Лотосовый Терем (СИ)

В глазах Хо Пинчуана загорелся огонёк, похоже, он что-то вспомнил, когда Хуанци описывал эту красавицу.
— Я почитал её как небожительницу, она же целыми днями думала о побеге. Требовала, чтобы я снова спустился в подземный дворец, открыл Врата Гуаньинь — ей нужны были императорская печать и сокровища, но я ничего не делал, ведь получи она желаемое, наверняка покинула бы это место, поэтому однажды ночью я… — Его глаза вдруг странно заблестели, и он издал неприятный самодовольный смешок. — Я воспользовался дурманом и овладел ею…
Он расхохотался; Ли Ляньхуа с Фан Добином нахмурились.
— Что с ней стало потом? — выпалил Хо Пинчуан.
— С ней? — Смех Хуанци резко оборвался, и он злобно процедил: — Она всё-таки сбежала, хоть я и приковал её цепью в комнате — она всё равно сбежала. Такая женщина, стоит мужчине её увидеть, как он готов умереть ради неё…
У Фан Добина отвисла челюсть.
— Твою ж мать, да это не женщина, а ведьма! Она ещё жива?
— Разумеется, она жива, — холодно ответил Хуанци.
— Как зовут… эту… героиню? — нахмурился Ли Ляньхуа.
— Кто-то в цзянху ещё не знает её имени? — тон даоса стал глумливым.
— Фамилия женщины, о которой говорит почтенный — Цзяо, верно? — наконец, сумрачно спросил Хо Пинчуан.
— “Тревожная красавица” Цзяо Лицяо. Говорят, она недавно сколотила банду и встала во главе, — хохотнул Хуанци. — Вы должны с ней встретиться, молодые люди, хотел бы я посмотреть на ваши лица, когда вы её увидите! Ха-ха-ха-ха…
— Банду “Юйлун”? — вырвалось у Фан Добина.
Хо Пинчуан кивнул.
— Похоже, дело Си-лина не закончилось поимкой Ван Юйцзи и Фэн Цы. Бесследно пропавшая “Слеза Гуаньинь”, неизвестный, владеющий “поступью вихря” в сосновой роще, выбравшаяся из подземного дворца Цзяо Лицяо… Пока неясно, какое отношение все они имеет к императорам Сичэну и Фанцзи, но это серьёзно.
— Скверно, скверно, — кивнув, пробормотал Ли Ляньхуа.
— Господа. — Поколебавшись, Хо Пинчуан почтительно сложил руки перед Ли Ляньхуа и Фан Добином. — Дело не терпит отлагательств, ниточек слишком много, а ваш покорный не так умён. Я должен срочно доложить обо всём первому и второму главам. Преступника забираю с собой.
— Ступайте, ступайте, — помахал рукой Фан Добин. — Скорее увозите его. Я хоть и ценитель красоты, но распутников на дух не переношу.
Вторя Фан Добину, Ли Ляньхуа тоже рассеянно покивал и помахал рукой, о чём-то задумавшись. Хо Пинчуан бросил на него пристальный взгляд, сложил руки в жесте прощания, схватил Хуанци за плечо и стремительно пошагал прочь из городка.
Проследив за удаляющимся Хо Пинчуаном, Ян Цююэ подхватил жену на руки и без лишних слов направился к дому местного лекаря.
— А? Все уже ушли? — очнулся Ли Ляньхуа.
— А ты уже соскучился? — покосился на друга Фан Добин.
Тот покачал головой. Фан Добин фыркнул.
— О чём задумался?
— Да вот, думал, что эта барышня, Цзяо Лицяо, и правда очень красивая, — улыбнулся Ли Ляньхуа.
— Ты её видел?!
— М-м, — спокойно отозвался он.
Фан Добин запрокинул голову и расхохотался.
— Словам Ли Ляньхуа поверит только свинья!
 Глава 16. Могила первого ранга 
Много дней спустя, “Сотня рек” у горы Цинъюань.
Цзи Ханьфо получил новости об итогах расследования гробницы Си-лина: Ван Юйцзи и Фэн Цы, которые под видом Гэ Паня и караульного пытались с помощью Фан Добина и Ли Ляньхуа заполучить захороненную в усыпальнице императорскую печать предыдущей династии, по пути в “Сотню рек” были похищены, в результате чего погибло больше десятка учеников “Фобибайши”; печать раскрошил Хо Пинчуан, о секретах подземного дворца доложили императорскому двору; Хо Пинчуан также привёл пойманного Хуанци и лично доложил Бицю о деле могилы первого ранга; Сунь Цуйхуа из городка Почу, жена Ян Цююэ, умерла от горячки, вызванной работой после полученных ран; Фан Добин был ранен, Ли Ляньхуа — цел и невредим.
