Семь Грехов ? (СИ)

— Хм… необычный странник. Рая, что с ним было после заключения? — обратилась дознавательница к первой помощнице.
— Все тоже самое. Говорил сам с собой. Хохотал. Неоднократно. Правда говорил шепотом и не удалось выяснить что именно он бормочет. Но не это главное.
— А что?
— Госпожа, разрешите сказать, я вспомнил кое-что важное, — позволил себе вмешаться в разговор высокородных эльфиек капитан.
— Я разрешала говорить? — зло посмотрела на него дознавательница и тот тут же закрыл рот. — Рая?
— Он неоднократно упоминал имена. Хорт, Тлен, Гай, Вист, Гор, и эм… и еще несколько.
— Семь разных имен?
— Восемь, госпожа.
— Значит, восемь личностей в одном теле?
— Да. И это минимум.
— Хм…
— Еще, он понимает где оказался, но вопреки здравому смыслу совершенно не испытывает страха, и более того, была замечена попытка издевательства над дежуривший охраной… а также акт провокации.
— С ним говорили?
— Да, Юла попыталась вступить с ним в разговор, но… — уши Раи шевельнулись, и она отвела глаза.
— Что?
— Она не смогла даже повлиять на него. Запугивание, давление, побои, ничего не работало. Заключенный висел, смеялся и продолжал издеваться, явно намекая на половой акт с… ним. — тихонько добавила эльфийка.
Остановившись, дознавательница подняла бровь и посмотрела на подчиненную.
— А самое страшное, что она… в общем мы вмешались в процесс и оттащили её от заключенного.
— Ментальное воздействие? Да еще такое сильное?
— Скорее всего, замерить мы его не смогли, но таким владеет не всякий инкуб.
Тут, старшая дознавательница и по совместительству хозяйка всего подземелья, посмотрела на капитана что шел за ними тенью и не смел вмешиваться.
— Миледи, — выпрямился в струнку воин.
— У меня все, — закончила доклад Рая.
— Говори, — приказала дознавательницу командиру.
— Когда там, наверху, он спорил сам с собой, у него бы вертикальный зрачок и постоянно менялся цвет радужки.
— Так… на этом все?
— Да, миледи.
— Свободен.
Поклонившись, командир тут же поспешил ретироваться дабы не раздражать эльфийку своим присутствием.
— Рая, все готово?
— Да, инструменты уже доставлены.
— Отлично.
Эльфы спустились на нижний уровень, повернули и пошли по следующему коридору. Слева и справа по коридору стояли двери индивидуальных камер. Патрульные стражи ходили по коридорам, заглядывая в каждую занятую камеру через небольшую смотровую щель.
Еще только на подходе, эльфы услышали странные звуки эхом отражающиеся от стен.
— Это еще что такое, — нахмурилась дознавательница.
— Похоже на звук цепей, — прислушалась Рая. — Кажется… кто-то наигрывает ими музыкальный мотив.
— А где его камера?
— Дальше по коридору.
Пройдя еще немного, эльфы убедились. Звук шел из той самой камеры, где висел странный заключенный.
— Открывай, — приказала дознавательница.
Подойдя, Рая открыла щеколду и заглянула в камеру. И как стояла, так и застыла, ведь внутри, вися на цепях, она наблюдала сюрреалистичную картину. Раздетый догола заключенный, улыбаясь, действительно пытался наигрывать ими мотив что-то себе напевая.
Вставив магический ключ в замок, Рая сделала два оборота отмыкая дверь. С громким щелчком ушли засовы, и чуть скрипя отворилась здоровенная дубовая обитая железом дверь. Первым внутрь зашла стража, затем Рая, и лишь после неё госпожа. Полукровка, казалось даже не обратил на них внимания, так увлеченно и самозабвенно тренируя свой музыкальный талант.
— Что ты делаешь? — обратилась дознавательница к заключенному.
— Медитирую, — спокойно отозвался полукровка даже не удостоив эльфов своим вниманием. — Зайдите пожалуйста попозже.
— Ф. А ты наглец, но ты это зря. Здесь и демоны ломались.
— Хех, — усмехнувшись, заключенный открыл глаза и высокомерно посмотрел на эльфийку придавив ту взглядом не взирая на свое положение. — Кажется в прошлый раз сломалась дознавательница.
— Со мной этот фокус не пройдет, демон.
— Деточка… ты даже не представляешь, с кем говоришь, так что будь добра, не называй меня демоном.
 
