"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— Виктор Михайлович, разве так можно? — пискнула Кира от неожиданности.
— Да конечно можно, — кивнул историк. — Зачем тебе такая специальность как «строитель дорог»? Что там вообще делать? Подавай документы, мы тебя переведём.
— Н-но… я… это… — заморгала Кира. — У меня… я не могу… Я же уже…
— Ладно, — чуть расстроенно протянул историк. — Просто попытался.
* * *— Кира, давай зачётку, — попросил Виктор Михайлович на консультации во вторник, за три дня до экзамена. — Я тебе автоматом экзамен поставил.
— Автоматом? — переспросила Кира. — И… сколько? Мне нужна только пятёрка, иначе я буду сдавать.
Народ зашушукался и застонал, услышав её слова.
— Да конечно пятёрку! — возмущённо всплеснул руками историк. — Если не тебе, то кому её тут ставить, этим балбесам, что ли? — он изучил протянутую зачётку и поцокал языком. — Я вижу, ты не только в истории сильна. Ого, химия тоже на пять? И математика… Молодец. Жаль, жаль, что ты не хочешь на мой факультет.
Кира отвела взгляд. Она не настолько любила историю. К тому же, в плане перспектив специализация так себе. Учителем потом быть, сидеть в пыльных архивах или в земле ковыряться в надежде откопать то, что до тебя не откопали?
— Держи, — Виктор Михайлович протянул зачётку, в которой было красиво выведено ещё одно «отлично». — А теперь иди в деканат.
— А в деканат зачем? — осторожно спросила Кира, вспомнив предложение о «переводе».
— Так ты вроде как сессию сдала. Мой экзамен у вас последний. Зачётки после сессии в деканат сдают, — пояснил историк.
— О, спасибо, я не знала, — бросив возмущённый взгляд на старосту, поблагодарила Кира.
В деканате её поздравили с закрытой сессией, а зачётку забрали. А Кира поспешила в общагу, чтобы собрать вещи и поехать домой. Было немного жаль, что мама не увидит её отличные отметки, но зато она вернётся домой на три дня раньше запланированного.
— Хорошо, что я билет заранее не покупала, — обрадованно сказала Кира Гиму, собираясь. — А то менять бы пришлось, в отдельной очереди стоять, да ещё часть денег потеряла бы. Постой-ка…
Кира вспомнила, как после экзамена по химии ездила на рынок, который был возле автовокзала, чтобы погулять по рядам и купить сестрёнке подарок: двадцать седьмого января у той был день рождения. Подарок быстро нашёлся и Кира подумала о том, что стоит заранее купить билет домой на двадцать шестое. Подумала, но… что-то её остановило и в итоге она вернулась в общежитие без билета.
А ведь обычно на хорошие рейсы билетов не было уже за день-два. А если праздники или каникулы, так вообще за неделю.
— Ты что? Знал?
— Будущее не предопределено, — ответил Грим. — Хотя бы потому, что каждый новый шаг его меняет, создавая новые ветки развития. Но каждый определённый шаг создаёт предпосылки для определённого будущего.
— Это как? — спросила Кира.
— Скажем, чтобы сейчас нарисовать вот этот рисунок на определённом уровне, семь лет назад ты настояла на том, что хочешь учиться в школе искусств. Тем самым ты создала предпосылку для определённого будущего для себя.
— А… ты про это? — задумалась Кира. — Да, я ходила в бесплатный кружок, потому что захотела стать художником. В тот кружок я пришла сама. Меня же, вообще-то, в хор вместе со всем классом определили. Так как должно быть у ребёнка какое-то внеклассное занятие. А потом нам сказали подняться на второй этаж дворца пионеров, чтобы посмотреть выставку рисунков перед Новым годом. Я её увидела и захотела также. Пошла и записалась в кружок. Мне тогда было шесть лет. И четыре следующих года я ходила туда, но вдруг поняла, что мы там делаем одно и то же. Аппликации, маски из папье-маше на Новый год, монотипию, рисунки музыки, изонить, открытку для папы к двадцать третьему февраля, роспись досочки к восьмому марта, а потом всё по новой из года в год. Но школа искусств — платная, так что это нужно было согласовывать с родителями, — предалась она воспоминаниям. — Семь лет назад… Верно. Мне было десять. А в класс ИЗО в школе искусств принимали с двенадцати-тринадцати. Даже экзамен пришлось вступительный сдавать, чтобы такую мелкую приняли. Рисовала натюрморт на мольберте, а все вокруг такие взрослые… на три-четыре года меня старше…
Кира с улыбкой вспомнила своих друзей из школы искусств. Большинство из них были на год её старше, хотя и пришли учиться позже, через год, через два, как она поступила. Она хотела поступать на художника. Но родители сказали, что нужно получать высшее образование, а поблизости учили только декоративно-прикладному искусству на «художников-оформителей», то есть в лучшем случае это было средне-специальное. Тогда Кира нашла, что в её же Политехе появилась кафедра прикладного дизайна, и хотела поступить туда. Но там был огромный конкурс плюс специфические экзамены, которые нужно было сдавать, приехав к ним. Тогда как Кира сдавала вступительные экзамены по целевым направлениям. То есть администрация из района договорилась с ВУЗом о том, чтобы провести вступительные экзамены для школьников-абитуриентов прямо в их городке. Приехали преподаватели. Были предварительные консультации и двухнедельное обучение. Потом они писали математику, физику и сочинение. Эти предметы подходили для поступления на половину специальностей Политеха. По результатам можно было выбрать специальность по проходному баллу.