Гэ Паня умышленно убили по дороге к Си-лину, когда же туда прибыл Хо Пинчуан, тайна гробницы уже была раскрыта. Роль Ли Ляньхуа в этом деле оставалась по-прежнему туманной. Однако Цзи Ханьфо прекрасно знал, кто выкрал Ван Юйцзи и Фэн Цы.
 
Связь “Лотосового терема” с Ди Фэйшэйном была всё так же неясна, но интересовало его уже не это.
В западной стороне “Сотни рек” стоял отдельный домик, все окна которого были высоко подняты, а на подоконниках расставлены цветы и травы, контрастируя со строгим обликом других трёх зданий. Переодевшись в чистое, Хо Пинчуан направился туда, почтительно постучал дверным кольцом и назвался.
Из дома послышось, как закрыли книгу, и мягкий голос произнёс:
— Проходи.
Хо Пинчуан толкнул дверь и вошёл; внутри стояла маленькая ширма. Хотя в “Сотне рек” жили просто и небогато, это была старинная вещь, покрытая чёрным блестящим лаком, с изображением феникса в окружении сотни птиц, и ещё не утратившая своего лоска, хотя уголки были повреждены. За ширмой в комнате повсюду громоздились стопки книг и груды свитков, в жутком беспорядке, но без пылинки. Среди книжных башен сидел человек; заметив, что Хо Пинчуан вошёл, он поднял голову.
— Говорят, видели “поступь вихря”?
Хо Пинчуан кивнул, сел на стопку книг и в подробностях изложил виденное и слышанное в Силине. Человек внимательно слушал, время от времени вставляя вопрос-другой, на которые ученик по порядку отвечал.
Фамилия этого человека была Юнь, имя — Бицю. Некогда он был первым советником Ли Сянъи в ордене “Сыгу”. Выслушав рассказ Хо Пинчуана, он глубоко вздохнул и тепло улыбнулся.
— И в этом поколении в цзянху есть одарённые люди. Похоже, этот Ли Ляньхуа вовсе не чудесный целитель… Живым взять в плен Хуанци — невероятно…
Когда Юнь Бицю последовал за Ли Сянъи, ему едва исполнилось двадцать три года, в то время его называли “Прекрасным Чжугэ”; теперь же, разменяв третий десяток, в холщовой одежде и соломенных сандалиях, с пробившейся на висках сединой, он выглядел старше своего возраста, несмотря на спокойный и мягкий характер.
— Ученика кое-что беспокоит: тот, кто забрал “Слезу Гуаньинь”, и спаситель в сосновой роще… — Хо Пинчуан задумался. — Мог ли это быть один и тот же человек?
— Если бы у человека, исполнившего “поступь вихря”, хватило силы расколоть валун в тысячу цзиней, то он смог бы и запечатать меридианы Фэн Цы, — сказал Юнь Бицю. — Нет, это были разные люди.
— Всего за несколько дней на крохотном клочке земли обнаружилось двое таких мастеров, — вздохнул Хо Пинчуан.
Юнь Бицю улыбнулся и сменил тему.
— Хуанци действительно сказал, что встретил Цзяо Лицяо?
— Говорят, её красота сводит людей с ума, — кивнул Хо Пинчуан.
Юнь Бицю слегка побледнел и откашлялся.
— Мы с главой ордена видели её в главном зале секты “Цзиньюань”, она и правда… и правда… — Он замолчал, о чём-то задумавшись, и не договорил.
— Как ваша простуда, второй глава? — обеспокоенно спросил Хо Пинчуан.
Юнь Бицю слегка улыбнулся, посмеиваясь над собой.
— Жить не мешает. Дело в Си-лине завязалось нешуточное. Сегодня я напишу два письма, отвезёшь их главе школы Удана Цзыся и лидеру банды “Юйлун” Цзяо Лицяо.
Ученик выразил согласие.
— Чем бить в барабаны и пытаться шпионить, лучше пригласить обе стороны в “Сотню рек”. Ян Цююэ и Хуанци из Удана, “Яшмовый учёный” Ван Юйцзи, “Рубящий головы” Фэн Цы и главарь банды “Юйлун” — какое отношение все они имеют к Си-лину, расспросим и узнаем.
— Второй глава верно говорит, — почтительно отозвался Хо Пинчуан. — Людям из “Фобибайши” незачем ходить вокруг да около, когда можно спросить напрямую.
— В “Сыгу” не нужно церемониться, — засмеялся Юнь Бицю. — Пусть у тебя такой характер, но чем меньше вторишь другим, тем лучше.
Хо Пинчуан устыдился и хотел выразить согласие, но всё же не мог, и застыл в смущении.
— Скажи, Пинчуан, каков из себя этот Ли Ляньхуа, чудесный целитель?