субботу, первого марта, с десяти утра, а заезд был с трёх часов дня пятницы — чтобы команды из области успели отдохнуть, всех расселить и народ спокойно всяким затарился. В семь вечера должны были пройти организационное собрание и разминочная игра в Пентагон вне зачёта. А так ещё всех кормили в шесть ужином.
Кира приехала к четырём, незадолго до запланированного приезда их школьной команды, обоих Петровых Лёх и Радостева Лёхи, и встретила на ресепшене Аниту. Летом Кира видела её мельком и не особо обращала внимание. Но сейчас присмотрелась. Анита со школы почти не изменилась, та же причёска «а-ля гарсон», серо-русые волосы, то ли крашеные, то ли нет, и без очков. Глаза светло-серые, крупные веки и под глазами заметные мешочки, словно при отёках. Но такое у Аниты было всегда. Небольшой курносый нос, чуть пухлые губы без ярко выраженного клювика «лука Амура», из-за чего казалось, что она всё время обижена.
Они поздоровались.
— С вашего города четверо девочек, так что вот ключ от вашего номера, — сказал организатор, распределяющий проживание.
— Четверо? — переспросила Кира, вопросительно взглянув на Аниту, но та лишь с удивлением округлила глаза. Очки Анита носить перестала: видимо, тоже перешла на линзы.
Комнат в одном номере со своими ванной и туалетом, как и в прошлый раз, было две, каждая на двоих.
— Я буду жить с сестрой, — кивнула на левую комнату Кира.
— Интересно, а кто четвёртый? — вслух спросила Анита.
— Возможно, Наталья Андреевна? — пожала плечами Кира, назвав имя их прежнего организатора интеллектуальных игр.
— Так она же в декрете, — ответила Анита. — Ушла сразу после вашего выпуска.
— Я как-то не в курсе была, — пожала плечами Кира. — Ещё думала, почему тренировки всё время разные ведут… А потом Лёха Петров вроде как за неё стал. Вот про декрет я как-то совсем не подумала. Но, может, от школы какой-нибудь организатор едет. Или администрации. Мало ли. Скоро узнаем.