А вот для дизайна требовалось сдать математику, историю и рисунок. И ехать к ним, где-то жить… Родители были против «непонятной» специальности, да и хотели, чтобы Кира получила крепкое техническое образование, с которым можно было устроиться на хорошую работу и получать за неё хорошие деньги. К тому же они сами были инженерами. Мама тоже закончила «строительство дорог», а папа — специальность по промышленному и гражданскому строительству.
«Рисовать ты сможешь всегда, — сказала мама. — Это будет твоим хобби, никто тебя этого не лишает. Просто высшее образование — это высшее образование, и кстати, в профессии инженера много творчества и созидания. И это приносит пользу людям. Тебе понравится. Кроме того, ты представляешь, на этом дизайне наверняка будут одни девчонки учиться… не группа, а серпентарий. А на технических специальностях большинство студентов — парни. Гораздо проще найти себе нормального мужа, хотя бы выбор есть какой-то. Спутника по жизни надо в студенчестве находить, потом момент будет упущен».
И Кира согласилась с этими доводами. Она и правда могла рисовать в свободное время, в удовольствие, а не по заданиям или на оценку. Правда, от воспоминаний о её выборе стало немного грустно. Ведь это и правда сделалось её будущим на ближайшие пять, а то и больше лет.
Решив попить чай перед дорогой и отвлечься от ставшими печальными раздумий, Кира вышла в коридор блока и стала набирать воду в умывальнике. Там, во второй раковине, снова мыла посуду Катя. Соседка-пятикурсница ей кивнула:
— Ну что, Кира, как сессия прошла?
— Отлично, всего одна четвёрка! — улыбнулась Кира.
— Как? Всего одна четвёрка? Я ж тебе говорила! Остальные тройки, да? Вместо того, чтобы рисовать, лучше бы учила! — Катя недовольно громыхнула тарелкой.
— Нет, я же сказала: «отлично, всего одна четвёрка». Остальные пятёрки, — сказала Кира медленно.
— Но… Но как? Ты… ты же всё время рисовала! — брови пятикурсницы оказались в середине лба, а глаза округлились, как в мультике.
— Что ты… Я послушала тебя… — хмыкнула Кира и уже в приподнятом настроении вернулась в комнату.
Впереди каникулы!
Глава 10
Ура, каникулы!
Рейс отправлялся всего через полчаса после приобретения билета, так что Кира только и успела, что сбегать в туалет, купить горячий пирожок с капустой у самой опрятной из торговок на рынке и быстро перекусить. В общаге она ничего не готовила, как чувствовала. А Грим мимоходом сказал, что подобные предчувствия можно развивать и не стоит в них сомневаться. Кира темой заинтересовалась. Она пыталась развить интуицию ещё по книгам парапсихологии, которые выпросила у знакомых родителей, и не знала, получается у неё или нет. Тогда Грим сообщил интересный факт, что изначально почти у всех людей есть дар предвидения, который называют интуицией, и что во многом только благодаря этому выживают человеческие дети в такой неблагоприятной среде обитания. Но после, становясь взрослей, большинство «забивают» дар, начиная сомневаться, приводить доводы «за» и «против». В итоге дар «отмирает» за ненадобностью, выпадает, как молочные зубы. Впрочем, в нагрузку к таким вещам кроме плюсов идут и минусы, к примеру, большее восприятие тонкого мира. Поэтому дети «видят монстров», боятся их и могут быть подвержены воздействию. Но стоит только отказаться и убедить себя, что «монстров не бывает», как дети перестают их видеть, а вместе с тем — чувствовать мир и его колебания.