— А не то что?
— А не то, я оприходую тебя так, что сдохнешь.
— …
Эльфийка молча смотрела на ухмыляющегося полукровку перед ней, который продолжал позвякивать цепями словно бы подбирая мотив. Дознавательница задумалась. Она думала над тем, кто прячется за этими явно не человеческими глазами.
— Смейся. Не долго ты будешь веселиться, — качнула она головой.
— Да ну? — удивленно воскликнул этот… и наконец прекратил раздражать звоном цепей.
— Да. А ты очень необычный экземпляр. За триста лет, я еще ничего подобного не встречала.
— Триста лет? Дак ты поди еще и девцственица? Ну да… с вашей то любовью к садо-мазо играм, когда её лишиться.
Дознавательница промолчала. А вот её помощница не выдержала, и врезала нахалу по лицу.
— Не ушиблась, деточка? — усмехнулся заключенный, смотря на трясущую рукой Раю. Та в ответ лишь зашипела. — Мне обижаться, или гордиться? — задумался этот… экземпляр.
— Как хочешь, — сказала дознавательница и сделала жест помощнице отойти.
Рея послушно отошла к дверям, в то время как дознавательница, повернувшись, прошла к столу с пыточными инструментами, на котором лежал «Любимый набор палача».
— Как думаешь, с чего лучше начать? С чего-нибудь по легче, или сразу сладкое? — посмотрела она на заключенного.
— Да я вообще предпочел бы не общаться, — хмыкнул «гость». — Вы — свидетели Мириды, такие назойливые. Вечно бумажки суете, услуги предлагаете нелицеприятного характера. Вот как сейчас. Ужас одним словом, и как вы живете?
— Мы не поклоняемся Мириде, — нахмурилась эльфийка.
— Да-да, у вас другое божество, но все они на одно лицо, — закатил глаза пленник. — Все боги, все до единого, просто… ничтожество. И ваша богиня не исключение, — последние слова пленник буквально прошипел от злости. — Хотя сиськи у нее классные, — добавил он совсем другим голосом. — Но и у тебя буфера ничего, — похотливо посмотрел на дознавательницу пленник.
Под этим взглядом, эльфийка быстро определилась с инструментом. Взяв небольшие щипчики, эльфийка подошла к насмехающемуся пленнику.
— Ты или глупец, или безумец, раз позволяешь себе насмехаться даже над богами.
— Деточка, я не только над ними буду насмехаться, но еще и поимею их всех. Скопом и по очереди. А потом еще раз. И еще. И ничто мне в этом удовольствии не помешает. Кстати, а ты очень красивая.
— Лесть? — выгнула бровь эльфика.
— Несовсем. Просто кое-кто во мне хочет тебя оприходовать. Кое-кто не отказался бы съесть. Кое-кто разбить это самое хорошенькое личико. В мясной фарш. В котлетку. А кое-кто, возможно, если будешь хорошей девочкой, снизойдет до твоего ничтожного уровня и преподаст пару уроков пыток. В общем, ты это, не отвлекайся. Я редко умею молчать, уж такова особенность… кхе-кхе-хе-хе-хе, моего положения.
— Не люблю я сумасшедших и одержимых, — вздохнула эльфийка. — Вечно они выделываются. А потом, ломаются раньше всех прочих.
— Ты это… дорогуша. Не надо отвлекаться. Приступай уже. А то мне становится скучно, — и тут он снова начал позвякивать цепями. На этот раз в мелодии угадывался марш.
— Точно одержимый, — кивнула эльфийка и посмотрев на щипчики в руке, вернулась к столу и взяла щипцы побольше. — И так. Кто ты?
— Я — дракон! Один, единственный и неповторимый. — улыбнулся полукровка, явно насмехаясь над «мелкой букашкой».
Здесь терпение эльфийки лопнуло и взяв руку заключенного, и попыталась её зафиксировать, но, к её удивлению, человек спокойно освободился из захвата её крепких пальцев и нагло сказал: «Бу!» — глядя в лицо.
 
— Вы, двое! Схватить его! — приказала она охранникам.
После непродолжительной борьбы, рука пленника наконец-то была зафиксирована и дознавательница смогла вырвать ноготь сумасшедшего.
— Аааааа! — заорал он.