Лотосовый Терем (СИ)

— Говори, что делать, а я проверю, можно ли поджечь мокрую одежду.
Ли Ляньхуа в самом деле рассказал ему ни на что не похожую технику. Ян Юньчунь смутно подозревал, что она весьма далека от всего, что он знал о боевом искусстве Шаолиня, но выбирать не приходилось. Ли Ляньхуа снял белое нижнее платье, Ян Юньчунь попробовал рассказанный им метод — после трёх ударов ладонью одежда высохла, а после десяти — шумно загорелась. Оглядевшись, они поняли, что и правда очутились в потайной комнате.
Очевидно, что это было уже не дно колодца, а просторные покои — со всех сторон каменные стены, а у дальней — тёмное пятно, похожее на кровать. Ли Ляньхуа с Ян Юньчунем выбрались из воды и поспешили туда, едва не спотыкаясь. Ян Юньчунь, держа в руке горящую одежду, стремительно приблизился к кровати. В свете пламени он увидел на ней разрозненные истлевшие предметы — груду костей.
Ян Юньчунь ужаснулся — ему и присниться не могло, что внизу обнаружатся останки человека, Ли Ляньхуа же давно это предвидел. Нахмурившись, он внимательно осмотрел кости — им явно уже много лет, деревянная кровать тоже почти сгнила. За исключением останков и нескольких фрагментов одежды да осколков утвари, на кровати ничего нет, зато под ней, ближе к стене, спрятан большой ящик, слепленный из глины и высушенный естественным образом — похоже, его сделали здесь, а не принесли снаружи.
Когда Ян Юньчунь скинул верхнее платье, меч оставил при себе, теперь же обнажил его и ударил по ящику — клинок просвистел, и слепленный из глины верх упал на пол, словно крышка сундука.
Из ящика полился мягкий свет, отчего они вздрогнули, а когда пригляделись, поняли, что он наполнен драгоценностями. Ян Юньчунь сунул руку в ящик и выудил из него что-то — в свете огня и лучистых жемчужин можно было прекрасно рассмотреть исключительной красоты тёмно-зелёные бусы, холодные и тяжёлые на ощупь, сверкающие и прозрачные на свету.
Ли Ляньхуа тоже вытащил сокровище — агат, но с пузырьками внутри, которые прекрасно просматривались и красиво играли в прозрачном розоватом камне высшего качества.
— Что это? — растерянно спросил Ян Юньчунь, разглядывая бусы. Он видел немало драгоценностей, но эти бусины не были похожи на виденные им прежде хрусталь и цветное стекло.
— Эта вещь называется спхатика*. — Ли Ляньхуа вытащил из ящика ещё одни бусы, белые словно яшма — на золотую нить нанизаны сто восемь белых бусин размером с фасолину, невероятно тонко вырезанных в виде бутонов лотоса, которые, казалось, вот-вот раскроются, гладких и нежных на ощупь, без единого острого выступа.
Спхатика — одно из семи сокровищ в буддизме, чистые и прозрачные кристалл, хрусталь или стекло, сотворённые не человеком, а природой, фиолетового, белого, красного, зелёного и других цветов. Красные и зелёные ценятся выше всего, фиолетовые и белые на втором месте.
Ян Юньчунь посмотрел на нитку бус в руках Ли Ляньхуа — они напоминали фарфор, но таких он тоже не видел.
— Это…
— Раковина тридакны*, — вздохнул Ли Ляньхуа. — Спхатика красного и зелёного цвета, как та, что вы держите, ценится выше всего — если эти бусы продать, на вырученные деньги можно спокойно купить тридцать-пятьдесят му плодородной земли. А если продать монастырю Шаолиня сто восемь бусин из раковины тридакны, что у меня в руках, боюсь, настоятель Факун полностью разорится.
Тридакна — род крупных морских двустворчатых моллюсков, обитающих в тропиках, имеет раковину, длина которой иногда достигает двух метров. Вес достигает 400 килограммов. Моллюск способен прожить более 200 лет.
Ян Юньчунь рассмеялся и поднял со дна ящика что-то увесистое.
— Если захочу купить плодородной земли, лучше продам вот это. Ценность этих бус знает не каждый, разве не сложно будет их продать?
Ли Ляньхуа едва не ослеп от блеска — молодой воин вытащил огромный слиток золота.
Золотых слитков он видел немало в доме Юй Лоучуня, но те по размеру не шли ни в какое сравнение с императорскими. Слиток золота в руках Ян Юньчуня смело можно было назвать «золотой доской» — больше одного чи в длину и ширину, толщиной в пол-цуня, и на дне ящика лежало ещё много таких, аккуратно уложенных в стопку.
 
Ли Ляньхуа, онемев от изумления, долго смотрел на Ян Юньчуня. Тот вздохнул и вернул бусы в ящик.
— Зачем кто-то спрятал здесь столько редких драгоценностей?
Ли Ляньхуа покачал головой, сделал паузу и снова покачал головой.
— Что такое? — удивился Ян Юньчунь.
— Не могу понять, — вздохнул тот, — почему Лу Фан, оказавшись здесь и увидев столько сокровищ, не забрал их? — Он указал на «золотую доску» в руках Ян Юньчуня. — Пусть слитки слишком большие и тяжёлые, но агаты маленькие, и даже если не знать спхатику, можно, по крайней мере, узнать жемчуга…
В ящике имелась не одна нитка жемчуга, а множество, и даже необработанные жемчужины без отверстий. Блестящие ожерелья, собранные жемчужинка к жемчужинке — каждая круглая и гладкая, одного размера. Необработанные бусины размером с большой палец руки, фиолетовые и красные — невиданная редкость, и дураку ясно, что они стоят нескольких городов.
Однако Лу Фан не унёс ни одной.
Почему?
— Может, ему духу не хватило, это ведь принадлежит императору, а он — не такой разбойник, как ты, — улыбнулся Ян Юньчунь. — Тем более, ящик был запечатан, его не двигали, а он, наверное, переволновался и вовсе не заметил его.
— Ящик сам Лу Фан и слепил из глины, как он мог его не заметить? — покачал головой Ли Ляньхуа.
— Лу Фан слепил? — потрясённо вскрикнул Ян Юньчунь. — Да как это возможно?
Ли Ляньхуа указал на место в воде, где недавно споткнулся, там была вырыта яма — очевидно, глину на ящик взяли оттуда.
— Владелец драгоценностей ни за что не положил бы их в глиняный ящик, и взгляните на следы на земле… — Ли Ляньхуа указал на неровные отпечатки. — Да ещё скелет на кровати.
Ян Юньчунь долго таращился на следы в глиняной почве и груду костей.
— А что со скелетом?
— Останки в полном беспорядке, сам собой труп не мог прийти в такое состояние… — с серьёзным видом объяснил Ли Ляньхуа. — А значит, после того как от него остались одни кости, кто-то переворошил их, и, возможно, снял с него одежду.
— Логично, — кивнул Ян Юньчунь и указал на следы на земле. — А с ними что?
— Вы должны помнить, что, находясь в воде, мы ничего не видели, — Ли Ляньхуа стал ещё более серьёзным. — И если даже такой непревзойдённый мастер боевых искусств, как господин Ян, ничего не видел, то куда уж Лу Фану.
— Разумеется, — снова кивнул Ян Юньчунь.
— Итак, здесь темно, — кашлянул Ли Ляньхуа, — Лу Фан явно ничего не мог разглядеть и не владел никакими навыками, подобными «Неугасимому пламени», тогда откуда он знал, как сюда проплыть, откуда знал, что здесь тайная комната и что в ней хранятся сокровища?
Ян Юньчуню это тоже показалось странным — похоже, Ли Ляньхуа давно догадался, что внизу есть тайная комната, но Лу Фан, когда упал в воду, никак не мог знать об этом, на дне кромешная тьма, так как же он сюда попал?
— Но на самом деле всё просто… — медленно проговорил Ли Ляньхуа.
— Просто? — нахмурился Ян Юньчунь. — Неужели Лу Фан знал о тайной комнате?
— Даже император о ней не знает, куда уж Лу Фану? — вздохнул Ли Ляньхуа. — Он сумел добраться сюда наощупь не благодаря шаолиньской технике, а потому что увидел свет.
— Свет? — изумился Ян Юньчунь.
Ли Ляньхуа с преисполненной терпения улыбкой указал на лучистые жемчужины.
— Изначально все эти вещи валялись на полу, очутившись в воде, он увидел свет и поплыл на него — так и наткнулся на тайную комнату.
— На свет… — Ян Юньчунь был ошарашен — не додумавшись до столь простого ответа, он в какой-то мере потерял лицо.
Ли Ляньхуа кивнул.
— Видно, из земли что-то выкапывали, потому что, когда Лу Фан оказался здесь, драгоценности находились не в ящике, а лежали вокруг, а оказавшиеся среди них лучистые жемчужины спасли ему жизнь и привели сюда.